Чтение онлайн

— Не очень. — Соглашаюсь с полковником.

Так, точными движениями, выдающими немалую сноровку в заполнении различных аргументов, полковник быстро заполняет все поля приказа. Очевидно, что бумага уже подготовлена заранее, но пока не было возможности её применить, полковник и не пускал её в ход.

Мужик слегка посматривает на меня раз за разом, словно не очень верит в происходящее. Такая небольшая двойственность.

— … Приказ о выделении поместному войску государеву под командованием главы рода Рысевых Максима Рысева. Численность — пятнадцать человек, с возможностью доформирования. Размещение — двенадцатый корпус. Выделить место под стоянку… Так… выделить полигон… Обеспечить функционирование… — Епифанцев проговаривает все заполнение. И это удобно — позволяет проследить по пунктам.

Печать на данный приказ полковник ставит тоже непростую. Для этого ему опять приходится залезть в сейф и достать амулет. Печать ложится на бумагу и становится ее частью. Зажигается на секунду всеми цветами радуги.

— Ваши полномочия командира поместного войска на территории нашей части, господин Рысев, — отдает мне приказ. — Завтра после обеда я пришлю нарочного по месту вашей дислокации. Вам хватит времени разместить свое войско? — без малейшего сарказма говорит мужик.

То есть, если на бумаге у меня армия, значит у меня армия, войско — значит войско, и формально я сейчас нахожусь на уровне командиров формирующихся отрядов на базе части. А может, даже и повыше. Но не в их вертикали. То есть мои приказы можно игнорировать, но вот и мне приказывать даже командир части не может — часть приказом императора является вспомогательной величиной, необходимой для формирования. И пока нет прямого приказа Михаила Александровича — мы сами себе хозяева.

— Благодарю за понимание, господин полковник, — киваю заместителю командира части.

— Что ж, господин Рысев, вы определённо знаете чего хотите. Это редкое качество. — Заканчивает оформление бумаг Епифанцев. И это единственная эмоция, которую он позволяет себе в мою сторону.

Забираю бумаги у полковника.

— Зайдите в канцелярию, отметьте ваш пропуск и через час сможете размещаться. Корпус для вас подготовят.

— Благодарю вас, господин полковник.

Через территорию военной части прохожу с легким ощущением победы. Но уверен, что в дальнейшем будет сделано всё, чтобы саботировать ситуацию. Но пока, в ближайшее время, он этого делать не будет — не готов.

У выхода с территории части, меня уже поджидает знакомая фигура юриста Павлова. Причём довольная.

— Вы справились, Максим. — Приветствует меня правовед довольной улыбкой.

— Так и есть, — соглашаюсь с Павловым. — не в последнюю очередь благодаря вам. Всё-таки вы знали, куда давить. А понимая, какие красные линии они не смогут пересечь, мне удалось отбиться без особых потерь.

— Так вы ещё и выиграли. Юридически всё безупречно. У вас есть своя армия, которая подчиняется непосредственно вам и императору.

— Это так. На бумаге. Теперь нужно понять, где господа будут давить, чтобы дискредитировать меня.

— Вижу только две возможности. — задумчиво говорит Павлов. — Либо очернить вас, либо отнять у вас власть.

— Да, я тоже это понимаю. Варианты?

— Либо найти боярина родовитее — по закону в поместном войске именно такой будет главой. Но это несколько недель, если ваши оппоненты не готовы заранее, конечно. И второе — закрыть формирование войска и отправить вас на направление фронта, где вы просто не сможете противостоять туркам. Но это уже прямое вредительство.

— Посмотрим, — задумчиво киваю. — Уверен, что попробуют оба варианта.

— Вас подвезти? — уточняет Павлов.

— Да, если вам несложно. Мне нужно попасть в район пакгаузов. Там мои люди сняли помещение.

— Да, знаю, где это. Недалеко от того места, где я вас встретил. — кивает Павлов. — Садитесь.

Павлов ведет свой мобиль и не скрывает довольного выражения лица.

— Я же был с вами на связи всё время, поэтому вы помогли вскрыть интересные точки, по которым придёт проверка из Шестой Экспедиции.

— Да я только и в штабе был, — пожимаю плечами.

— А нам только в штабе и нужно. На местах есть другие люди. А вот в штабе, когда приходят проверки из Главного штаба или от самого императора, там всегда чинно и благородно, ничего не происходит. А применять ментальные техники без существенных доказательств к людям в армейской структуре нам попросту нельзя. Зато теперь три нарушения закона за один день. Почти по всей вертикали подчинения. Красота.

— Четыре. Ментальное давление от майора я четко чувствовал.

— Это недоказуемо, Максим. Значит — не было. Но даже сейчас у нас есть откуда начать раскручивать эти нити. — юрист очень доволен. Очевидно, я как подсадная утка, вытащил на свет то, что было необходимо Тайной Экспедиции. — Вы как минимум, нам помогли определиться с фигурантами будущих дел, — довольно говорит представитель менталистов императора.

— Я рад за вас, — соглашаюсь с юристом. По большому счету эта часть его деятельности мне совершенно безразлична. Мне бы со своими разобраться. Но то, что они это признают, — это очень неплохо.

В выделенный нам корпус бойцы перемещаются в общем-то, даже с удовольствием — горячая вода, канализация и нормальные постели, вместо их суррогатов, порадуют кого угодно. А прилагающаяся своя кухня — еще более приятное дополнение. Кроме того, Клим, при моем появлении в арендованном ангаре, как раз заходит уточнить, может ли дирижабль уйти на стоянку в ближайший пригород? Занимать место в порту одного из самых крупных транспортных узлов довольно накладно, причем даже не в деньгах, а скорее в нервах. Клим всего за день начинает прятаться от портовой администрации — к нему за этот день уже раз пять подходят с вопросом, когда он освободит место.

Так что всё происходит вовремя.

Очевидно, что отряд разместится и без моих «важных указаний». Не в первый раз и тем более не в последний. Поэтому я отстраняюсь от размещения и делаю это сознательно.

Несмотря на очевидное уважение, которое есть в сигнатурах моих бойцов, в деле они меня не видели. И как армейского мага, в отличие от того же Виталия или даже Алекса, вообще не воспринимают.

Скорее у них отношение, как к очень оберегаемому сыну полка. Это не плохо и не хорошо. Но менять это пока не собираюсь, просто потому что время в любом случае расставит всё по местам. А выгляжу я действительно всё ещё шкетом. И большая физическая нагрузка здесь не сильно помогает. Отбрасываю эти мысли.