Эндора
Шрифт:
Потом сырые коридоры неожиданно кончились — сопровождающий вывел их в огромный зал. Здесь было много солнца и света; широкие окна плавно сливались с крышей, и становилось непонятно — то ли облака плывут рядом, то ли это пар, поднимающийся от воды в гигантском бассейне. В зале было душно и влажно; на Кате и Эльдаре моментально промокла одежда.
Зал с бассейном был пуст. Катя огляделась, отбросила за спину закудрявившиеся от сырости локоны и негромко спросила:
— Эльдар, что делать-то?
— Не знаю, — пожал плечами Эльдар и посоветовал: — На всякий случай держись у меня за спиной. Прикрою, если какой кипиш.
Катя хотела было что-то ответить, но вода в центре бассейна вдруг закружилась и вскипела, и эндора, сдавленно ахнув, стиснула руку Эльдара настолько сильно, что он сдавленно зашипел от боли. Откуда-то из-под воды донесся низкий гул — Эльдар не сразу понял, что это голос живого существа, а потом из бассейна ввысь ударили фонтаны воды, и показалась голова.
Катя взвизгнула. Гигантская безглазая башка была увенчана чем-то вроде ржавой короны. Эльдар смотрел, не в силах отвести взгляда, и где-то на задворках сознания металась слабая мысль о том, что они с Катей сейчас умрут, а он ничего не успеет сделать. Он смотрел: бугристые плечи, покрытые темной гладкой кожей, тугие канаты мышц, две пары рук — Кадес был одновременно непостижимо чудовищным и прекрасным.
Эндора издала негромкий стон и осела на пол без сознания. Эльдар подумал, что она легко отделалась.
Глава 9
Входя в компании Рудина в административную зону «Picasso», Гамрян думал, что Эльдар допрыгался, и сейчас ему вряд ли можно помочь. Эндору похитили буквально из рук у Рудина; разумеется, он ни на миг не поверил в то, что Эльдар не имеет к этому отношения, и все заверения Знаменского, который буквально через четверть часа говорил с Эльдаром и подтвердил его личность и нахождение в Велецке, его не убедили.
Господин гхоул Совета сейчас был бледен и разъярен до крайности. Гамрян опасался, что Рудина хватит удар, и, когда они вошли в кабинет директора, а изумленный Эльдар поднялся из кресла к ним навстречу, его опасения стали вполне реальными — на щеках Рудина расцвели некрасивые пятна румянца, а правый угол рта оттянуло книзу.
— Добрый день, — произнес Эльдар с такой язвительной ухмылкой, что Рудин сжал кулаки. Он почти сразу овладел собой, но Гамрян на всякий случай приготовил сдерживающее заклинание. Конечно, его вряд ли хватит надолго, но все-таки можно надеяться, что дело обойдется без трупов.
— Где. Эндора. — прошипел Рудин. Он готов был размазать Эльдара по стенке и не нуждался в поводах — разодрал бы на клочки и испытал невероятное наслаждение. Эльдар невозмутимо пожал плечами.
— А я откуда знаю? Прощелкал девчонку, а я виноват? — он сел обратно в кресло, сложил руки на животе, и с каким-то странным презрением уставился на Рудина. — Знаменский звонил уже. Сказал, что господин гхоул изволили шумно обделаться на всю страну. Шумно и с брызгами. Да что Знаменский, его шеф в гневе…
Гамрян смотрел на Эльдара и не понимал, что именно неправильно в его старом приятеле. Вроде бы все было так, и высокий некрасивый человек в дорогом костюме был тем самым Эльдаром Поплавским, которого когда-то давно Гамрян вернул с того света — и что-то было не так. То ли наглость, с которой Эльдар осыпал Рудина градом ядовитых уколов, то ли золотистые нитки в ауре: Эльдар почему-то организовал себе дополнительную защиту. Но от чего?
Рудин прошел по кабинету, схватил Эльдара за грудки и выдернул из-за стола — сейчас он хотел убивать. Отквитаться за свою утреннюю потерю, за дерзкий зимний побег от трибунала, за все… Гамрян вскинул руки, и по его пальцам пробежали мелкие синие огоньки — сеть-ограничитель была готова к броску.
— Сергей Петрович, — предупреждающе окликнул Гамрян, но Рудин его не услышал. Кулаки, сжимавшие воротник Эльдара, побелели.
— Я спрашиваю в последний раз, — прошипел гхоул. — Где эндора? Мне наплевать, как именно ты это провернул. Где Дубцова?
Эльдар одарил его широкой белозубой улыбкой, и Гамрян, увидев эту улыбку, похолодел. Сеть задрожала и едва не растаяла. Кем бы ни был человек, которого сейчас тряс Рудин, Эльдаром он не был. Маскировка оказалась на диво хороша, вот только готовя ее, Эльдар упустил из виду крохотную деталь.
Правый верхний клык у настоящего Эльдара выдавался вперед и был крупнее остальных зубов — видимо, дань оборотнической природе. Эльдар, который сейчас болтался в руках Рудина, обладал идеальной улыбкой без каких-либо примечательных деталей.
Слава богу, подумал Гамрян, что Рудин этого не знает.
— Сергей Петрович, — твердо позвал он снова. — Отпустите его.
Рудин чуть повернул голову в сторону Гамряна и глухо откликнулся.
— Нет. Теперь уже нет.
В следующий миг в кабинете с легким хлопаньем развернулся колодец между мирами, и Рудин утянул Эльдара в сверкающее сиреневое марево. Гамрян успел лишь коротко вскрикнуть — колодец захлопнулся, и свечение угасло, оставив после себя едва уловимый запах озона.
Гамрян почти без сил опустился на диванчик. Кем бы ни был тот, кто представлялся Эльдаром, ему оставалось только посочувствовать. Разъяренный Рудин вытянет из него правду — и не будет ограничивать себя в методах. Тяжело вздохнув — то ли в кабинете почему-то не хватало воздуха, то ли сердце решило заявить о себе — Гамрян вынул смартфон и выбрал номер Лизы. Бывшие супруги могли ломать комедию перед всеми, но Гамряна их шумный и пафосный разрыв не обманул ни на миг.
— Абонент не отвечает или находится вне зоны действия сети, — бодро сообщил электронный голос. — Абонент…
Гамрян устало откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.
Падение в колодец было быстрым и завершилось на полу кабинета в загородном доме Рудина. Эльдар, которого крепко приложило затылком о паркет, сдавленно шипел и матерился. Рудина, который удержался на ногах, изящно поддернул рукава и осведомился:
— Ну? И кто ты?
Эльдар поднялся, с болезненной миной потер затылок и, обнаружив кровь на пальцах, буднично сообщил:
— Ты, господин гхоул, псих, каких мало.
Рудин хмыкнул. Отошел к бару, плеснул минералки в стакан и провел ладонью над водой, тотчас же налившейся зловещим зеленоватым свечением.