Чтение онлайн

Пилот включил рацию, которая сразу взорвалась воплями на великопольском: — Дирижабль авиакомпании «Иберия» ответьте полицейскому управлению Варшавы! Дирижабль…

— Броненосец «Потёмкин» слушает! — Я перебил какого-то пшека.

— Пся крев! Слушай сюда! Вы нарушили кучу правил и законов! Немедленно прекратить погрузку! Снизиться и принять полицейский наряд!

— Да иди ты в дупу! Я — княжич Российской империи Ярослав Шонуров! Какие основания для задержания? Я нахожусь на официально зафрахтованном борту над землёй, лично дарованной мне Польской королевой, забираю то, что принадлежит мне по праву! Если и буду говорить, то только с ней!

В ответ послышалось только растерянное молчание полицая, прерывая редким треском помех. Пусть думают, лишь бы не шмаляли, нам немного времени надо. Наконец рация ожила.

— Пан Шонуров, с вами говорит глава дефензивы Беата Дабковская, — из динамика зазвучал надменный женский голос. — Немедленно прекратить погрузку. Спускайтесь на землю и останетесь живы. В противном случае будете уничтожены, как враг польского королевства.

— Пани Беата, а в чём меня обвиняют? — я попытался тянуть время.

— Узнаете. Вам не выдержать моих атак фаерболами. Мне не хочется вас сбивать, но при неподчинении я это сделаю!

Выглянул на дорогу, на которой прибавилось машин с нарядными люстрами. Как на карнавал собрались. Около одной из них стояла одарённая в ранге мастера с рацией в руке и пристально смотрела на освещённый прожекторами дирижабль. Странная какая-то. Вся в сучках и корешках, не впечатлила.

— Я буду говорить только с Констанцией! — упрямо затянул старую песню.

— Ярослав, не дури. Сам ты, может, и выживешь, но погибнут твои люди! — она воззвала к моему разуму.

— Беата, я б тебя послал, да вижу — ты уже оттуда. Некогда мне с тобой лясы точить. Отбой!

— Молодой, глупый, самоуверенный мальчишка! — прошипела рация. — Знаешь, каким бы буйным не был бык, на банке пишется «тушёнка». Лови!

В руках у неё родился крупный фаербол размером с баскетбольный мяч, который она швырнула в нас. Я только успел растянуть Щит Бурбонов на весь дирижабль, как сгусток огня ударил в защиту и отразился, улетев в парк. Недалеко раздался сильный взрыв. Удивление на лице безопасницы было не разобрать, но я бы дорого заплатил за мгновенное фото с её портретом для своей коллекции. Впрочем, дефензива с удивлением быстро справилась, и в мою сторону полетели разноранговые фаерболы с каменными шипами и прочими сосульками. Даже обычные полицейские открыли огонь из табельного, решив повеселиться за компанию. На улице и в парке закипели разрывы — все прилёты отражались, разлетаясь в разные стороны, я рванул в зону разгрузки.

— Скоро ещё? — крикнул Эстебану, чувствуя, как резко стал мелеть мой океан Силы.

— Минута! Затем рубим якорь и можем лететь! — он стоял у лебёдки, контролируя подъём грузовой платформы.

— Хорошо! Софья! Когда скрыт можно включать?! — кричу артефакторше, сосредоточенно соединяющей какие-то проволочки.

— Две минуты, и можно запитывать, осталось последний мановод подключить в контур!

— Софочка, нет у нас двух минут! Минута, или нам зад поджарят! — подошёл поближе с целью помочь. Совершенно не был уверен, что у нас есть хотя бы минута. Сила уже плескалась на донышке — атакуемый заклинаниями Щит потреблял слишком много маны.

— Тогда тебе надо будет с двух рук запитывать, позже два конца соединю, — принялась объяснять, не отвлекаясь от скручивания проводов.

Лязгнула вставшая на место платформа.

— Погрузка окончена! Рублю трос! — Эстебан дёрнул рычаг аварийного сброса якоря, и нас сразу качнуло — дирижабль стал набирать высоту.

— Вот, держи скрутки обеими руками! — Соня протянула два пучка проводов. Ну, теперь я уверен, всё будет в порядке. Скрутки — это по-нашенски. Был бы педантичный немец, точно бы грохнулись, пока он заканчивает подсоединять, дублировать и изолировать. Главное на потом не оставить времянку — известно же, что они самые постоянные.

Щит уже работал на последних каплях Силы, которая была нужна для накачки артефакта Скрыта, и я перекрыл поток энергии. Схватился двумя руками за пучки мановодов, и моё тело выгнулось от высоковольтного разряда тока. Последней промелькнувшей мыслью поджариваемой электричеством бестолковки было: «Да ёб твою медь! Ну для кого техника безопасности пишется: не трогать оголённые провода?!? Попался, как двоечник на уроке труда! Сейчас точно собьют!»

* * *

Беата Дабковская без лишнего энтузиазма кидала фаерболы в висящий на якоре дирижабль. Деваться Ярославу было некуда, рядом есть молодые энергичные, зачем тратить собственный ресурс? Тем более, она уже никуда не спешила — её сорвали с костюмированной вечеринки, посвященной юбилею дефензивы, и ночь была безнадёжна испорчена.

Рядом с ней молодой шляхтич-новик, являющийся секретарём королевы и сотрудником дефензивы, с энтузиазмом выдаёт молнии каждые полминуты, показывая главе службы свою удаль. Своих сил маловато, тратит ценный накопитель. Будь аппарат чуть подальше, и он бы уже не доставал, да и несколько тысяч вольт для высокорангового щита — это слону дробина, но чем бы дитя не тешилось… За что-то пан Цибульский взъелся на русского княжича и сейчас тратил и свою, и заёмную Силу под ноль.

Хотя, и так понятно, за что. Амбициозный мальчик всё хочет, чтобы на него обратила внимание Констанция, сделав его, наконец, секретутом. Ярослав же был не такой. Цену себе знал и вообще… Как он вышел сухим из воды с Катаржиной, когда мать с дочкой захотели его захомутать! Нет, Шонуров очень интересный экземпляр, и она не желает ему смерти. А вот пообщаться по душам на своих условиях в подвалах дефензивы очень даже желает. Эта схема с российскими алмазами не даёт ей покоя. Информация — это оружие. Кто знает, какие блага она сможет принести в будущем ей лично, если будет владеть данными? Да и другими секретами княжич наверняка богат — близость к власть предержащим всегда полезна, а она была уверена, что у него своя оччень интересная история с Романовыми. Поэтому предвкушала скорую встречу с Ярославом, когда она тет-а-тет начнёт ему выкручивать яйца. Ну не сможет никуда деться медлительный дирижабль из воздушного пространства Польши! У королевства хватит огневой мощи заземлить любой воздушный корабль, пусть его княжич и назвал хвастливо броненосцем.

Вдруг очередная молния пана Цибульского не отразилась щитом, а ударила в гондолу. В этот же миг дирижабль пропал. Летевший следом фаербол пролетел мимо и погас в высоте.

— Как это??? — она от удивления протёрла глаза и с угрозой развернулась к шляхтичу. — Ты чего наделал? Каким заклинанием ударил?!?

— Матка Боска! — тот был удивлён не меньше её. — Пани Дабковская, это не я! Запустил обычную молнию, клянусь!

Беата развернулась и принялась разглядывать ночное небо, по которому шарили столбы прожекторов. Запустила прощальным салютом наугад россыпь маленьких фаерболов, которые потухли в небе, ни в кого не попав.