Чтение онлайн

Все это к тому, что фашистом в этимологическом, итальянском значении слова, скорее нейтральном и даже в чем-то положительном, сегодня может быть назван только один европейский правитель, двадцатилетие правления которого, ventennio fascista, совсем недавно отмечалось: Аляксандр Рыгорович Лукашенко.

Из совхоза «Городец» Шкловского р-на Могилевской обл. явился лидер, по своей долговечности, авторитарности, последовательности и вместе с тем увертливости, по дару первосортного демагога и вместе с тем проницательного политика достойный встать рядом с Муссолини и Франко. «Может собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов советская земля рождать».

Эстетическое отвращение к совхозному уровню демагогии: «O, das ist der grosse Schelm!» — мешает и мешало многим (не выключая и автора этих строк) оценить действительно незаурядные успехи, достигнутые Лукашенко за двадцать лет. Успехи, особенно наглядные при сравнении с другой восточнославянской республикой бывшего СССР. Ему удалось сохранить социальный мир, подавить в зародыше минские попытки Майдана (сегодня разгон Майдана в Киеве с лукашенкиной, как выяснилось, далеко не максимальной степенью брутальности рассматривался бы задним числом как благо), не допустить появления олигархического класса, властно влияющего на политику, — слава богу, ни в Гомеле, ни в Витебске нет своего Коломойского. И при этом сохранить за принудительно направляемой им экономикой способность обеспечивать умеренный, но достаток граждан. Опять же, украинцы уже могут позавидовать, а в будущем позавидуют еще сильнее уровню жизни граждан авторитарной Белоруссии. Притом что вопрос, где режим тяжелее и где он больше давит подданных, и сейчас неоднозначен, а будет еще неоднозначнее. Сравнение Украины с ее уже пятым президентом и Белоруссии с бессменным Батькой-дуче показывает, что вопрос о несомненной благостности либеральной демократии более сложен, чем об этом говорят в прописях. Когда следует возражение, что Батька довольно откровенно шантажирует Россию и именно на этом основан секрет белорусского экономического чуда, с этим можно согласиться, но ведь и шантаж со стороны Украины и фактическое дотирование ее хозяйства Россией тоже имели место; чуда же, хотя бы и белорусского, не наблюдалось. Очевидно, должно признать, что за везением следует иногда и талант, хотя бы обладатель таланта был нам и не слишком приятен.

Признав же — сделать некоторые практические мероприятия. Вопрос о том, как А. Г. Лукашенко удалось сохранить, а потом и развить реальный сектор, производящий, возможно, не самые инновационные и не самые люксусовые, но в общем вполне приемлемые для большей части граждан России товары, а самой России это удается лишь с очень большим скрежетом — гораздо большим, чем в Белоруссии, — этот вопрос имеет и теоретическое, и практическое значение. То, что наши центры экономической мысли умеют производить сценарии и стратегии до 2020-го, а равно и до 2050 г., мы уже знаем. Хорошо бы этим центрам ответить на гораздо более простой вопрос: «Почему у Луки получилось, а у нас ни в зуб ногой?»