Чтение онлайн

Пошел вниз.

В столовой народу практически нет: что-то пропал у населения аппетит.

Посидев минут двадцать просто так, я все-таки решился и взял поднос. Хоть и не в «проглотном» состоянии, а надо бы что-нибудь закинуть в желудок.

Так что мне делать, чего ожидать? Думается, что самое нужное сейчас анклаву по нашему профилю — обнаружение «локалки», причем самой обыкновенной, универсальной-неразграбленной. Такого подвига Родина и попросит. Это и людей несколько успокоит, и остроту снимет. Двенадцать дней — срок невеликий. Если только этим все дело и ограничится…

Ну и звоночек! Громкий какой, а! Хорошо, не «выпускной».

Я представил, как сейчас шариковые ручки рвут в сердцах бумагу, былые планы черкают. Хана Юркиным планам повсеместной сотовой связи. Дураком нужно быть, чтобы при таких раскладах вбухивать ресурс в статически нестабильные системы. Телефоны с ручкой, военные! И телеграф чапаевский.

Так что с «локалкой» делаем?

Я же по сотниковским заветам живу — у группы сталкеров тоже есть свои заначки. Нет, не ЛР в чистом виде, это было бы настоящим хамством. Просто места есть на учете, расплывчато скажу, перспективные: по итогам авиаразведки, на фотоснимках с мужиками кое-что заподозрили. Жаль, не успели мы туда еще раз слетать, уточниться. Одно место особое — там я семьдесят процентов вероятности дам. Вот только не проехать туда никак, только пешком по предгорьям, километров тридцать. А уж вытаскивать…

Ну, без ста процентов гарантии, конечно, можем и зря ноги сбить. Впрочем, к такому давно привыкли: не первый и не десятый раз впустую проломимся… Сегодняшнюю операцию закончим, план есть план, — потом нужно будет подумать, посоветоваться с ребятами. Пожалуй, тоже паузу возьмем. Ситуация такова, что группе лучше посидеть в замке: мало ли что проявится.

— Салам, камрад!

Демми присел рядом так, что тарелки затряслись. Поставил свои, через тряпочку держит, горячущее взял, подвинул поудобней. Откинул волосы назад, поправил повязку на лбу, расправил плечи. Ох и здоров же ты…

— Что не заходите, разведка? Все в бегах?

— И в бегах, и в прыжках, по-всякому бывает. Не угадаешь, — дежурно ответил я.

— А я — как пришпиленный, — посетовал кузнец, мощно вздыхая. — Что у нас сегодня с борщом сделали? Опа… Зажали майонез повара, раньше мне две ложечки давали…

Эк как всех вставило!

— Сами-то как? — добив первое, я приступил к котлетам. — Что там Светка с голубыми глазами?

— А что нам сделается, — уже чавкая, ответствовал кузнец, — работаем, детей тащим, металл плющим. Не, ну как сдурели все.

— Знаешь уже?

— Слушай, ведь ни сети нет, ни сотовой… А весь анклав уже в теме. Во скорости!

— Что ты, — легко согласился я. — Странно. Пожалуй, я первый раз тебя здесь вижу, ты же всегда дома снедаешь.

— Второй, — отламывая приличный кус ржаного, с жареными семечками, хлеба, уточнил Демьян. — По делам я пришел в ваше кумло, к кадровику.

— С чего бы это? — удивился я. — Никак, специальность поменять хочешь? Так давай к нам, натаскаем.

— С моей комплекцией только у вас мне и место, — отшутился кузнец. — Хрен где спрячешься — все пули похватаю.

— Ну Гоблин-то не многим тебя, кабана, меньше, — заметил я.

— Ваш Гоблин тощий. В смысле веса. И поперечным габаритом слаб, за сосну запросто встанет… Горчицу передай, будь добр. Барахло тут, а не горчица, то ли дело Светкина, особенно после ругачки. Слеза прошибает!

Охотно поверю: Демми если и заплачет, то только от горчицы.

— За помощником пришел.

Я ушам своим не поверил. Всем известно: семья кузнецов в свое логово никого не пускает. Они у нас на особом счету, хоть и не единственные «металлисты». На мехзаводе имеется толковый слесарь, понемногу тюкает мелочи, свой тигель есть, муфелька. Еще в Медовом один любитель кузнечное дело пробует в свободное время, у него, кстати, с Демми нормальные отношения. Но чтоб помощник… Демьян термист от природы, дар у него, да и жена не отстает. Любое термоциклирование выполнит, сложные клинки может делать. Его мелочами не грузят.

— А чем тебе стажеры не подходят?

— Стажеры пришли и ушли, рано им, дети еще, а у меня огонь, горячий металл. Тяжело им, — щелкнул перед собой пальцами Демьян. — Тут мужик нужен, добрый, самостоятельный. Будем вторую кузню рядом ставить, поменьше. Знаешь… — кузнец нагнулся ко мне через стол, чуть не угодив роскошной бородой в собственный борщ, — замучают меня, чувствую.

— В смысле? — теперь настала моя очередь произнести эту тупую фразу.

— За полчаса три заявки принесли!

— Ну и что?

— На гвозди.

А… Я понял его. Кончаются художественные ковки, жестокая повседневность наступает на горло современному искусству.

— А там и скобы пойдут, и прочее ширпотребное, до цыганских иголок, ай, — зашипел Демми, бросая на стол обжигающую алюминиевую ложку. — Ковтонюк уже все гвозди спрятал, завхоз замка тоже. И что ты думаешь? Всем они тут же потребовались, гвозди эти! Ты в такое веришь?

— Да понятно же…

— Точно, так и есть! Запасы делать начали, паразиты, типа пусть будут. Но заявки-то официальные, не отмажешься. А базу под них, какой труд подвести? Да никакого! Эх… Вот у тебя, Серега, своего дома нет…

— И я очень рад этому обстоятельству.

— Ну не звезди, рад он… Не ври дяде. А так бы тоже ко мне примчался, вот за этим.

Демми положил на стол кованый четырехгранный гвоздь, небольшой, сантиметров семь-восемь в длину. Красавец какой!