Экоцентр

Елена Разина

Здесь душно, очень душно, до одурения. За стеной низко гудит генератор. Такое ощущение, что воздух колеблется в такт со звуком. Все внутри дрожит от мрачного пения. Трудно дышать, болят измученные легкие. На полу легче, свежее…

Странно. Всегда казалось, что должно быть иначе…

Генератор лязгнул, закашлялся и вновь завыл тоскливую мантру.

Одежда мокрая от пота. Противная. Хочется содрать ее, выбросить, затолкать в дальний угол камеры.

Нельзя. Не хочу ублажать этих нелюдей. Они смотрят, надеются, что им доведется увидеть меня обнаженной. Унести мой образ с собой в койку и ласкать себя, вспоминая мое тело… Перебьются. Животные…

Сколько я уже здесь? Сутки? Двое? И что стало с Виталиком и Женей?

Зачем обманываю себя? Знаю же, что эти твари с ними сделали…

Вишлик, Виталик, глупенький… Зачем ты свернул с трассы? Мог бы и догадаться, что сигналы о помощи всего лишь ловушка Бункера.

Сейчас ты мертв. Наверняка — мертв. И Женька тоже. Он был хороший, робкий такой, зелепоглазенький. С густыми, мягкими волосами…

Почему я жива? Наверное, они приготовили мне что-нибудь особенное. Я же — предательница! Я посмела сбежать в Экоцентр!

Звери…

Артём Велин

Погиб Грязное. Глупо… Неправильно… Полез в развалины супермаркета, споткнулся, инстинктивно схватился за торчащий из стены штырь, и в следующий миг на него рухнула крыша.

Пока разгребали завал, прошел час. Нервно поглядывали на датчики кислорода. Но откапывали.

Зря. Грязнову передавило шланг, и он задохнулся.

Баллон и маску забрал Олег. Ценные вещи. Военные, не гражданский мусор. В такое время приходится быть мародерами… Прости, Грязнов.

На обратной дороге к Бункеру видели Свору. Макаров отпугнул тварей короткой очередью. Псы ушли. Не бросились в рассыпную, как прежде, а медленно потрусили в сторону Экоцентра. Скоро совсем перестанут бояться. Даже думать не хочу, чем это обернется.

Впрочем, надеюсь, нам удастся уйти отсюда раньше. На востоке должно быть чисто. Там вроде бы не бомбили.

Не то что здесь.

У Экоцентра затарахтел пулемет. Автоматика… Свора им не страшна. К стенам ни одна собака не подойдет. А у Бункера тварей много крутится. Каждый раз выходим со страхом. Озверевшие домашние любимцы… Как ’Только выжили — не понимаю. Датчики до сих пор показывают смертельный уровень заражения. А им все ни по чем…

Отчего-то представилась комната охраны в Экоцентре. И Игнат с чашкой кофе и сигаретой. Уткнулся в монитор, глядя, как на плоском экране пулеметные очереди рвут на Части взбесившихся собак. Автоматика… Избранные могут спать спокойно. Им ничего не грозит. Ага.

Позавчера, думаю, самоуверенности у них поубавилось. Надолго запомню изумленное лицо Виталика, когда я с ухмылкой вошел в шлюз вездехода. Они даже не потрудились обновить базу распознавания “свой—чужой”, и машина пустила меня как хозяина. В то время как турели броневика равнодушно держали на прицеле бледного, безоружного Коляшу из Бункера, в упор не замечая ребят моего взвода. Чего беспокоится тупой технике? Вокруг все свои! Один лишь в базу не занесен. Коляша.

Виталик тогда сказал только одно слово:

— Как?!

А ты побледнела… Я, кстати, тоже опешил. Никак не ожидал, что ты посмеешь высунуть нос из твердыни Избранных!

Теперь же у нас есть вездеход и три заложника. Впрочем, на вас Экоцентру плевать, а вот машину попытаются вернуть… Но я надеюсь, что будет иначе.

У входа в Бункер два свежих трупа. Незнакомые… Скорее всего из третьего сектора. Там полудохлый генератор стоит.

— Оттащим? — глухо говорит Олег. Киваю.

Грузный мужчина и пожилая, высушенная прожитыми годами, женщина. С ней проще. Макаров один относит ее тело к Яме. Там уже много мертвецов. Под сотню наберется…

Мужчину тащим вчетвером, стараясь не смотреть на изуродованное смертью лицо. Бросаем в почерневший от гари котлован.

Жгу тела из огнемета. Иначе Свора облюбует себе это место как кормушку и уже никогда отсюда не уйдет.

А ведь раньше тут ютилась детская площадка с пестрыми горками и качелями. Зона отдыха… Теперь здесь смердит заваленная трупами воронка. Рожденная очередной мудреной бомбой.

Лучше бы она накрыла Бункер…

Елена Разина

Подумать только, они кормят меня безвкусной порошковой кашей. Воды дают очень мало. Мутные, вонючие капли. Раньше лучше обращались. Мстят за то, что я сбежала в Экоцентр? Считают, что я обязана была разделить их участь? За компанию? Идиоты…

Ты же сказал им, что в Экоцентре есть десять свободных мест! Кто мешает дойти до настоящего убежища, а не гнить в этом… этом… этом склепе?

Тёмка…

Почему я пошла на этот выезд? Зачем напросилась к Виталику в патруль? И не злая ли шутка судьбы, что захватил нас именно ты?

Кто другой — не так больно… Но ты…

Самое страшное, что я жду тебя, Тем. Представляю себе нашу встречу. Вот, лязгает дверь, ты заходишь, устало проводишь рукой по волосам и спрашиваешь:

— Ну, что скажешь, солнце?

Ты всегда так говорил… Раньше… И я очень хочу еще раз услышать эти слова. Я даже знаю, что отвечу.

Но ты не приходишь… И мне страшно. А в двери холодно блестит глазок, и я чувствую, как сквозь него сочится звериная ненависть и торжество. Из-за прогнившей зависти.