Чтение онлайн

Шторы мы держали закрытыми по соображениям безопасности. Я подошла к окну и посмотрела сквозь щелку. Алекс стоял у края леса, освещенный луной. Просто стоял, и все. Я знала, что его охраннику это не понравится.

После успеха Шары мы пребывали в приподнятом настроении, и подобное поведение меня несколько удивило. Я подождала, пока Алекс с охранником не вернутся в дом.

– Что с тобой? – спросила я.

– Все в порядке, – ответил он. – Просто пошел прогуляться.

– Решил размяться?

– Вроде того.

Охранник вернулся на свой пост в коридоре, прямо напротив моего кабинета. Алекс посмотрел на часы:

– Что ты здесь делаешь в такое время?

Я объяснила, что искала сведения о полетах к Эхо. Алекс кивнул:

– Иди домой.

– Ладно.

Он остановился у подножия лестницы.

– Чейз, прости, что я тебя втянул во все это.

– Ничего страшного. Ты ни в чем не виноват.

– Лучше бы нам никогда не видеть эту чертову плиту.

Больше всего захватывает дух то, что существует отдельно от всего, – маяк на каменистом берегу, обсерватория на обратной стороне луны, орел, сидящий на каменном утесе в лучах рассветного солнца.

Яшир Камма. На краю света

Совершая прыжок из гиперпространства в центр системы, не нанесенной на карты, ты не сразу начинаешь понимать, на что эта система похожа. У нас не было никакой информации о звезде, значившейся в каталоге Шары под номером YL69949. На снимках, присланных на конкурс, были астероид, газовый гигант, набор колец и – самое зрелищное – пара комет. Я никогда прежде не видела двойных комет, и, конечно, в том месте их уже не было. Возможно, они вернутся туда через столетие-другое. К счастью, на всех изображениях присутствовало также звездное небо. Кроме этого, были только участники вечеринки в забавных шляпах, провозглашавшие тосты за дядю Альберта. Кто-то без конца повторял: «Ну я же тебе говорил!»

Мы находились на краю Дамы-под-Вуалью. Звезда, желтый карлик класса G, ничем не отличалась от солнц в двух других системах, где зародились технические цивилизации. Система Эхо – планеты, их количество, параметры и так далее – не представляла интереса. Правда, некоторые планеты могли быть достаточно теплыми, чтобы стать колыбелью для жизни.

Звезда безмятежно парила по правому борту. Минут через двадцать после выхода из прыжка Белль указала расстояние до нее – чуть больше трехсот миллионов километров. Мы находились на внешней границе биозоны.

– Планеты есть? – спросила я.

– Ищу, – ответила она.

Алекс дал понять, что этот вопрос он считает несущественным.

– Есть что-нибудь похожее на искусственные радиосигналы?

– Ответ отрицательный, – сказала Белль.

– Сообщи, если услышишь что-нибудь.

– Конечно, Алекс.

Начало выглядело малообещающим. Если бы в системе существовала техническая цивилизация, мы почти наверняка уловили бы электронные сигналы того или иного вида. Лишь через пять часов Белль наконец доложила, что обнаружила планету:

– Это газовый гигант на близкой к солнцу орбите, радиусом всего двадцать миллионов километров. Колец нет. Спутников, похоже, тоже.

– Пожалуй, при таком расстоянии там жарковато, – заметила я.

– Что ты еще видишь, Белль?

– Пока все. Пытаюсь подтвердить иные возможные варианты, но на это потребуется время.

Мы молча сидели в кабине. В небе сияло множество звезд, а прямо впереди висела туманность Сверчка.

– Где солнце Окраины? – спросил Алекс. – Можешь показать?

– Отсюда его не видно, – ответила я.

Даже обследуя Даму-под-Вуалью и ее окрестности миллион лет, мы, наверное, не увидели бы и половины ее планет. Казалось невероятным, что нигде не нашлось места, которое могло бы стать приютом для разумных существ. Тех, кто наблюдал бы то же зрелище, что и мы. Такое место обязательно должно было существовать.

Шли часы. Мы сидели, прислушиваясь к шуму вентиляторов и едва слышному гудению и пощелкиванию различных систем. Алекс читал, я играла в карты с Белль. Затем я наклонилась, чтобы разглядеть заголовок книги, но не смогла этого сделать.

– «Путешествие на Рэдфорд III», – сказал Алекс.

– Никогда не слышала.

– Это было шестьсот лет назад.

– Что такое Рэдфорд III?

– Ранняя попытка колонизации. Безуспешная.

– Ясно.

– Самое начало Межзвездной эпохи. Больше половины попыток, сделанных в первые тридцать лет, потерпели неудачу.

– Почему?

– Из-за ошибок в расчетах и недальновидности, из-за того, что полагались на удачу: мол, беспокоиться не о чем, Бог нам поможет. И все такое прочее.

У Белль появились очередные новости.

– Есть планета в восьмидесяти пяти миллионах километров от солнца и предположительно еще одна, в биозоне, по другую сторону от звезды.

– Понятно, – сказал Алекс. – Сколько времени нужно, чтобы подтвердить наличие второй планеты?

– Придется изменить направление.

– Алекс, это может занять несколько дней, – заметила я.

– Ладно, – кивнул он. – Давай взглянем на ту, которую видно.

Планета земного типа, чуть крупнее Окраины, была окутана облаками, среди которых мерцали молнии. Похоже, почти всю ее поверхность занимала суша. Никаких океанов – лишь несколько больших озер и множество водоемов поменьше.

Пока мы приближались к планете, пришло сообщение от Робина. Вернувшись к себе в каюту, я поставила его на воспроизведение. Робин сидел на диване у себя в гостиной, закинув ногу на ногу.

«Жаль, что не смог полететь с тобой, – сказал он. – Жизнь без тебя совсем не та. Должен признаться, что сегодня вечером я иду на свидание с женщиной, с которой знаком уже несколько лет. Ее зовут Кира. Мы поужинаем в „Бакари“, а потом, наверное, пойдем на шоу. Мне все время кажется, что я поступаю нечестно по отношению к Кире: когда я с ней, я все время думаю о тебе».