Чтение онлайн

— Мой поцелуй? — завороженно повторила Шарлотта, ощущая себя так, как будто ей действительно открывали величайшие сокровища мира.

О да, теперь он мог говорить об этом, мог признаваться в том, что она должна была знать.

Благоговея перед ней, Уильям снова погладил ее по щеке.

— Знаешь, почему в ту ночь я поцеловал тебя?

Шарлотта как завороженная смотрела на него, не в силах дышать. Не в силах поверить в то, что ее поцелуи имели над ним такую власть. Не веря в то, что наконец услышит ответ на самый невозможный вопрос.

— Почему?

— Тогда мне было так плохо, что я думал, что… умру. А твои губы казались мне такими совершенными, что я не мог умереть, не поцеловав тебя, губы, которые меня заворожили. Губы девушки, которая спасла мне жизнь и ничего не попросила взамен.

У нее запершило в горле.

— Уильям…

Он осторожно прижал палец к ее губам.

— Когда ты поцеловала меня в ту ночь, вернее, ответила на мой поцелуй, я… Я никогда в жизни не ощущал такого чистого, такого искреннего и нежного поцелуя. Поцелуй, который собирался оставить в своей жизни навсегда.

Шарлотта боялась дышать, потрясенная тем, что тот поцелуй подействовал на него почти так же сокрушительно, как и на нее.

— Уильям… — пробормотала она, вся дрожа.

Но и тогда Уильям помешал ей заговорить, проведя пальцем по ее щеке.

— Да, сердце моё, за всю свою никчемную жизнь я перецеловал много женщин и не горжусь этим, но именно это позволило мне найти из тысячи поцелуев один единственный, который я снова хотел, когда спустя десять дней пришел к тебе домой.

Она была поражена до глубины души.

— Ты пришел только потому, что снова хотел поцеловать меня?

Уильям улыбнулся, пытаясь держать глаза открытыми.

— Хотел? — Он ухмыльнулся, ощутив боль в щеке. — Я умирал от желания поцеловать тебе, потому что думал, что просто выдумал твои губы и их сладость. Я должен был убедиться, что это всё произошло со мной на самом деле, что я не выдумал тебя. Я хотел тебя от кончика волос до пальцев ног. Тогда ты так много говорила, кажется, хотела предложить мне какие-то бисквиты, но я не мог думать ни о чем, кроме как поскорее обнять тебя. И когда я поцеловал тебя, а ты снова ответила мне, ответила со всей своей трогательной нежностью, с которой касалась меня всегда, я понял, что больше не хочу ни чьих губ, кроме твоих. И хочу, чтобы ты всегда отвечала мне так. У меня душа переворачивалась от того, что ты не могла остановить меня и целовала так, что у меня подгибались колени.

Шарлотта потрясенно покачала головой. Даже во сне ей не приснилось бы такое. Когда она сгорала от сомнений и страха, он приходил, потому что… нуждался в ней?

— Боже мой…

Он медленно кивнул, будто прочитал ее мысли.

— Поэтому я заявил, что хочу жениться на тебе. Я хотел этого. Шарлотта, я хотел этого с того мгновения, как сказал об этом. Я не лукавил, не играл, и даже честь тут была ни при чём. Я не мог упустить тебя, должен был заполучить даже, когда этот Хамфри ошивался рядом с тобой.

Всё еще пораженная услышанным, Шарлотта сделала собственное признание.

— Я отказала ему.

На этот раз потрясенно застыл Уильям.

— Что?

— Он сделал мне предложение на том балу, когда я выпила несколько бокалов шампанского, но я отказала ему. — Она вдруг застонала, уронила голову ему на грудь и застыла, вдыхая его до боли знакомый запах. — Уильям, я отказывала другим целых семь лет, потому что… — Она снова заглянула ему в глаза. — Я любила тебя, любила всегда, днем и ночью, во сне и наяву. Я любила тебя даже тогда, когда ты не смотрел в мою сторону, не знал о моем существовании. Любить тебя было непросто, но я не смогла перестать делать это, даже когда поняла, что это бесполезно, и что наши дороги никогда не пересекутся.

Потрясение было столь велико, что Уильям не мог пошевелиться. Он даже не думал, что сердце может переворачиваться и наполняться еще большей любовью, но сейчас с ним происходило именно это.

— Поэтому в ту ночь ты ушла тогда с бала, когда я увел оттуда леди Хартли?

Ее глаза потемнели, пытаясь скрыть давнюю рану, которую ему предстояло излечить.

— Я столько раз видела, как ты это делаешь, что…

Он покачал головой и в который раз прижал палец к ее губам.

— Я даже не знал, что своими поступками разбиваю тебе сердце, — с сокрушительной мукой признался он, старясь дышать. Глаза уже не на шутку слипались, но он пытался сдержаться из последних сил. — Я… я так виноват перед тобой…

— Откуда ты мог это знать? Ты ведь мне ничего не обещал.

Он снова погладил ее по щеке.

— Я до конца жизни буду благодарен тебе за то, что ты сделала для меня в ту ночь. Не только не позволила истечь кровью. Ты подарила мне поцелуй, который изменил мою жизнь. Изменил меня. После него я бы не смог коснуться ни чьих губ, кроме твоих. — Он заглянул ей в глаза. — Ни одна женщина до тебя не имела для меня хоть какого-то значения. Я даже не думал, что способен на такие сильные чувства, пока в моей жизни не появилась ты. Не появилась по-настоящему. Мне нужны твои губы, Шарлотта, мне нужен твой запах, нужна твоя кожа. Поэтому я пришел к тебе после выздоровления. Поэтому я приходил к тебе снова и снова, и сходил с ума от того, что вокруг тебя ошивались другие, и что ты можешь выбрать их, а не меня. Я так боялся потерять тебя, что начинал терять голову. Чем больше я целовал тебя, тем больше ты отдалялась от меня. Это сводило меня с ума, потому что ты была единственной женщиной, которую я не мог понять. Хотя теперь я понимаю, что так ты пыталась уберечь от новой боли свое бедное сердце. Я не мог отпустить тебя, но и не представлял, как завоевать тебя, сделать своей. Только, оказывается, мне нужно было просто…

— Что?

Он притянул ее к себе и, наконец, поцеловал в губы. Нежно, так упоительно, что у нее защемило сердце. Его слова переворачивали ей душу, но Шарлотта прильнула к нему и опустила руку на его мерно поднимающуюся и опадающую, сильную грудь.

— Я должен был просто отдать тебе свое собственное сердце, чтобы ты больше не боялась меня. Чтобы наконец понял, как дорога мне, как сильно нужна.

Он даже понятия не имел о том, что делали с ней его слова.

— Уильям… — прошептала она глухо.

— Я собирался прийти к тебе домой на следующий день после возвращения в Лондон, но…

Подавшись вперед, Шарлотта сама поцеловала его в ответ, теряя себя в его тепле. Подумать только, а она боялась, что больше никогда не увидит его. Думала, что та ночь может стать переломным для нее, ведь прежде…

— Собирался прийти?

— Да, — пробормотал Уильям, подарив ей еще один поцелуй, такой нежный, что она едва не растаяла. — Хотел выкрасть тебя и отвезти в Гретна-Грин, если ты не согласишься стать моей женой после всего, что мы разделили друг с другом.