Его сын
Шрифт:
– Узнаешь?
– женщина подтолкнула к Раму датапад, генерал всмотрелся в изображение.
– Знакомая расцветка.
– Ага. Коммандер Траун. Экзот. Чисс. Считают восходящей звездой имперского флота. Гений. Стратег и тактик. Единственный чисс в рядах флотского командования.
– И он тогда был...
– Да.
На кухне воцарилось молчание, нарушаемое только хрустом печенья.
– Так что там говорят твои предчувствия?
– Что-то грядет, - Кота задумчиво уставился в окно, - вот только что... я не могу определить. Но это будет нечто потрясающее.
– Значит, остается только ждать, - со вздохом констатировала Лари, потянувшись к вазочке и обнаруживая ее совершенно пустой. Генерал хмыкнул и под негодующим взглядом женщины отправил в рот последнее печенье.
***
Траун, коммандер Имперского флота, сидел в кресле, обдумывая крайне интересную тему - своего пассажира. Люцифер Палпатин-Скайуокер. Его императорское высочество Люцифер. Мальчик, которому через два месяца исполнится шесть лет.
Чисс задумчиво потер подбородок и включил свою любимую музыку - тихая мелодия помогала как следует сосредоточится на задаче. Траун вспоминал разговор, состоявшегося в каюте мальчика, его ответы на задаваемые мужчиной вопросы, анализировал его мимику и жесты, каждое движение, каждое слово.
Общаться с мальчиком было крайне интересно: если отвлечься от внешности, то можно было подумать, что разговариваешь с гораздо более взрослым человеком. Траун постарался максимально разузнать подробности и нюансы происходящего, уточнил некоторые моменты, которые его интересовали еще с их прошлой встречи и прошлого разговора...
– Скажите, господин Люцифер...
– мальчик отмахнулся от "Ваше императорское высочество", на "милорд" сверкнул глазами и сообщил, что пока что не заработал этот титул, так что можно просто "господин", - почему "Сын Зари"?
Траун и Люк стояли в ангаре, рассматривая хорошо знакомый ему шаттл, когда-то захваченный на Куате, на котором прибыл ребенок с охраной. Вот и сейчас двое крепких мужчин ненавязчиво маячили неподалеку, присматривая за своим маленьким повелителем.
– Ваш отец на Зарю не слишком похож...
– тонко улыбнулся чисс. Люк хмыкнул.
– Как сказать... Сейчас, может и нет... Не важно. Шутка для своих. "Как упал ты с неба, денница, сын зари! Разбился о землю, попиравший народы..." Вы помните подробности нашего стратегического отступления?
– весело сверкнул глазами ребенок. Чисс кивнул.
– Конечно. Мы провалились сквозь перекрытия, в космос.
– Если подумать, то мы упали. Так? Так. Одно из значений моего имени - "утренняя звезда". Денница. Мы рухнули с "неба" на "землю". Так что... соответствует.
Чисс потер подбородок и уставился на окруженный золотыми лучами круг.
– При чем здесь тогда затмение?
Мальчик одобрительно посмотрел на коммандера.
– Опять-таки аналогия. И это - "утренняя звезда". Как-нибудь я вам объясню. Здесь отражено многое...
– лицо ребенка стало мрачным, глаза заледенели.
– "Падение" я уже совершил. Теперь остается только один путь. Вверх. Коммандер...
– Люк кивнул и направился к своей каюте, охрана тут же пристроилась рядом. Траун молча рассматривал изображение на борту. Мысли в голове крутились интересные...
Как только Император сделал то самое объявление, двор и армия забурлили. Генерала-джедая Энакина Скайуокера помнили, и очень хорошо, ведь многие из тех, кто сейчас служил в имперских войсках, служили раньше республике. Кто-то Скайуокера встречал, кто-то под его началом воевал, кто-то проводил с ним совместные операции... новость свалилась в войска, как катализатор в сосуд с нестабильным веществом, так что неудивительно, что тут же пошла бурная реакция.
Известие о смерти самого сильного и известного джедая в свое время породило много слухов, которые теперь ворошили, словно мусор. Интереса подбавляли и пересказы слов Люка о его отце. Офицеры припоминали всё, что сказал ребенок, всё, на что он намекал, а уж маленькая речь во дворце вообще была разложена на молекулы и подвергнута самому пристальному анализу.
Больше всего мусолили слова о похищении, причем, неоднократном, а также новость, что Темный лорд, оказывается, был... ээээ... нездоров. Намеки Люка на купание в лаве произвели огромное впечатление, заставив на многие моменты взглянуть по-другому. И на то, что Главком никогда не снимал броню, и на его жуткий характер и кошмарные привычки... Самые умные обратили внимание не только на это.
Траун был в империи пришлым, поэтому многие вещи были ему непривычны или неизвестны, хотя с джедаями он сталкивался. Приснопамятный "Сверхдальний перелет" и К`Баот, едва его не задушивший. Вспомнить было о чем. Так что его мнение о "защитниках демократии и опоре республики" опиралось на не самые приятные личные впечатления. Тем более интересно было узнать, что во многом мнения Трауна и военных на этот счет совпадают.
Вообще, джедаев, за редким исключением, в галактике не любили, так сказать. Невзирая на всю пропаганду и прочее, отношение к храмовникам было очень настороженное, недоверчивое и опасливое... а кое-где их откровенно ненавидели.
За огромное самомнение, за то, что считают себя выше всех, за то, что лезут со своим уставом в чужое пространство, насаждая его силой, за то, что творили всякое, оправдываясь при этом непонятно чем, за то, что... претензий к цепным псам Сената было много.
Тот же Гривус... что, он просто так ненавидел джедаев лютой ненавистью и уничтожал их при первой возможности? Нет. Были у генерала основания для такого отношения, были.
Скайуокер на фоне остальных рыцарей приятно выделялся тем, что относился к оказавшимся под его руководством не как к ресурсу, причем неодушевленному и запросто восполнимому. Он по мере сил защищал своих солдат, старался заботиться, не строил из себя истину в последней инстанции и сверхсущество, снизошедшее к простым смертным. Конечно, идеалом он не был, недостатков и у него хватало, но по сравнению с остальными мастерами и магистрами он был простым и понятным.