Чтение онлайн

— Это временно. Позже закажем для тебя золотые игрушки, чтобы всё гармонировало, — сочтя подобное своим долгом, пояснила ему, и он расслабился.

Браслет, что сковывал магию и был надет на его руку, тоже мешал. Немного подумав, я потянулась к последнему, желая ещё снять и тот. «Ничего не будет, если Алан ненадолго освободится от этих оков. Магии всё равно нужно время, чтобы восстановиться, и пара часов не сыграют большой роли», — убедила себя, отмечая то, как эльф дёрнулся, когда я сняла блокировку.

— Госпожа! Может, не надо? — В его голосе был слышен испуг.

Я успокаивающе улыбнулась.

— Не беспокойся. Твоя магия не навредит мне, даже если вырвется на свободу. Я твоя жена и ношу твоего ребёнка, а она почувствует это. К тому же ей нужно больше суток на восстановление, так что завтра всё равно пришлось бы снять браслет, чтобы начать занятия.

Муж кивнул, но всё же остался несколько напряжённым. Он явно не привык к собственной магии, а потому настороженно прислушивался к ощущениям, которые, должно быть, наступили после освобождения от магических оков.

Я знала, что браслет блокирует силу мага, но не совсем так, как рабский ошейник. Последний был создан глушить ту полностью, отнимая у носителя до последней капли, а браслет же лишь сдерживал её внешние проявления.

— Алан, не стоит бояться своей магии. Ты же не пугаешься собственной руки или ноги? — с улыбкой сказала я и призвала небольшой магический огонёк к себе на ладонь, показывая эльфу.

— Посмотри. Видишь? — Поднесла тот к нему поближе. — Он такая же часть меня, как мои руки, ноги или голова. Я могу им управлять...

Сказав последнее, я переместила пламя с одной руки на другую, после чего продолжила:

— Ты сможешь точно так же. Магия не добрая и не злая, так что навредить чем-то подобным, пусть даже созданным чисто интуитивно, невозможно.

И, подтверждая всё сказанное, огонёк опустился на грудь к моему супругу, не обжигая его и погасая через пару мгновений.

— Но всем рабам внушается, что их магия может причинить вред хозяевам. — Алан явно не был уверен в том, что я ему говорила, пусть даже после моей демонстрации.

— Да, но только в случае, если перед рабом возникнет идущая от хозяев реальная угроза его жизни. Это самозащита любого мага. Ты доверяешь мне? И знаешь, что я не причиню тебе вреда?

Он же, не сомневаясь в подобном ни капли, тут же кивнул в ответ.

— Тогда не стоит даже переживать об этом. Твоя магия не среагирует. Да и я не шутила, когда сказала, что меня она в любом случае не тронет. Во-первых, я умею защищаться, а во-вторых, мы навечно муж и жена. Пойми, подобные браки закрепляются и на магическом уровне. Моя магия отныне тоже при всём желании не причинит тебе вред, как и мне твоя.

Услышав последнюю фразу, эльф всё же смог вернуться в то состояние расслабленного возбуждения, которого я так желала. Мне очень нравилось наблюдать это и касаться его светлой кожи, но сначала...

— Танцуй! — приказала я, поднимая с пола музыкальный артефакт и пряча его в тумбочку.

И Алан, наблюдавший за каждым моим действием, широко улыбнулся, одним движением поднимаясь на ноги и тряся при этом колокольчиками на пробу. А затем. Всё повторилось и снова вызвало у меня неуёмный восторг, но только теперь танец был подкреплён ещё более жаркими и горячими движениями, ведь моему мужу приходилось самому создавать себе музыку. Когда же он запел, то его голос просто очаровал меня. Нет, я конечно представляла, что его пение могло быть волшебным, но чтобы настолько.

Я, как заворожённая, следила за каждым его движением, одновременно не в силах оторваться и от шикарного зрелища, и от наслаждения восхитительным голосом супруга. Сначала он соблазнял меня, а потом делал вид, что сопротивлялся себе же, и внутренняя борьба, как казалось, сжигала его дотла и разрывала на части. Голос эльфа то становился ниже, то взлетал куда-то ввысь, а бесконечная череда эмоций сменялась на его лице, зачаровывая меня ещё больше. В нём было всё: страх, опаска, надежда и горькое разочарование, боль и снова страх, сменяющийся решимостью и радостью, жаждой, желанием пополам с огнём, а когда же он наконец завершил последнее движение танца у моих ног, распластавшись на ковре и шумно дыша, то я просто не могла найти в себе слов. Ещё один звук — и Алан прикрыл глаза, словно бы отдаваясь полностью на мою волю.

«Боги.» — только и могла подумать я, не веря в только что увиденное колдовство.

Я тяжело дышала, глядя на представление, что было разыграно лишь для меня одной. «Да. Определённо стоило вновь полюбоваться на это! На танец, эмоции, источаемые моим мужем, его гибкое великолепное тело.» — поняла про себя, ощущая внизу живота самый настоящий пожар.

— Доставь мне удовольствие! — хрипло проговорила я, не в силах больше терпеть, сгорая от практически обжигающего меня внутреннего огня. Мои мысли путались, стремительно уступая место осознанию того, насколько же сильно я его хотела. Этого до невозможности великолепного эльфа, ставшего мне родным за столь короткое время.

Алан не заставил себя долго ждать, горячо обласкав меня взглядом и в считанные мгновения порвав мне кружевные трусики, удивительно чутко уловив моё настроение. «Да! О да! Неужели мне хватило только одного прикосновения его губ, чтобы кончить? Ещё никогда не было ничего подобного! Ещё никогда...» — задыхаясь, подумала я, зарываясь пальцами в шелковистые волосы эльфа и заставляя того лечь мне щекой на бедро. Приподнявшись на локтях, я рассматривала лицо супруга, подмечая и его нежный румянец, и гладкую кожу, и чётко очерченные линии скул, и нечеловеческие глаза, красиво сочетающиеся с общим обликом и острыми кончиками ушей. Я снова его желала, но теперь уже могла терпеть свою жажду и связно мыслить, что было очень кстати. На повестке дня у нас оставалось наказание, пусть и довольно сладкое, поскольку зверствовать мне не хотелось.

— Сколько? — Не став уточнять, что имела в виду, я пребывала в уверенности, что он должен был понять меня и без лишних слов.

Щёлкнув застёжкой лифчика, избавилась от этой ненужной вещи, откидывая ту в сторону вместе с остатками трусиков и привставая с места.

— Сорок, госпожа. — Голос эльфа звучал глухо и голодно.

Он явно хотел этой боли. Возможно, что даже больше, чем я сама. Мной чувствовалось, что подобная игра требовалась нам обоим. Ему, чтобы вновь ощутить над собой власть, вернувшись в привычный мир, а мне же, чтобы почувствовать себя свободнее и убедиться, что надо мной больше никто не имел влияния.