Чтение онлайн

Достоверно оценить реальный объем плохих кредитов по всему сектору невозможно. По оценкам «Атона», во время прошлого кризиса он достигал 16–18% портфеля, или 60–80% капитала по всему сектору. «При этом объем показанных в отчетности резервов здесь не очень важен как таковой, так как этой цифрой легко манипулировать, поэтому она малоинформативна. Если отталкиваться от консервативного показателя плохих кредитов в 10 процентов портфеля сегодня, то это, грубо, больше половины капитала банковской системы, — говорит Кирдань. — Звучит страшно, но далеко не все потери реализуются, поскольку часть кредитов так и продолжит жить дальше в условиях реструктуризации, источниками капитала для банков будут в том числе рыночные субординированные кредиты, но самым главным источником будет, как всегда в России, государство — это и ЦБ РФ, и ВЭБ, и Минфин, использующие множество схем рекапитализации (конвертация, префы в обмен на суборды, прямое вливание и так далее), часть из которых уже была обкатана в 2008–2009 годах. Однако при повторении сегодня кризиса такой же глубины, что и в 2008–2009-м, удар по банковскому сектору будет более мощным, а последствия — более печальными для сектора и экономики в целом».

Пробуем оценить потребность в докапитализации банковской системы. В мае совокупный капитал всех российских банков составлял около 6,9 трлн рублей. Если воспользоваться оценками «Атона», вспомнить, что во время кризиса 2008–2009 годов объем плохих долгов достигал 60% капитала банковской системы, и допустить, что сейчас объем плохих долгов составляет около трети капитала, то необходимость в докапитализации всех банков составит около 2,3 трлн рублей — некая абсолютная сумма, которая могла бы потребоваться банкам, если бы все плохие кредиты были очевидны.

Таблица:

Сколько денег может понадобиться Сбербанку и ВТБ

По итогам кризисного 2009 года резерв под обесценение кредитного портфеля Сбербанка составлял 580 млрд рублей, а все активы Сбербанка — 7,1 трлн рублей. По итогам 2013 года активы Сбербанка составляли уже 18,21 трлн рублей, а вот резерв под обесценение остался примерно на том же уровне — 610 млрд рублей: соотношение резерва к активам 8,1% в 2009 году и 3,3% сейчас (см. таблицу). Это означает, что в случае углубления проблем в экономике и неминуемого при этом ухудшения качества кредитов Сбербанку может понадобиться доначислить в резервы 875 млрд рублей. ВТБ, у которого отчисления в резервы уже серьезно давят на чистую прибыль, видимо, придется в любом случае обращаться за докапитализацией. Если провести такой же расчет, как мы провели для Сбербанка, то получим 280 млрд рублей возможной докапитализации ВТБ.

В подготовке статьи принимал участие Дмитрий Яковенко

Москва сменила градостроительную парадигму, сделав акцент на квартальной застройке. Впрочем, первые опыты строительства кварталов пока не очень удачны

section class="box-today"

Сюжеты

Городская среда:

Смытые перспективы

Ты что, с Урала?

Тысяча оттенков серого

/section section class="tags"

Теги

Городская среда

Недвижимость

Русский бизнес

Инвестиции

Экономика

Строительная отрасль

Москва

/section

Год назад главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов представил новую градостроительную доктрину, предусматривающую переход от микрорайонной застройки к квартальной. Что ввиду неопределенности терминов и отсутствия официальных документов по этому поводу вызвало смуту в умах. Под словосочетанием «квартальная застройка» каждый из архитекторов и девелоперов понял что-то свое. Для кого-то это периметральная застройка, когда дома расположены строго вдоль улицы. Есть те, кто акцентирует внимание на более мелкой по сравнению с классическим микрорайоном сетке улиц: в среднем 150 на 150 метров вместо квадратов «километр на километр». Для кого-то это синоним среднеэтажной (шесть-восемь этажей) застройки.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Несмотря на разнообразие трактовок и незакрепленность видения главного архитектора в городских регулирующих документах, девелоперы быстро взяли под козырек и попытались подстроиться под вкусы начальства. «Каждый девелопер теперь хочет строить исключительно кварталы. И не важно, уместно это в данном месте или нет. Кварталы — это модно. Такие проекты хорошо согласуются властями. Это уже похоже на очередную кампанию: то строем возводили одинаковые микрорайоны, теперь тоже строем — кварталы», — рассказал один из архитекторов на условиях анонимности. В открытую сомнений или даже соображений по поводу квартальной застройки архитекторы не высказывают — это может быть воспринято архитектурно-градостроительным начальством как фронда и личная нелояльность.

То, что курс на кварталы начал вызывать перегибы, быстро понял и сам Сергей Кузнецов. На первом Московском архитектурном форуме он несколько раз подчеркивал: кварталы — это не панацея. «Поймите правильно: я не хочу разлиновать город на одинаковые клеточки кварталов. Кварталы — это не новый бог, которому нужно поклоняться. Важно сместить фокус внимания с отдельных зданий на городскую среду. Важно вернуть городу улицы. Мы все любим европейские города, и глупо любить одно, а строить другое», — таков был рефрен нескольких его выступлений.

Попробуем разобраться, что стоит за противостоянием «квартал — микрорайон» и как идея квартала выражена в новых проектах.

Возвращение улицы

Идею микрорайона обычно связывают с именем швейцарского архитектора Ле Корбюзье . Именно он был автором новых градостроительных идей в 30-е годы прошлого века, выдвинув несколько смелых принципов: «Квартира — это машина для жилья. Свободно расположенный в пространстве многоквартирный дом — это единственно целесообразный тип жилища. Городская территория должна четко разделяться на функциональные зоны: жилые массивы, промышленная территория, зона отдыха, транспортная инфраструктура».

Эти идеи советский стройкомплекс взял на вооружение в 60-х годах и с тех пор специализируется на строительстве микрорайонов. По иронии судьбы примерно в то же время в Западной Европе начались жаркие дискуссии о микрорайонах, и уже в 70-е годы XX века от этого концепта начали отказываться. А Советский Союз «завяз» в микрорайонном тупике на полвека. Это было не случайно: микрорайоны идеально подходили под социалистическую модель. Странно, однако, что микрорайоны продолжают тиражироваться и сегодня — после четверти века жизни при капитализме.

В чем же основные отличия квартала от микрорайона? Главная разница — в размерах. Квартал намного меньше как градостроительная единица. Если параметры микрорайона в среднем километр на километр, то длина стороны квартала обычно 100–200 метров. Разница в размерах многое определяет. Например, улично-дорожная сеть микрорайона состоит из больших магистралей и междомовых проездов. Кварталы дают более мелкую, капиллярную, сеть улиц. Согласно теории организации движения в городе, более мелкая сетка дорог при прочих равных условиях лучше справляется с автомобильным трафиком, чем магистрали. То есть три двухполосные дороги для города лучше, чем одна шестирядная.