Чтение онлайн

– Вы в порядке, леди?
– не знаю, дворянка она или нет, но сейчас это не важно.

Спасенная судорожно кивает. Тут меня опять тревожит чувство опасности, правда не такое острое. Крыши. Третий! Заслоняю девушку спиной, формируя из пустоты стену между собой и нападающим, но чувство опасности тут же проходит. Жду пять секунд и развеиваю щит. Отпускаю силу, чтобы не пугать девчонку черными глазами.

– Вы точно в порядке? Я провожу Вас до дома. Думаю, так будет лучше.

– Да, спасибо, - голос слабый и все еще дрожит. Аккуратно приобнимаю правой рукой, направляя спасенную к выходу из переулка.

Когда по нервам ударил выброс магической силы, Гален сначала и не понял, что произошло. Альвин сориентировался первым, увлекая друзей в лабиринт переулков.

– Возможно, кому-то нужна помощь - бросил он на бегу.

– Или это бандитские разборки, - буркнул Гален. Но Катарина уже бежала вслед за воздушником, и Галену ничего не оставалось, как последовать за друзьями.

Уже приближаясь к предполагаемому месту выброса, друзья почувствовали отголосок знакомой силы.

– Темный!
– выдохнул Альвин, резко снижая темп. С кем бы ни схлестнулся самый беспокойный студент группы, от такой драки лучше держаться на расстоянии. У выхода из очередного переулка, компания столкнулась с Катом нос к носу. Едва увидев девушку в разорванном платье, Альвин начал плести что-то боевое из школы воздуха, Катарина формировала, похоже, огненный шар.

Разрушитель среагировал быстрее. Глаза стали абсолютно черными, тьма за спиной сплелась в тугие жгуты, похожие на щупальца, а кисти рук превратились в два коротких черных клинка. По нервам ударила чужая ярость, и давление чужой и чуждой силы разметало недоформированные плетения, включая щит Галена. Это ничуть не охладило боевой настрой Катарины.

– Геквертиш! Отойди от нее немедленно! Я не позволю тебе изнасиловать эту девушку!
– голос на грани крика. Темный ореол вокруг Даркина изчез. Выглядел он не очень - камзол весь заляпан кровью, левый рукав отсутствует полностью, правый превратился ниже локтя в сплошные лохмотья, включая рукав рубашки. Прическа растрепана и глаза какие-то шальные.

– Займешь ее место, Кэт?
– осведомился он ехидно.

Староста задохнулась от возмущения. Альвин потянулся к рукояти шпаги. Гален шагнул между ними, правой рукой не давая вытащить клинок из ножен, а левой зажав Катарине рот. Даркин посмотрел ему в глаза, усмехнулся и обратился к своей спутнице:

– Простите, леди. Эти молодые люди учатся вместе со мной. Они просто не разобрались в ситуации. Нам лучше все же проследовать дальше.

Гален разжал руки, только когда пара удалились шагов на пять.

– Гален, геквертиш, ты что творишь?!
– Катарина раскраснелась от гнева.

– Госпожа ней-Эссен, Вы ничего странного не заметили?
– здоровяк смотрел на свою спутницу с явным ехидством, - эта девушка испугалась нас больше чем Темного. И спряталась у него за спиной.

Катарина озадаченно молчала.

– Быть может Вы посмотрите во след нашей паре и скажете, во что спасаемая Вами девушка одета?

– В ученическую мантию, - протянула та.

– Готов биться об заклад, что это мантия Даркина.

– Кат странно держит левую руку - похоже, он ранен.
– Промолвил Альвин.
– Его костюм разорван и в крови, он явно дрался.

– А вот на девушке крови нет, - подхватил Гален, - и о чем это говорит?

– Ты что, хочешь сказать, что он ее спасал?
– Катарина с недоумением посмотрела на спутника, - он же Темный!

– Факты говорят сами за себя.

– Все равно, нужно за ними проследить, мало ли что!

– Да я и не против, - добродушно усмехнулся Гален, - только близко не подходи, а то Даркин сегодня нервный. И еще я хотел спросить - ты почему так странно ругаешься?

– Почему странно? И не надо мне опять говорить, что приличные девушки не ругаются!

– Не буду, - поднял руки молодой человек, - просто твой любимый "Геквертиш" полностью звучит как "Приди Разрушитель". Или "Забери тебя Разрушитель".

– Пошли уже, знаток непечатной словесности, - поторопил друга Альвин.

Троица проследила за Темным до здания библиотеки, где тот и оставил свою спутницу. Убедившись, что девушка скрылась внутри, Даркин направился к молодым магам.

– Как пройти до Академии?
– осведомился он у Галена.

– Тебе лучше идти вот по этой улице вдоль стены, - указал тот направление, - Через центр короче, но тебе в таком виде лучше страже не попадаться.

– Благодарю.

Даркин проследовал в указанном направлении.

– Думаю, лучше пойти за ним, - сказал Альвин, - вдруг к нему все-таки прицепится стража.

– Тебя это волнует?
– удивился Гален.

– Нет.
– Отрезал тот и направился вслед за ушедшим темным магом.

– Какая собственно разница, каким путем возвращаться?
– пробормотал Гален, присоединяясь к товарищу. Катарина молча догнала их и пошла рядом.

Ввалившись в комнату, я первым делом скинул остатки камзола и рубашки, потом осмотрел руку. По предплечью расплывался огромный синяк. Перелом если и был, то закрытый. Помниться, я видел среди готовых печатей Ларгоса предназначенную для исцеления. Меня бьет дрожь. Кажется, это называется адреналиновый отходняк. Наконец, нахожу что нужно. Формирую из силы несложный рисунок. Проходя через плоскость печати энергия немного меняется. Чувствую, как срастается трещина в кости и рассасывается гематома. Получилось! Три минуты и рука как новая, правда и силы потрачено немало. Падаю на кровать, но сон все не идет. Заново вспоминаю драку. Нужно все-таки учиться какому-нибудь боевому искусству. В драке я совершил, кажется, все возможные ошибки. Вообще, жив я остался лишь чудом. В памяти всплывают подробности. Дорогие камзолы нападающих. Шпага с серебряной насечкой. Платье девушки, кстати, тоже не из дешевых. Странный амулет у нее на шее. Полностью разряженный. С жертвой нападения мы не перемолвились и парой слов. Она даже имени своего не назвала. Так и молчала всю дорогу. Возможно, это последствия шока. Или нет.

Просыпаюсь от стука в дверь. Натянув штаны, иду открывать. Элеонора. Однако!

– Даркин, там к тебе девушка пришла!
– мелкая аж приплясывает от нетерпения.

– Что за девушка?
– голова с утра совсем чугунная, - Почему ко мне?

– Я думала - ты мне расскажешь, - огорчается непоседа, - Девушка утром пришла. Принесла мантию, сказала что твоя.

– И где она сейчас?
– соображаю все еще с трудом.

– Мантия?

– Девушка!