Его одержимость
Шрифт:
– Спрашивай, - расплываясь в медленной хитрой усмешке.
– Ну, расскажи что-нибудь о своей семье? – пожимая плечом.
– Моя семья… - выталкивая несколько резко и все также избегая зрительного контакта, - Моей мамы не стало, когда я был еще ребенком, - пауза, - Примерно в это же время у отца начались проблемы, и, чтобы не присесть, он написал отказную, уехав из страны, но пообещав вернуться...
– вздох, - Я вырос в интернате… - еще один вздох, - В подростковом возрасте меня усыновила одинокая бездетная вдова из Артыбаша. Она занималась фермерством, и, в каком-то смысле, ей нужен был помощник. Собственно, с этого все и началось, - помолчав несколько секунд, Вадим, наконец, поднял на меня прищуренный цепкий взгляд.
– Ты вырос в интернате… - растерянно повторила я, едва не воскликнув, как много общего у Завьялова с моим отцом, ведь они с дядей Кириллом тоже когда-то воспитывались в детдоме, только, учитывая сложившуюся ситуацию, данное упоминание сейчас было бы совсем не к месту… - И где сейчас твоя приемная мать? – уточнила я, чтобы перекрыть повисшую паузу.
– Ее не стало за пару месяцев до моего совершеннолетия, - задумчиво поведал он, - А перед своей кончиной Мария призналась, что приняла решение об усыновлении, узнав о своем страшном диагнозе. Возраст чада, кстати, она выбрала, прикинув, сколько ей осталось - чтобы после ее смерти, ребенка не забрали обратно…
– Ничего себе!
– выдохнула я, прикусывая губу – не ожидала, что биография Вадима изобилует столь драматичными событиями…
– Не сказать, что за эти несколько лет нам удалось по-настоящему сблизиться, - Вадим неопределённо пожал плечами, - Но именно Мария привила мне любовь к природе, животным… в особенности, к лошадям, - краткий смешок, - и подобного вида отдыху… - мужчина продолжил, помассировав виски, - Выяснилось, что моя приемная мать отписала мне конюшню и приличный участок земли в придачу, на котором она планировала построить базу отдыха. Пожалуй, для меня было делом чести довести начатое до конца, - он слабо улыбнулся, - Кстати, эта база до сих пор функционирует, - отрывисто добавил он, снова опуская взгляд.
– А... как же твой родной отец? После того, как он уехал, вы больше не виделись?
– А с батей все вышло как в мультике "Возвращение блудного попугая", - мрачный смех, - Он объявился лет пятнадцать назад... Приехал ко мне в Артыбаш с голой задницей, весь в долгах... Я тогда только открыл новую базу, устроил его к себе работать... Ну, не выгонять же родного отца?
– со снисходительной улыбкой.
На языке вертелось еще много вопросов, в особенности, о его личной жизни: так и подмывало спросить, например, о местонахождении Женькиной матери… И как так вышло, что Вадим воспитывает сына один?
Однако, язык тела моего мужчины – напряженные челюсти и подрагивающие желваки – отговорили меня продолжать допрос. Вернее, я подумала, что у нас будет еще много времени для того, чтобы продолжить общаться на личные темы. Это ведь только наше первое официальное свидание… Сколько их еще будет…
Глава 29
Немного погодя мы с Вадимом еще раз сходили в парную, правда, на этот раз все было гораздо приличнее, потому что, не выдержав привычного для него температурного режима, я упорхнула обратно в комнату отдыха, где, почувствовав разыгравшийся аппетит, умяла сразу два бесподобных пирожка с яблоком.
Когда мой мужчина вернулся, я уже приняла душ и досушивала волосы, всем своим видом намекая, что кому-то завтра на учебу к первой паре, и, возможно даже, на работу – в том случае, если мой отец все-таки сменит гнев на милость…
Разумеется, я не собиралась оставаться там без Вадима.
Пробираясь поздно вечером между аллей, я невольно обернулась, будто почувствовав на себе чей-то взгляд.
– Что там? – тут же поинтересовался Вадим.
– Да ничего… – пробормотала я, разумеется, не обнаружив никого в тени высокой изгороди, – показалось.
– Я подумал, ты увидела хозяина-призрака, – хмыкнул он.
– Хозяина-призрака? – вопросительно вскидывая бровь.
– Неизвестно, кому принадлежит эта Усадьба. Из-за этого ходит много слухов, вплоть до того, что у ее хозяина обезображено все тело в результате страшного пожара… – добавил он, чуть дрогнувшим голосом.
Не найдясь, что ответить, я все еще чувствовала это странное покалывающее ощущение в области затылка, хоть никого и не увидела…
Остаток пути до моего дома прошел преимущественно в комфортном молчании.
Пару раз я едва не отлетела в объятия Морфея, такой эффект произвело на меня «чудодейственное» парение Завьялова.
– Я не могу отпустить тебя без этого, – Вадим опустил руку в карман пальто, вытаскивая оттуда бархатную коробочку и протягивая ее мне. – У тебя была возможность выбрать самой… – он нервно прыснул, – но теперь, увы, придется положиться на мой вкус. Надеюсь, интуиция меня не подвела, – прошептал он, глядя на меня с лукавой улыбкой.
Я сделала глубокий вздох, прежде чем поднять крышку, а когда заглянула внутрь, едва не задохнулась от переизбытка эмоций, обнаружив там обручальное кольцо с внушительным черным бриллиантом – то самое, которое понравилось мне больше всех, хоть я и не подала виду… А он считал это на каком-то энергетическом уровне.
– Поразительно, но интуиция действительно тебя не подвела! – потрясенно призналась я, позволяя Вадиму водрузить отнюдь не легкое колечко мне на безымянный палец. – Оно… оно потрясающее… – от волнения получилось несколько визгливым голосом.
– Чудо, теперь ты официально моя невеста, – с такой собственнической интонацией, что у меня внутри все размазало от ударной дозы дофамина.
– Я же еще не дала свое согласие?! – рассмеялась я, игриво рассматривая кольцо со внушительным камушком, всем своим восторженным видом показывая, что в общем-то не собираюсь его снимать.
— Значит, ты откажешь мне в поцелуе? – с легкой улыбкой, в очередной раз опьяняя меня столь откровенным мужским приглашением, отпечатанным на его лице.
Вот как ему можно отказать?
Да, собственно, Вадим особо и не спрашивал, несдержанно припадая к моим губам, и на некоторое время мы выпали из реальности, целуясь с какой-то страстной жаждой…
… Когда я прошмыгнула в дом, впервые за весь этот вечер взглянув на время, то оказалось, что уже хорошенько перевалило за полночь. Вот значит, какого это – не наблюдать часов. Со мной происходило такое только рядом с одним мужчиной.