Чтение онлайн

— Наличие хозяина и его деньги должны нас радовать? — с иронией просила Миа.

— Дура, дешевый товар никто не бережёт. Таких рабов не ценят. Срок их жизни в неволе редко превышает два-три года.

— А зачем тогда вообще рабов использовать? — подала голос Элис, — Куда выгоднее было бы заменить людей роботами. Проще и экономичнее.

— Это тебе не Империя, здесь рабы выгоднее. — возразил пират. — Варвары в общей своей массе тупы и не образованы. Заморачиваться с техникой не любят. На Корсике же роботы просто не работают — из-за запасов голубой руды электроника не функционирует. Но хватит болтать. Дамы, мы пришли.

Девушек завели в одно из подсобных помещений большого зала. Пираты передали свой товар в руки организаторов выставки. Пленниц нужно было подготовить и показать в лучшем виде. Каждую из невольниц как следует вымыли. Тело натерли специальными маслами, от которых кожа благоухала и блестела. Волосы напитали различными масками, затем красиво уложили. Каждой рабыне причёску подбирали индивидуально, в зависимости от личных особенностей. После всех приготовлений с девушек снимали всю одежду полностью, отводили на специальную круглую платформу. Затем сверху опускалась полностью прозрачная труба, и площадка с невольницей начинала подниматься вверх, унося несчастную на другой этаж — в выставочный зал.

Всё шло спокойно, но на финальном этапе приготовлений произошло непредвиденное. Когда нужно было полностью раздеться и стать на платформу, одна из девушек начала истошно кричать и сопротивляться. Эта рабыня была не из группы Элис — в выставочном зале представляли не только их. Несчастную сразу начали бить током, но она лишь ещё сильнее кричала.

— Знать бы, что она говорит, что это за язык? — поинтересовалась Миа.

— Это корсиканский, — отозвалась Элис, — я немного им владею. Девушка кричит что-то о своей поруганной чести, о том, что лучше умрёт, чем позволит кому-либо из мужчин увидеть её обнажённое тело.

Тем временем удары током прекратились. Судя по жестам, работники не могли решить, стоит ли продолжать экзекуцию. Ведь если продолжить, последствия станут необратимыми. Воспользовавшись передышкой, девушка — бунтарка поднесла запястье своей левой руки к губам, вцепилась в кожу зубами и выплюнула откусанную бусину от рабского браслета. В то же мгновение тело несчастной затряслось в конвульсиях. Ещё несколько секунд — и бедняжка затихла. Успокоилась навсегда.

По комнате разнеслись крики всех мастей. Кто-то пищал, кто-то орал. Надсмотрщики принялись устранять последствия и погашать истерику.

— Выходит, так просто браслет не снять. Впрочем, это ожидаемо. Интересно какие еще есть варианты, чтобы освободиться? — спросила Элис. Её сильно интересовала техническая сторона вопроса.

— Как ты можешь думать сейчас о таком? — в глазах Мии стоял ужас от увиденной ранее сцены.

— Нам придётся об этом думать. И выход искать. Интересно, а если руку отрезать, можно сбежать? Или отростки от бусины по всему телу распространяются?

Веселящий газ… Его характерный сладковатый запах Элис почувствовала, как только прозрачная труба-цилиндр опустилась сверху и упёрлась в платформу. Площадка, на который стояла девушка, начала подниматься, а пространство внутри импровизированной округлой клетки стал заполнять белый туман. Нет, сам газ был прозрачный, но у него имелось необычное свойство: тот, кто вдыхает ядовитые пары, начинает видеть перед собой только плотное светлое облако. Кроме того, чем больше поглощает человек этого вещества, тем меньше у него остаётся контроля над собственным сознанием. Разум отступает, и хочется делать самые немыслимые вещи: хохотать, прыгать, орать, танцевать, совершать хаотичные движения, может даже ругаться или плакать. Именно потому газ и называется веселящим.

Площадка под ногами девушки перестала подниматься и остановилась. Вероятно, прибытие в пункт назначения — большой зал — состоялось. Элис ничего не видела: только белый туман вокруг. Однако свойства веселящего газа были ей известны и терять разум совсем не хотелось. Она постаралась сосредоточиться, и вся сжалась. Нужно замедлить дыхание, насколько это возможно, и постараться не двигаться. Так яд будет медленнее распространяться по телу. Она стояла, вытянувшись как струна, задержала дыхание. Туман вокруг немного рассеялся и сквозь прозрачные стенки клетки удалось частично разглядеть зал.

Вокруг ярко освещённое помещение. По залу передвигались фигуры людей. Некоторое ходили группами, кто-то в одиночку рассматривал предлагаемый товар. По всему залу, на некотором расстоянии друг от друга, стояло множество прозрачных колонн-клеток. Внутри находились продаваемые рабы. Невольники были полностью обнажены, предстоя перед покупателями в своём первозданном виде, без прикрас. Со стороны могло показаться, что пленники без комплексов — танцуют, прыгают, кружатся в своих прозрачных клетках. Но это было не безумие, а всего лишь действие газа.

Туман перед глазами Элис снова сгустился. Ей пришлось немного подышать. Затем она ещё раз замерла. Когда белое облако рассеялось, взгляд девушки упал на потенциальных покупателей, столпившихся около её колонны. Люди рассматривали товар со всех сторон, то одобрительно кивая, то разочарованно причмокивая. Их всех интересовало её тело: формы, пропорции, сложение, кожа, волосы. Оценивали как животное. Внезапно взгляд Элис встретился со взглядом одного из покупателей. Это был тучный лысый мужчина с маленькими светлыми глазами. В отличии от других претендентов, этот смотрел не на тело, а как будто оценивал её как личность, пытаясь вникнуть в суть. Поймав взгляд Элис, мужчина чуть улыбнулся. "Какой странный," — пронеслось в голове девушки. Толстяк подозвал к себе распорядителя торгов и начал что-то обсуждать с ним. "Неужели он меня купит?" — снова мелькнула мысль.

Туман очередной раз заволок всё вокруг. Элис сопротивлялась, но совсем не дышать невозможно. Сделать паузу в третий раз у неё не получилось: яд начал проникать в мозг. Она почувствовала, что теряет контроль, что ей становится весело, очень весело. В голове зазвучала музыка, требующая подчиниться задорному ритму. Элис принялась танцевать. Мелодия увлекала её за собой, заставляя забыть об ужасах недавних дней, погружная в негу спокойного забвения. У неё появилось стойкая уверенность, что ни на каком она не на рынке. Что сейчас она на празднике с друзьями, всё хорошо и впереди ещё много приятного. Ей захотелось танцевать активнее, двигаться резче. Сознание окончательно растворилось.