Чтение онлайн

— Ну что там, доктор? — поинтересовался Сейдж — Гангрена?

Может, все-таки стоит рассказать ему о снах? Я уже совсем решилась и открыла рот…

— Что, спинка чешется? — громко спросил Бен. В его голосе слышалось столько яда, что мы с Сейджем резко повернулись и посмотрели на него. Я не могла отделаться от неприятного чувства, будто меня застигли с поличным — вот только ничем предосудительным мы не занимались! Сейджу, судя по его спокойному виду, было наплевать на то, что там себе вообразил Бен.

— Привет, засоня! — безмятежно ответил он.

Но Бен не обратил на него внимания. Он разглядывал рисунок на полу.

— Ничего картинка, — наконец буркнул он. — Только этим ты все равно ее не задобришь.

Сейдж явно не собирался просвещать его насчет того, кто именно изображен на портрете.

— Уже стемнело. Пора уходить отсюда. Как нога? — спросил он у меня.

Я повертела ступней. Она все еще отзывалась слабой болью, но уже вполне могла выдержать мой вес.

— Нормально.

— Вот и хорошо.

И он повел нас к узкому коридору в дальнем конце пещеры. Этот проход оказался намного просторнее, чем крысиный лаз, по которому мы попали сюда днем, и он скоро вывел нас снова в густые заросли на склонах холма Лима.

Судя по всему, сейчас была глухая ночь, но на чистом, без единого облачка небосводе ярко сияла полная луна в окружении мириад звезд.

Не успели мы выйти их пещеры, как ожил мой сотовый телефон.

— Райна, — сообщила я, взглянув на экран, — Она, звонила шесть раз. И еще шесть раз отправила смс. Она наверняка рвет и мечет, потому что не может с нами связаться.

Но не успела я ответить, как Сейдж выхватил меня телефон и без разговоров зашвырнул подальше в кусты.

— Что ты делаешь?

— Забочусь о том, чтобы нас не выследили. Помнишь, что я говорил о радарах? Никаких сотовых никаких кредиток, никаких банковских карт! — Сейдж выразительно глянул на Бена, но тот покачал головой:

— Я свой телефон давно потерял, — сказал он, — еще когда на нас напали.

— Хорошо. Это хорошо. А теперь пошли, — и мы двинулись по едва заметной тропке через лесную чащу. И хотя Сейдж был вполне уверен, что отморозки, гнавшиеся за нами, давно убрались восвояси, я нервно вздрагивала от любого шороха. И почувствовала себя намного лучше, когда мы наконец выбрались из кустов, пересекли пляж и оказались на улице. И хотя эта ночь — ночь на Пепельную Среду — была не такая шумная, как предыдущая, народу было все равно достаточно. Вряд ли неведомые злодеи набросятся на нас в городе, при свидетелях.

Сейдж остановил такси и сел рядом с водителем. Мы с Беном устроились на заднем сиденье.

— Клиа, мне это все не нравится, — тут же забубнил Бен мне на ухо. — Это классическая «Плохая Идея»! Незнакомец везет нас неведомо куда, ни один человек в мире не знает, где мы, и у нас нет возможности с кем-то связаться, если потребуется помощь. Именно так люди попадают в статистические сводки!

— Именно так? — меня охватило замешательство: нас действительно везут неведомо куда, и что до меня, то я наверняка заблужусь в этих переулках, если буду возвращаться одна.

Бен лишь сердито пожал плечами.

— Ну, может, и в точности… Но все же…

Пока он подбирал нужное слово, такси остановилось на границе джунглей. Вокруг не было видно ни души. Сейдж вылез из машины и расплатился.

— Все выходим!

Бен выразительно посмотрел на меня. Он давал понять, что оставляет за мной окончательное решение. Я постаралась его ободрить, похлопав по колену, открыла дверцу и выбралась наружу.

Сейдж терпеливо дождался, пока такси скроется из виду и только после этого уверенно зашагал по тропинке в лес. Он явно считал само собой разумеющимся, что мы следуем за ним.

Прогулка по джунглям в полнолуние оказалась захватывающей, что я автоматически взялась за камеру.

— Лучше бы ты этого не делала, — заметил Сейдж, не оборачиваясь. — Ты же знаешь, я не люблю незваных гостей.

— Ну что ж, значит, я воздержусь от продажи этих снимков в журнал «Туризм и отдых», — сказала я, уже несколько раз нажав на спуск. — И к тому же необходимо как-то отвлечься от собственных ног, — мои туфли так и остались где-то на пляже, где я скинула их, чтобы танцевать на песке.

— Эй, я ведь предлагал тебя понести, — возмутился Сейдж.

— Нет, спасибо.

Мне казалось, что босиком я, как настоящая дикарка, буду нестись по джунглям неслышной тенью. Вместо этого каждый камень и острый сучок так и норовили впиться в мои бедные ножки на каждом шагу, и я то спотыкалась, то шипела от боли. Сейда каждый раз предлагал понести меня и получал отказ. Со стоической гримасой я ковыляла вперед.

Кажется, мы прошли не меньше десяти километров — во всяком случае, даже снимки уже не помогали мне отвлечься от израненных ног.

— Долго еще? — не выдержала я.

— Уже пришли.

Но я не видела впереди ничего, кроме деревьев.

— Ого! — вырвалось у Бена. Я проследила за его взглядом: он смотрел куда-то вверх. Не сразу до меня дошло, что стоявшие перед нами деревья одновременно являются опорами, поддерживающими скрытый высоко в ветвях домик из досок и стекла. Я тут же решила, что не видела ничего очаровательнее этой хижины.

— Ты живешь в доме на дереве? — С этими словами я тут же нацелила свой объектив на фасад чудесного домика, решительно отсекая возражения Сейджа еще до того, как он успел их сформулировать. — Это для меня, не для «Вестника архитектуры»!

— И на том спасибо! — сердито буркнул Сейдж.

Мы следом за ним поднялись по лестнице в дом. Хижина оказалась небольшой: под покатой крышей с окном помещалась единственная комната с деревянными панелями и скромная кухня. У одной стены находился большой камин, на других висело несколько картин. Четыре книжные полки делили пространство между книгами и какими-то безделушками. На рабочем столе стоял компьютер и другая оргтехника, но это явно был лишь необходимый минимум в уступку современным технологиям. Здесь не было телевизора — вместо него диван и кресла были развернуты лицом к большому треугольному окну из толстого стекла во всю стену. Из него можно было любоваться зеленой лесной чащей и тянувшейся вдалеке полоской белоснежного песчаного пляжа. Мы с Беном застыли перед окном с открытыми ртами.