Чтение онлайн

Сэм был отчаянным. Не бесстрашным, а именно отчаянным. Но, осознавая всю степень риска в той или иной ситуации, он никогда не отступал назад. И, являясь незаурядным психологом, в компании друзей предпочитал скрывать свой тонкий ум и чуткое сердце под шутовской маской. Кто знает, признавался ли он в этом сам себе? Может, и была здесь некая доля бравады, Лас не мог бы сказать точно. Но противоречивый характер и неординарное поведение Семёна ни в коем случае не являлись следствием тяги к розыгрышам. Его внутренняя искренность никогда не ставилась под сомнение, а невинное лукавство всего лишь составляло часть того образа, который он сам себе создал…

Покусывая кончик шариковой ручки, Назар отложил в сторону блокнот и задумался.

Тёплый вечер настраивал мысли на романтический лад. Эльфы у костра притихли, залюбовавшись пламенем и игрой переливов цвета на горячих углях. Восхитительно пахли зрелые, влажные травы. Стрекотали кузнечики. От реки тянуло прохладой, а из-за прибрежных лоз доносился тихий плеск воды. Самих лоз, конечно, сейчас не было видно в темноте, но ребята знали, что там, за деревьями, в Оку впадает родниковый ручей, который они между собой окрестили Нимродэлью [19] .

Наконец, Итиль призывно хлопнул в ладоши:

– Ну-с, начнём, что ли? А где наш эльфёнок?

Все обернулись в сторону палатки, брезентовую стену которой изнутри освещал желтоватый луч фонарика.

– Пишет, наверное, – заметила Алиэ, разливая чай по кружкам.

Итиль сложил ладони рупором.

– Лас! – позвал он. – Давай сюда!

Фонарик тотчас погас, и юный эльф выполз наружу на четвереньках. Сэм захихикал:

– Ты похож на черепаху!

– Да ну тебя! – шутливо отмахнулся Назар. – Я и не заметил, как замёрз. Есть, чем согреться?

Зябко кутаясь в шерстяной плащ, Лас придвинулся ближе к огню. Итиль, посмеиваясь, натянул ему на голову капюшон.

– Чай горячий и картошка. Нельзя столько думать, это вредно для здоровья, – наставительно изрекла Алиэ. Она теперь ловко нарезала бутерброды, отправляя в рот бракованные куски колбасы.

– Слышь, эльфёнок, а что ты там всё пишешь? – поинтересовался Семён.

Лас не замедлил с ответом:

– Трактат о вреде любопытства. Специально, чтобы Сэм спросил.

Эльфы рассмеялись.

– Ну-ну, этому палец в рот не клади! – сказал Итиль. – Я вот, как простой бессмертный, даже не стремлюсь проникнуть в тайны, доступные лишь посвящённым.

Поймав весёлый взгляд Ярослава, Алиэ подхватила:

– А я знаю, что наш эльфёнок умеет гадать на рунах!

Рука Ласа вместе с бутербродом замерла в воздухе, и его испуганные глаза вызвали у друзей новый взрыв смеха.

– Откуда ты…? Я же никому ещё не говорил! Хвастать-то пока особо нечем…

Озорно сощурившись, Наташа подмигнула Назару:

– Руа сказала. Я просила как-то погадать мне, а она в ответ: «Скоро Лас вам гадать будет. У него после майских приключений сверхспособности открылись».

– А Руа откуда…? – начал было Сэм, но тут же досадливо перебил сам себя. – Впрочем, она всё знает.

Некоторое время друзья ужинали молча, однако теперь их мысли, взбудораженные воспоминаниями, обратились к пещерам. И никто не удивился, когда Алиэ завела речь о сокровищах графа Воронцова.

– Я слышала, что спелеологи этими байками пугают туристов, особенно под вечер, – проговорила она таинственным шёпотом.

Эльфы, как по команде, обернулись к Семёну, но тот в знак протеста замахал руками:

– Не-е, Ярик, давай лучше ты. А то опять скажете, что я вру!

– Ладно, – согласился Итиль, – хоть я всех подробностей тоже не знаю. Рассказывают, будто в восемнадцатом веке в наших местах жил знаменитый чернокнижник граф Воронцов. В молодости он, якобы, вылечил Петра Первого, за что тот пожаловал ему имение. Барский дом стоял высоко над самой рекой, а из подвалов на другой берег вёл тайный ход. Теперь уже никто не помнит, где это: лазы, через которые мы забираемся в пещеры – всего лишь остатки штолен. В конце девятнадцатого века здесь работала артель по добыче известняка. «Тарусский мрамор» – слышали о таком? После революции шахта перестала приносить прибыль, и артель закрыли. Входы частично были завалены, частично они осыпались сами. Но спелеологи говорят, что через старые штольни по карстовым ходам можно пройти очень далеко и глубоко, ведь пещеры тянутся на много километров вдоль берега. С ними связано столько невероятных легенд! И не известно ещё, есть ли там хоть маленькая доля правды.

– Про кровавое озеро, например, – подсказал Сэм. – Меня не раз тянуло отправиться на его поиски.

Алиэ скептически покачала головой:

– Я бы на твоём месте не ходила. Сказки сказками, а заблудиться там очень даже просто. И обвалы часто бывают, всё-таки река: песок кругом, глина, где-то в разлив подмоет, – и поминай, как звали!

Конец ознакомительного фрагмента.