Чтение онлайн

— Юлия, я был неправ, — глухим голосом произнес он.

Она грустно улыбнулась.

— Не понимаю, в чем твоя неправота.

— Я говорил с тобой в гневе…

— Но ты имеешь на это полное право, — сказала она. — Только давай больше не будем говорить об этом. Я просто уже не могу об этом говорить.

Марк поднес ее руку к своим губам.

— Ты прости меня, сестренка, — сказал он голосом, полным сострадания. Он почувствовал, как Азарь положила ему руку на плечо, и его глаза наполнились слезами.

Юлия сжала своими пальцами его пальцы.

— Ты помнишь, как я сделала свой первый аборт, еще в Риме? Калаба сказала, что это очень просто и что, как только я избавлюсь от беременности, все снова будет прекрасно. Но с тех пор я больше ничему не радовалась. — Юлия безрадостно посмотрела на потолок. — Иногда я думаю, сколько бы лет было сейчас этому ребенку. Был бы это мальчик, или девочка. — Юлия отвернулась, не в силах больше говорить.

Конвульсивно сглотнув, она сжала руку Марка.

— Я убила своего ребенка. Как потом убила Кая.

— Что?! — тихо спросил Марк, поразившись услышанному.

— Я убила его. Калаба дала мне яд, и я давала этот яд ему малыми дозами, чтобы его смерть выглядела естественной. — Она посмотрела на своего брата затуманенным взглядом. — Но перед смертью Кай знал, что я с ним сделала. Я поняла это по тому, как он на меня смотрел. Тогда меня это как-то не трогало, Марк. А потом я не могла этого забыть.

Юлия качала головой, и в ее взгляде отражалось бесконечное мучение.

— Я все время твердила себе, что поступила справедливо. Кай постоянно изменял мне с другими женщинами. Он был жестоким и злым. Помнишь, как ты пришел ко мне и спросил, спала ли я с тем греком, который владеет лошадьми? Я спала. Я сделала это, чтобы расплатиться с долгами. Но, в первую очередь, я таким образом отомстила Каю за ту боль, которую он мне причинил. Он бы тогда забил меня до смерти, если бы… — Юлия закрыла глаза, вспомнив, как Хадасса закрыла ее собой и приняла страшные удары на себя.

Марк видел, как тяжело пульсирует ее шея. Юлия была бледной и взмокшей.

— Успокойся, Юлия. Рассказывай.

— Она закрыла меня собой. — Глаза Юлии наполнились слезами, тут же покатившимися по щекам. — Она защитила меня, — прошептала Юлия, поразившись этому так, будто только сейчас вспомнила о том, что произошло много лет назад. Ее лицо снова исказила гримаса страдания, она отвернулась и тихо продолжала: — Ты знал о том, что я повелела Хадассе отнести ребенка Атрета на скалы, уже здесь, в Ефесе?

Она снова повернулась и пристально посмотрела Марку в глаза.

— Ведь не знал? Видишь, какие я хранила страшные тайны? Я так любила Атрета, а он возненавидел меня, потому что я вышла за Прима. Я этого не хотела, но ничего не могла поделать. Калаба устроила для меня брак по расчету, а Атрет ничего не пожелал слушать. Когда он оставил меня, мне хотелось сделать ему как можно больнее, и моим оружием стал мой собственный ребенок. Я воспользовалась для этого собственным ребенком…

Марк положил руку ей на лоб.

— Хадасса такого не перенесла бы.

— Она сказала мне, что родился мальчик, прекрасный мальчик, а я повелела его…

— В первую очередь, она послушалась Бога, Юлия. Ты знаешь об этом. Твой ребенок жив. Можешь не сомневаться.

Слезы текли по щекам Юлии.

— О, как я хочу на это надеяться, — сокрушенно прошептала она, — О, Боже, я так на это надеюсь… — Она вздохнула, повернулась чуть на бок, чтобы избавиться от боли. Плакала она тихо, безутешно.

Азарь смешала мандрагору с разбавленным вином и протянула ей. Юлия расслабилась, когда Азарь вытерла пот у нее со лба и, что-то приговаривая, нежно прикоснулась к ее лицу. Еще раз вздохнув, Юлия повернулась на бок и прижала руку Азари к своей щеке.

— Сейчас она уснет, — сказала Азарь и, спустя некоторое время, стала наводить в комнате порядок.

Марк видел, как она устала, потому что, передвигаясь по комнате, она хромала сильнее обычного. Он взял из ее рук палку и отставил в сторону. Прежде чем она успела запротестовать, он взял ее на руки.

— И ты тоже поспи, — сказал он и понес ее к дивану, на котором она обычно спала.

Держа ее на руках, он почувствовал ее едва уловимый запах, и его сердце забилось чаще. Она была маленькой и легкой, и он вспомнил, что когда-то однажды точно так же держал на руках Хадассу. Когда он положил Азарь, то почувствовал, как она напряжена. Покрывало слегка сдвинулось набок, и он увидел ее изуродованную шрамами шею. Не в силах остановиться, Марк протянул руку и нежно прикоснулся к ее коже. Она снова напряглась и быстро прижала к лицу покрывало.

Марк медленно выпрямился, и сердце его билось все сильнее. Что с ним происходило, он не понимал.

— Азарь… — хрипло произнес он.

— Уйди, — сказала она дрогнувшим голосом. — Пожалуйста, уйди.

Марк сделал так, как она просила, но вместо того чтобы пойти в свои покои, он пошел вниз. Накинув на плечи плащ, он вышел из дома.

Ему нужно будет больше узнать о ней.

Он шел по улицам к центру Ефеса. Время было позднее, и вокруг слонялись толпы людей, собираясь возле дверей и на углах улиц, чтобы поболтать или посмеяться. Он не обращал на них никакого внимания и шел в нужном направлении. Дойдя до нужного ему адреса, он постучал в дверь. Ему открыл слуга.

— Мы сейчас не принимаем. Приходи…

Марк толкнул дверь и решительно вошел в переднюю.

— Доложи врачу, что пришел Марк Люциан Валериан, хочу видеть его по важному делу.

В ожидании хозяина дома он прохаживался взад-вперед.

Наконец вошел Александр и холодным взглядом оглядел гостя.

— Тебя прислала Рафа?

— Я пришел не по поводу своей сестры, — сказал Марк, обратив внимание на то, как Александр сощурил глаза. — У меня есть вопросы, на которые я хотел бы получить ответы.