Чтение онлайн

Когда мы садились за столик, ты пропустил меня первой. Так я оказалась между вами двумя. Села как можно дальше от Андрея, оставшись ближе к тебе.

– И как же вы познакомились? – спросила Настя.

Я посмотрела на Воронцова, словно на адвоката, что должен помогать мне с докладом перед допросом у следователя. Он криво улыбнулся, уловив мой настрой, сделал глоток темного напитка из высокого узкого бокала и ответил:

– Я Милану в шкафу нашёл.

Я чуть под стол свалилась от его прямолинейности. Все присутствующие заулыбались, приняв признание за шутку.

– А если серьёзно?

– А чем не серьёзно? У меня в шкафу и не такое можно найти, если порыться получше… Девчонок хоть отбавляй, одна краше другой. Приходи, сама убедишься.

– Но-но, – влез Вадим. – В свой развратный шкаф мою Настю не зазывай, ясно?

– Дураки, – отмахнулась блондинка, и за столом сменили тему, поняв, что Андрей никаких подробностей нашей встречи выдавать не собирается.

Ты не спрашивал, что я буду пить. Когда к нам подошла девушка-официантка в очень откровенном наряде, от которого у меня глаза на лоб полезли, просто назвал ей два коктейля и отпустил. Признаюсь, мне было совсем не обидно. Наоборот, я была так счастлива, что сегодняшним вечером меня угощал именно ты.

Но счастье длилось недолго…

Несмотря на то, что в твоей компании со мной общались как с равной, ты продолжал видеть во мне маленькую младшую сестренку своего друга. Вопреки всем стараниям! Даже коктейли, что ты мне заказывал, оказались безалкогольные. Отчаялась и совсем стихла, перестав поддерживать разговор за столом. Всё было без толку. Последней каплей стал Воронцов, который в тысячный раз бросил на меня мимолётный, немного насмешливый взгляд. Я поднялась из-за стола. Веселить этого придурка точно не собиралась. Извинилась и сообщила, что ненадолго отойду.

С твердой решимостью пошла к бару, в толпу людей. Достала из сумочки карточку брата и задумчиво покрутила в руке. Пить спрайт с мятой я больше не желала. Мне хотелось попробовать то, что пил Воронцов, но понятия не имела, как называется этот напиток. Протиснулась к бару и завороженно наблюдала, как бармены, словно жонглеры в цирке, доставая из холодильников бутылки с алкоголем, подкидывали их: через спину, крутили в воздухе, ловко подхватывали.

– Карточки принимаете? – спросила я, когда один из них обратил на меня внимание.

– У нас сегодня со связью проблемы, – извинился парень. – Но в холле есть банкомат.

– Давайте я угощу, – влез в разговор сосед справа. Он улыбнулся мне и сразу же устроил руку на моём плече. – Что ты будешь, крошка?

Я вытаращила на него глаза, как полоумная. Мы даже не были знакомы, а он уже касался меня и предлагал выпивку оплатить. Растерянно отказалась, отстраняясь от мужчины, и пошла снимать деньги с карточки. Благо тут проблем не возникло.

Когда же вернулась к бару, совсем смутилась. В свои восемнадцать я, к своему стыду, не знала ни одного спиртного коктейля и понятия не имела, какое название говорить бармену. Справа от меня кто-то делал заказ: «Зелёный Веспер». Я повторила то же самое.

– Не нужен ей «Зелёный Веспер», – раздался позади громкий низкий голос, и я вздрогнула.

Воронцов бесцеремонно сжал мне талию, подвинул вбок и сел на свободный стул. Возмущённо поёжилась, но промолчала, глядя только на растерявшегося бармена.

– Мне одного опекуна хватает, – пробурчала я негромко.

– Я понимаю, пить весь вечер безалкогольный «Мохито» скучновато. Но зачем же из крайности в крайность?

– Коктейль очень крепкий, – подтвердил парень за баром.

– Тогда скажи название того, что пьёшь ты, – попросила я Воронцова.

– Тоже не пойдёт, – отказался он.

– Может, я сама уже решу?

Было неприятно видеть его улыбку в ответ на моё возмущение. Он склонил голову набок и довольно долго на меня смотрел. Потом внезапно повернулся к бармену и попросил сделать нам два коктейля «Холодный чай из Лонг-Айленда». Но в одном попросил уменьшить дозу алкоголя вдвое. Вся эта ситуация злила безмерно. Молча ждала свой «недококтейль», и когда оба напитка оказались рядом, нагло поменяла бокалы. Воронцов этот жест не оценил. Отобрал свой бокал и достаточно грубо заявил:

– Ты вроде пришла сюда покорять своего любимого, а не блевать ему на ноги в пьяном угаре.

Я густо покраснела.

– Думаешь, я пить не умею?

– Уверен в этом.

Фыркнула и повернулась к бармену:

– Сколько я должна?

Парень кивнул на Воронцова и ответил, что всё уже оплатили.

– Зачем?

Тот лишь рассмеялся.

– Удивляешь! В клубах принято угощать девушек. Особенно с такой внешностью. Учись ею пользоваться, крошка.

Нахмурилась и ничего ему не ответила. Глотнув непрошенное угощение, отвернулась и зашагала наверх. К радости, Воронцов остался сидеть за баром. Не знаю почему, но он заставлял меня нервничать. Причём очень сильно.

Без зазрения совести уселась рядом с тобой и попивала свой сладко-горький коричневый коктейль. Ты оторвал взгляд от телефона и строго осмотрел мой напиток. Опять, наверное, переписывался со своей Олесей.

– Андрей тебе купил? – как-то кисло спросил ты.

– А ты думал, я сюда спрайт пришла пить?

Просто не смогла сдержать обиду, а ты тогда ничего не ответил. Нагло сделала новый глоток, проигнорировав твой хмурый взгляд.

Стоило выпить половину коктейля, и я почувствовала себя по-настоящему круто. Несмотря на то, что в стакане Воронцова алкоголя было больше в два раза, голову почти сразу окутал пьянящий туман. Напиток был явно крепче шампанского. Осмелела и сама попросила девушку, что обслуживала нашу ВИП-зону, повторить напиток, а о том, что порция алкоголя у меня была занижена, предусмотрительно умолчала.

– Не вздумай заказать ещё, – сказал ты мне строго, когда мою просьбу выполнили.

Не стала возражать. Я ведь действительно пришла в клуб с тобой под руку, чтобы попытаться завоевать твоё внимание, а не создавать проблемы. И после горячительного коктейля мне стало гораздо проще с тобой общаться. Этого было достаточно. Язык словно развязался, я спрашивала тебя обо всём на свете. И с каждым бесхитростным ответом с радостью понимала, что мы стали чуточку ближе. Раньше никогда подумать не могла, что такой, как ты, может слушать рок. Проще было представить тебя в роли слушателя Моцарта и Бетховена, занимавшегося по вечерам йогой.