Чтение онлайн

Каждое десятое окно, расположенное вдоль козырька, сияло холодным голубоватым светом. Ряды таких же голубоватых окон шли вверх, от второго до последнего четырнадцатого этажа. Фасад был как бы расчерчен по вертикали, поделен на равные части рядами одинаковых голых окон. Варя знала, что в доме шесть жилых подъездов. То есть окна лестничных площадок освещены все до одного, очень ярко. Если бы убийца стрелял из окна, его силуэт был бы отчетливо виден с площади. Лучшего места, чем этот козырек, просто не придумать. Стоянка ярко освещена, над козырьком образуется как бы теневой шатер.

Одно из шести лестничных окон над — козырьком было открыто. Варя только сейчас заметила, как покачивает створку сильный ветер.

— Интересно… — она забыла о том, как ужасно выглядит, и повернулась лицом к своему собеседнику, — а вы, когда гнались за ним, не боялись, что он выстрелит?

— Нет.

— Он что, пистолет бросил?

— Не знаю.

Варя заметила на его правой руке два перстня. В ярком фонарном свете сверкнули бесцветные камни, слишком крупные, чтобы быть настоящими бриллиантами. На запястье болталась толстая золотая цепь. Лица его она разглядеть не могла, ближайший фонарь светил ему в затылок. Плечи широченные, накачанные, голова обрита наголо, короткая крепкая шея. То ли спортсмен-тяжеловес, то ли спецназовец, а может, чей-то охранник. Возможно, «браток», а скорее все сразу.

Она сдвинулась к самому краю сиденья, ей очень хотелось разглядеть его лицо.

— Вы здесь кого-то охраняли?

— Я гулял с собакой.

— Живете в этом доме?

— Нет. В соседнем.

— То есть вы оказались здесь совершенно случайно?

— Да.

— И вы все видели?

— Почти.

— А вот когда были выстрелы, кто-то повалил кого-то на землю. Не знаете, кто кого? — спросила она, пытаясь заглянуть ему в глаза.

Он отвернулся, ничего не ответил, бросил окурок в снег, сплюнул и быстро отошел. Овчарка Фрида встала, не спеша отряхнулась, брызги с собачьей шерсти полетели Варе в лицо.

— Подождите! — крикнула она вслед незнакомцу. — Можно вас попросить? Он резко остановился.

— Там где-то в сугробе сумочка моя валяется, пусть кто-нибудь принесет. И еще туфли.

Он молча кивнул и быстро зашагал туда, где стояли охранники и милиционеры. Овчарка шла рядом, вжавшись, в его ногу. Варя увидела, как навстречу человеку с собакой широким шагом направляется Мальцев. В одной руке он держал ее сумку, в другой туфли. Поравнявшись с незнакомцем, он остановился. Они говорили довольно долго. О чем, Варя не слышала.

«Этот браток повалил Мальцева на землю за секунду до выстрела, — вдруг догадалась Варя, глядя сквозь поредевший снег, как поднимают и заталкивают в милицейскую машину задержанного. — Он спас Мальцева. А его Фрида спасла меня. Если бы я не упала, могла бы запросто получить пулю. Одну из трех пуль. Киллер не профессионал, мазила. Конечно, целил он в Мальцева, но мог бы и промахнуться. Спасибо овчарке Фриде. Но как же он умудрился еще и догнать киллера? Тоже Фриду надо благодарить. Хорошая собачка. Умная».

Милицейская машина уехала, увезла задержанного. Мальцев все беседовал с незнакомцем.

«Мало ли в Москве немецких овчарок? — думала Варя. — Мало ли накачанных молодых мужиков, у которых хриплый басок, отрывистая речь, кретинская манера расплющивать фильтр сигареты зубами и сплевывать через слово?»

Она еще раз внимательно взглянула на себя в зеркало. Хорошо, что лицо такое грязное, в разводах туши. Пожалуй, не стоит стирать грязь, пока браток не уберется отсюда восвояси со своей умницей Фридой.

— Значит, вы просто заметили его на козырьке над подъездом? — спросил Дмитрий Владимирович, вглядываясь в маленькие светлые глаза своего спасителя.

— Инстинкт сработал. За секунду до выстрела я почувствовал, в кого он целит.

— Откуда у вас этот инстинкт?

— Афган. Чечня.

— Вы военный?

— Я был офицером спецназа.

— Чем сейчас занимаетесь?

— Вот, собаку выгуливал, — в темноте сверкнули яркие белоснежные зубы. Улыбка была моментальной, как фотовспышка, и тут же лицо опять окаменело. Мальцев чувствовал, как напряжен его собеседник. На вопрос он отвечать не хотел.

«Конечно, такому крепкому парню неприятно признаваться, что у него проблемы с работой», — догадался Мальцев, искренне сочувствуя бывшему спецназовцу.

— Ну хорошо, а как вам удалось вычислить, куда именно он будет убегать?

— Увидел открытое окно, понял, что подъезд ближайший к арке, то есть в середине двора. Значит, ему удобней пересечь двор и только потом свернуть в один из переулков. Но догнал его не я, а Фрида.

— Вы специально обучали собаку этим навыкам?

— Так точно.

— И часто ей приходилось догонять преступников?

— Всякое бывало.

— Собака отличная у вас, — Мальцев протянул руку и потрепал жесткий мокрый загривок, — сколько лет вашей Фриде?

— Три с половиной.

— Хороший возраст. Собачья молодость.

— Так точно.

— Ну ладно. Еще раз спасибо вам. Вот моя визитка. Завтра в десять жду вашего звонка.

Варя перебралась на заднее сиденье, подложила под голову свернутую кожанку шофера, поджала ноги, накрылась своей дубленкой. Только теперь она почувствовала, как сильно устала. Глаза слипались.

Первыми сели в машину шофер и охранник. Судя по их мрачному молчанию, Варя поняла, что обоим грозит увольнение. И это справедливо. Если бы не случайный собаковладелец, все могло бы кончиться плохо.

Мальцев уселся на заднее сиденье, рядом с Варей.

— Кто он, этот парень с собакой? — спросила она, сладко зевнув.

— Бывший спецназовец.

— Да? А я думала, он милиционер.

— Ты поспи, солнышко, — Мальцев погладил ее по коленке, — ехать долго, поспи пока.

Ехать было действительно долго. Особняк Дмитрия Владимировича находился за городом, в тихом заповедном месте неподалеку от знаменитого Завидова.