Чтение онлайн

Петя пересек двор и вышел за калитку кованого ограждения. Рюкзак его заметно опустел.

Оказавшись на проспекте, по которому уже двигалась привычная для центра города толпа, мальчишка набрал на сотовом номер Никиты. Студент тут же ответил. На том конце трубки слышались звуки умывания, студент и сплюнул воду: зубы чистил, недавно проснулся.

–Привет, – сказал в трубку Петя, лавируя в толпе против ее течения, – Никит, я все придумал. Ахнут – обещаю.

«Козлик» обрадовался.

–Где именно будем прятать? – спросил он.

–Там, где и должен быть египетский крест – ты ведь знаешь, что это египетский крест анкх?

Студент промычал что–то невнятное, Петя усмехнулся.

–Мы спрячем его в подвале прямо под Эрмитажем, тебе же сказали, я профи по тайным местам.

Студент удивился, но обрадовался еще больше, что было понятно по его бодрому голосу.

–И когда приступим?

–Можно прямо сегодня вечером, – легко произнес Петя, – А сейчас, извини, у меня экскурсия.

И он сделал отбой связи.

Весь обратный путь домой Петя невольно смеялся, представляя себе физиономию Никиты, когда тот попадет в поставленную ловушку. План был действительно остроумный: на балке под потолком в узком проходе парень пристроил сооруженную ночью «мумию», а под «мумией» на полу под фанеркой припрятал резиновую игрушку–свистульку.

–И что она в нем нашла? – вслух произнес Петя, поворачивая в свой переулок, – Ведь дурак дураком. Ничего. Скоро убедится.

***

День прошел в ожидании вечернего аттракциона. Дед по обыкновению занимался своими «трудами», а точнее, посидел часок за рукописью, а потом пропал на пять часов, сказав Пете, что отправляется в парк на сеанс одновременной шахматной игры с двадцатью пенсионерами.

Днем на пять минут вышла на видеосвязь мама, звонила из какой–то пещеры, интересно, почему в пещере была такая отличная связь, никаких перебоев с интернетом?!

Наконец, на улицах зажглись фонари, что означало приближение ночи. Очередной белой ночи. Петя ждал мотоциклиста и свою даму сердца на проспекте, в том месте, откуда шел поворот на арку с чугунной оградой.

Когда мотоцикл лихо развернулся рядом, Петя испытал невольное чувство зависти и стыда. Марина сидела за спиной Никиты, и они смотрелись как красивая влюбленная пара. На Никите был костюм, из–за которого студент сильно смахивал на какого–то кибертуриста из ближайшего будущего. За спиной висел рюкзак.

–Салют! – «Козлик» явно был в приподнятом настроении, впрочем, похоже, его всегда отличал здоровый оптимизм.

–Привет, Чумичка! – добродушно сказала девушка, снимая шлем, и ее блестящие волосы рассыпались по плечам.

Марина была в обычных кроссовках, джинсах и футболке – сплошное легкомыслие!

–А я сапоги от костюма химзащиты прихватил! – продемонстрировал свои ноги Никита. Хвастун.

Студент достал из рюкзака налобный фонарик и укрепил его на голове. Ничего не скажешь – подготовился основательно.

–Значит, не передумали? – буркнул обоим Петя.

Никита и Марина насмешливо переглянулись, «Козлик» покровительственно похлопал парня по плечу.

–Мой девиз – не падать вниз, труба зовет – только вперед! – продекламировал он, а потом добавил, – Ну, куда идти?

Петя хмыкнул. А Марина лишь бросила на Никиту очередной восхищенный взгляд. Господи, что не так с этими красивыми девчонками?!

Мотоцикл остался стоять у обочины. Петя провел ребят через арку, затем – через безлюдный двор, из окон дома в эту душную светлую ночь доносилась эстрадная музыка, и остановился у входа в подвал. Все–таки грызли сомнения.

Ладно бы он шел с одним Никитой. Но с ними была Марина. Вдруг испугается слишком сильно, поранится.

–Слушайте, это, конечно, офигенное место. Но вообще–то питерские подвалы точно не для слабонервных. Может, хотя бы инструктаж?

Марина удивленно смотрела на парня.

–А я думала, ты куда смелее. Пошли уже, экскурсовод.

–Не дрейфь! – подбодрил «Козлик», он вытащил из кармана анкх на золотой нити и покрутил перед Петей, – Эта штуковина еще наделает шуму. Я консультировался сегодня – она золотая. И очень старая. Идем.

Никита зажал анкх в кулаке. Петя вздохнул.

–Ладно. Я предупредил. Ты первый.

Ребята спустились по лесенке к подвалу. Петя вставил ключ, открыл замок и распахнул дверь.

Из подвала пахнуло сыростью, совсем не так, как в прошлый раз, Петя был в этом уверен. Однако он еще никогда не ходил по питерским подвалам ночью. Поэтому не придал значения переменам в запахе.

Никита включил свой налобный фонарик. И первым ступил внутрь. Следом прошла Марина. Петя прикрыл дверь за своей спиной.

То, что под Зимним дворцом существует целый подземный город, разветвляющийся подвалами на все исторические районы Петербурга, Петя знал давно. Дед чуть ли не с пеленок рассказывал ему на ночь вместо сказок питерские байки и небылицы, обязательным фигурантом которых были местные подземелья. А уж что до подвалов Зимнего дворца, то тут басен и исторических анекдотов было хоть отбавляй.

Эти подвалы служили не только как кладовые, служебные и жилые помещения прислуги. Они соединяли все дворцы и храмы, служили подземной дорогой для транспорта – по ним могли перемещаться даже кареты! Много тайного связано с подземными питерскими ходами, много было разговоров и о населявших их призраках.

А чтобы защититься от несанкционированных проникновений, владельцы дворцов и домов попроще огораживали подвальные входы железными решетками. Современные горожане и не подозревают, что у них под ногами на глубине нескольких метров – такие же мощеные камнем улицы и переулки, а то и целые площади! Впрочем, люди 21 века вообще мало что знают о Питере, его секретах и тайнах.

Но был среди горожан тот, кто владел старинными картами подвалов и подземелий северной столицы – дед Пети. Профессор Семен Семенович Чумикин посвятил изучению древнего Петербурга всю жизнь, он был страстным собирателем старинных документов, их в его запираемом на замок кабинете скопилось множество. А Петя обладал любознательностью, перед которой не мог устоять ни один замок. Поэтому, когда дед отлучался по своим делам, Петя часто засиживался в кабинетной тиши и аккуратно изучал хрупкие манускрипты, карты и письма, – в дедовой коллекции имелись удивительные письма от удивительных людей, живших триста лет назад.