Шрифт:
Глава 1
Светловолосая девушка сидела перед ним в кресле, уставившись покорным взглядом в свои колени. Взлохмаченные волосы выдавали ее недавнее буйство, произошедшее в коридоре, которое повлекло за собой последствия: она была одета в смирительную рубашку. Девчонка слегка дрожала после испытанного стресса, явно сейчас негодуя, и пребывая в нервном состоянии.
Средней тяжести. Так он напишет в своем отчете о ней после встречи.
На вид лет двадцать с небольшим. Совсем юная. Миловидное веснушчатое личико с зелеными глазками смотрело упорно вниз, стараясь скрыть от него свой гнев. Она могла бы быть красавицей, если бы не слишком изможденный вид. У нее также был явный недостаток в весе, причем довольно заметный.
Ее полыхающие яркой зеленью глаза, показавшиеся ему на мгновение, стоило ей вскинуть голову, и моментально затянувшие его в свою болотную топь, показали ему чрезмерное недовольство.
Марк подался вперед, опираясь руками на стол перед собой, оставляя кресло позади. Хотелось получше ее рассмотреть. Он уже успел отметить несколько явных моментов, которые сигнализировали о расстройстве поведения и привлекали к себе внимание, и о которых упоминал ее отец при их короткой встрече. Сухие корочки в уголках рта, белые бескровные губы, все искусанные и прокусанные неоднократно, многочисленные синяки и повреждения на лице и икрах, выглядывающих из-под платья говорили о том, что в последнее время ее жизнь была не так сладка. Тело было закрыто плотной смирительной рубахой, но он не сомневался, что и там полно доказательств ее безудержности.
Судя по отчету докторов, которые осмотрели ее и провели опрос родственников перед тем, как передать ее главному врачу, девушка сама их себе наносила. Реже она бросалась на других, но такое тоже имело место быть.
– Здравствуй, Кара, – произнес он вежливо, переключаясь на бумаги и забывая о ней в то же время.
Главный врач частной психиатрической клиники «Спасем вас от ваших демонов», которая являлась также лечебно-диагностическим центром неврологии для пациентов с проблемами средней и легкой тяжести, не ждал от нее ответа. Отметив все важное для себя, он более не обращал на нее внимания.
В первую встречу мало, кто здоровается, особенно если тебя привели против воли, как это произошло с ней. Попадая впервые в этот кабинет, пациенты терялись или наоборот, буйствовали, наконец понимая, что же происходит. Марк привык к разной реакции и, преимущественно, – к ее отсутствию, поэтому продолжал вести себя привычно.
– Здравствуйте.
Их взгляды встретились в молчаливом противостоянии, и атмосфера незаметно накалилась, заставляя ее поспешно отвернуться и не давая ему подробнее изучить себя.
Он успел заметить, что горячность ушла с ее лица, оставляя трезвое восприятие.
– Не бойтесь, здесь не причинят вам вреда, – проговорил он, делая новую запись в блокноте.
Обычно Марк начинал с того, что рассказывал новым пациентам о психоневрологической больнице, в которую те угодили, правилах или вообще молчал, оставляя это право персоналу.
Далее на основании имеющихся данных и первичной поведенческой реакции пациента, он закреплял больного за определенным врачом, который и вел его в дальнейшем. Изредка оставлял за собой.
Здесь же ему захотелось ее немного успокоить. Девчонка показалась адекватной по восприятию и реакции, только испуганной на первый взгляд.
Сразу же начали роиться мысли на основании такого поведения и выстраиваться подходящие диагнозы.
Девушка юная. Большинство молоденьких девочек имели расстройство поведения из-за грубого окружения. Ее родственники, сами того не заметив, могли прогнуть ее и сломать. Тогда реакция ее соответствующая: агрессия и периодическое проявление неадекватности в поведении.
В ее глазах читается страх. Пациенты, которые испытывали тревогу, перерастающую в нечто большее, и свои неадекватные реакции выстраивали на ней, подлежали лечению в 80 процентах случаев. И Марк за это зацепился.
Но она молчала, не давая ему возможности подтвердить свои первые мысли. А очень хотелось услышать ее.
И последовала провокация с его стороны:
– Я изучаю вашу карту, – стал он размышлять в слух, поглядывая в бумаги и переключая взгляд на Кару. – Смотрю, вы плохо спите. Это так? Может вам снотворного прописать или седативных?
Хотелось услышать ее ответ перед тем, как отпустить в палату, которая в данный момент для нее подготавливалась.
Девушка кривится, показывая свое отношение к лекарствам.
Уже что-то.
– Не надо седативных, – бормочет она, сжимаясь. – Они на меня сильно действуют.
Кара елозит руками в рубашке, пытаясь устроиться комфортнее, но крепко связанная одежда не позволяет ей осуществить задуманное и девушка спустя несколько пустых попыток затихает.
Через несколько секунд она предпринимает попытку почесаться, склоняется к плечу и начинает тереться щекой об рубашку.
Марк заинтересован и продолжает за ней наблюдать.
– Через пару минут вас отведут в палату и снимут ее, – отвечает он мягко, пытаясь расположить ее к себе.
В голове новые предположения. Возможны насекомые-паразиты, вызывающие раздражение и странные реакции.
Он записывает второе предположение себе в блокнот. И сразу третье: аллергия?
– Может быть совсем несильные? – добавляет он к рассуждению. – Только чтобы вас стабилизировать? На пару дней? Отдохнете и потом уберем?
Она молчит, сжимая зубы и сдерживаясь. Видно по горящему взгляду, метающему искры, как ей хочется сказать пару ласковых слов.
Марк продолжает вести записи в своем блокноте, добавляя антигистаминные в список ее предстоящего лечения. И он юлит. Лекарства уже прописаны, несмотря на ее предпочтения. Всем буйным пациентам без исключения идет в первые дни успокоительное, спустя время – снижение дозы.
– Надолго я здесь?
Кара сама идет на контакт, упреждая его дальнейшие вопросы.