Чтение онлайн

— Сомневаешься в моих водительских способностях? — фыркает Саманта. — Я не дам тебе сесть за руль. Опять отвезёшь меня к грёбаному сгоревшему особняку. У тебя туго с фантазией, поэтому, я поведу. Я знаю, куда ехать.

Сколько ещё она припомнит мне те две поездки, когда мы в итоге оказывались на поляне, где остались ошмётки сгоревшей древесины и кирпичей? Уже даже не смешно.

Мы выруливаем на трассу и выезжаем из города. Ехать больше суток. Знаю, где мы остановимся. Мы делали это целых два раза. Теперь будет третий — победный. Надеюсь, завершающий. Вдруг мы действительно найдём все ответы? Решим проблемы. Найдём деньги, которые мой отец завещал матери Сэм, и тогда я смогу забрать Ната и Ари из этого ада, уехать как можно дальше. Это вселяет надежду. Надеюсь, всё это — не зря.

У мужчины, который даёт нам ключ от номера, на лице играет улыбка, так как он видит нас уже в третий раз. А через минуту улыбка играет уже на моём лице, так как я наблюдаю ванную комнату, осматривая едва заметную ржавчину на покрытии. Но, недолго думая, я включаю горячую воду и выхожу, прикрыв дверь. Вижу, как Сэм развалилась на кровати, которая, кстати, по-прежнему одна в комнате. Неужели, я снова буду спать на диване?

— Угадал, — девушка читает мои мысли, и, не глядя в глаза, указывает на знакомый диванчик, на котором я уже проводил здесь целых две ночи. Дикая тоска по Нату, Ариэль, и по дому, в котором я уже практически ужился, как родной, начинает драть мои рёбра изнутри. Да и голод даёт о себе знать.

— Вот это землетрясение, — смеётся Сэм, услышав бурчание моего живота.

— Лучше бы заказала еду в номер, — бурчу я, заглядывая в карман штанов. Деньги, которые дал Рэджи, не хочется тратить на банальные роскоши, такие, как принести еду в номер, вместо того, чтобы спуститься за продуктами в магазин и приготовить что-нибудь съедобное собственноручно. По крайней мере, за доставку платить не надо, так как я сам себе — доставка. Чёрт, я бы сейчас не отказался от пива. Хочу вернуться домой, сходить с Рэджи и Натом в тот бар, пообщаться с Мёрфи. Она всё-таки неплохая девчонка.

— Мёрфи, — я вздыхаю, мысленно представив бар, и то, как там было весело раньше.

— Какая Мёрфи? — странный взгляд Сэм сверлит мой затылок, я чувствую. Лишь пара шагов отделяет меня от ванной комнаты, где уже, наверное, набралась вода. Неужели я произнёс имя той девушки вслух? Совсем дебил, нет, ну скажите?

— Девушка из бара, — и я быстро добавляю, чтобы Сэм не подумала ничего лишнего, — Мёрфи помогла мне вставить мозг на место.

— Какой бар? — Сэм, кажется, немного ошарашена. Она, наверное, до этого момента думала, что я гей или что-то вроде этого? Ведь я помню, как мы поругались возле дома Ната, когда та призналась в своих чувствах, а я ответил, что она мне не более, чем подруга.

— Бар, в котором мы с тобой познакомились. Ты серьезно, или дурой прикидываешься?

— Не знаю я никакой Мёрфи, — странно протягивает Сэм.

Мои глаза округляются.

— Но как же… Она работает в баре. Мёрфи говорила, что общалась с тобой. Девушка с пепельным цветом волос. Мимо такой сложно пройти мимо. Сэм! — ору я. — Ты видела её! Ты просто забыла!

— Кью, не хочу тебя пугать, но, кажется, у тебя проблемы, — она осторожно щупает мой лоб, всё ещё сохраняя максимальную дистанцию между нами. Мы слышим шум воды — ванная уже почти набралась. Сэм качает головой в разные стороны и говорит:

— Прими ванну, позже поговорим, — и выталкивает меня из комнаты, открывая дверь в ванную. Я слышу, как за мной щёлкает замок, и я погружаюсь в тишину, когда моя рука прокручивает кран, перекрывая доступ к воде. Два пальца осторожно касаются горячей жидкости, отмечая, какой температуры воду мне следует долить. Но, к моему удивлению, вода в ванной идеальной температуры. Серые потёртые джинсы летят на пол, следом за ними — белая футболка с полу-стёртым чёрным принтом, и бледно зелёная ветровка (не удивляйтесь, я странный человек-капуста, и ношу под пальто ещё целую гору одежды).

Постепенно моё тело погружается в воду, и я чувствую, как облегчение идёт по накатанной — с пят до головы. В обратном направлении. И когда вода достигает моей шеи, я закрываю глаза и улыбаюсь — как же мне этого не хватало. Одиночество, тишина, и тёплая ванна. Каждый уважающий себя человек должен абстрагироваться от общества, даже от родных, и побыть наедине с собой. Мне же проще — родных-то у меня нет. Поэтому, одиночество стало для меня привычным. Но, почему же сейчас мне становится не по себе? Слишком тихо. Пусто.

— Сэм? — я сто раз подумал, прежде чем позвать её, но глядя, как пена закрывает все мои части тела, которые девушке сейчас совсем не обязательно видеть, я решаюсь выкрикнуть её имя.

Тихие шаги подплывают к двери, кажется, вплотную. Если бы щель внизу была побольше, думаю, я бы смог рассмотреть её носки в полоску.

— Да? — её голос кажется мне таким испуганным. Я мысленно представляю лицо Сэм — брови домиком, глаза смотрят в пол, а верхняя губа едва заметно дрожит. Каштановые волосы падают на лицо. Родинка над правой бровью делает её лицо таким идеальным, таким… не похожим на остальных.

Зачем я звал её? Чего я добиваюсь?

— Ты пойдёшь за едой? — вырывается у меня. Чёрт. Кретин. Ведь совсем не это хотел сказать.

— Да, — повторяет она, уже более утвердительно. Голос становится уверенней.

Мы оба понимаем, что я, скорее всего, хотел предложить ей присоединиться. Но мы ведь не настолько близки, чтобы делать это вместе. Скорее всего, она бы отказалась, а я бы выглядел полным идиотом.

— А что купишь? — я закатываю глаза, но, кажется, разговор с ней успокаивает. По крайней мере, я не один. Я слышу, как в соседней комнате ходит человек. И если раньше меня радовала тишина и спокойствие, то сейчас я уже вряд ли смогу жить один. Снова. Всё повторяется. Когда Джуди пришла в мою жизнь (квартиру, кровать), заняла мою кружку (любимую, чёрт возьми кружку!), и забрала мою футболку, я понял, что именно это спасло меня в тот момент. Если бы не та девушка, я бы и дальше кис в той вонючей квартире. Работа-дом-работа — вот, что меня ждало — круг ада, и чем дальше — тем хуже.

Сэм разбила две моих любимых кружки. Она тоже носила мои вещи. Ночевала в моём доме (не моём, конечно, а съёмном). Я ведь клялся самому себе, что не совершу одну и ту же ошибку дважды. Так почему же делаю это снова? Влюбляюсь. Квентин, ты сентиментален до чёртиков. И глуп. Очень глуп. Понимаешь? Ты влипаешь в одно и то же дерьмо дважды. Ты мазохист, Квентин.

— Пиццу, а что же ещё? — после этих её слов, я представляю на лице девушки улыбку.

— Можешь сгонять за пивом? — гавкаю я и тут же закрываю рот мокрой ладонью. Звук шлепка доносится до Сэм и она смеётся.