Чтение онлайн

– Тогда я приберегу свои вопросы до следующей сессии. – Вилли улыбнулся Баренту, и его зубы блеснули в резком верхнем свете. – Я должен не забывать, что я тут новенький, и вести себя соответственно своему положению, не так ли?

– Вовсе нет, – возразил Барент. – Здесь, за столом, мы все равны. – Он впервые пристально посмотрел на Хэрода. – Если на сегодня новых дел нет, готовы ли вы совершить экскурсию к суррогатам и сделать свой выбор?

Хэрод кивнул.

– Я бы хотел использовать одного из своих людей, – сказал Вилли.

Кеплер слегка нахмурился.

– Билл, я не знаю.., то есть ты, конечно, можешь, если хочешь, но мы стараемся не пользоваться нашими.., э-э.., постоянными людьми. Шансов выиграть пять вечеров подряд э-э.., очень мало, и нам не хотелось бы кого-нибудь обижать или уезжать отсюда с неприятными чувствами из-за того, что кто-то лишен ценного источника.

– Да, я понимаю, – кивнул Вилли, – и все же я бы предпочел использовать одного из своих. Это ведь разрешено?

– Конечно, – подтвердил Саттер, – но если он останется в живых сегодня, он должен быть осмотрен и отправлен в загон к остальным.

– Согласен. – Вилли снова улыбнулся, отчего еще больше усугубилось впечатление, будто говорит безглазый череп. – Как мило, что вы идете на уступки старику. Ну что ж, осмотрим загоны и выберем фигуры на сегодня?

***

Хэрод впервые оказался к северу от охранной зоны. Подземный комплекс поразил его, хотя он и догадывался, что где-то на острове должен находиться штаб охраны. Несмотря на то что на сторожевых постах и в контрольных помещениях всегда толклось человек тридцать в камуфляже, это было ничто по сравнению со столпотворением телохранителей в неделю проведения летнего лагеря. Хэрод догадался, что основные силы Барента сосредоточены в море – на яхте и патрульных катерах – и внимание их направлено на то, чтобы не подпускать никого к острову. Интересно, что думают эти охранники о загоне суррогатов и Играх? Хэрод два десятилетия работал в Голливуде и знал, что есть люди, готовые за деньги совершить с себе подобными все что угодно. Он был уверен, что Барент, даже не прибегая к своим способностям, с легкостью мог обеспечить себя необходимым контингентом службы безопасности.

Загоны для суррогатов были вырублены в природной скале и находились в коридоре, гораздо более древнем и узком, чем остальная часть комплекса. Хэрод следовал за остальными вдоль ниш, где, скорчившись, лежали обнаженные тела, и в который раз подумал: вот отличный сюжет для фильма. Но если бы какой-нибудь сценарист принес Хэроду нечто подобное, он задушил бы его, а потом посмертно исключил из Гильдии.

– Эти загоны были построены еще во времена плантатора Вандерхуфа, а некоторые существовали уже при Дюбуа, – рассказывал Барент. – Нанятый мной археолог высказал предположение, что именно эти камеры использовались испанцами для размещения мятежных элементов индейского населения острова, хотя испанцы редко имели базы так далеко к северу. Как бы там ни было, эти камеры высечены в скале еще до 1600 года нашей эры. Интересно отметить, что первым рабовладельцем этого полушария был Христофор Колумб. Он переправил на кораблях в Европу несколько тысяч индейцев, еще несколько тысяч было порабощено им и убито на островах. Он истребил бы все коренное население, если бы не вмешался папа римский, пригрозивший ему отлучением от церкви.

– Вероятно, папа был недоволен своей долей, – иронично заметил преподобный Джимми Уэйн Саттер и спросил:

– Из этих можно выбирать?

– Любых, кроме тех двоих, которых вчера вечером привез мистер Хэрод, – ответил Барент. – Я так понимаю, ты бережешь их для себя, Тони?

– Да, – подтвердил Хэрод. Кеплер подошел ближе и дружески взял Хэрода за локоть.

– Джимми сказал мне, что один из них мужчина, Тони. У тебя меняются вкусы или это кто-то из твоих друзей?

Хэрод окинул взглядом идеальную стрижку Джозефа Кеплера, его превосходные зубы, ровный загар, и у него возникло искушение каким-нибудь образом нарушить эту гармонию. Но он промолчал.

– Суррогат мужчина, Тони? – удивился и Вилли. – Стоит тебя оставить на несколько недель, как ты начинаешь меня удивлять. И где же этот мужчина, которого ты собираешься использовать?

Хэрод пристально посмотрел на старого продюсера, но лицо Бордена было непроницаемым.

– Где-то там, – бросил он, сделав неопределенный жест рукой в глубь коридора.

Группа рассеялась по коридору, продолжая разглядывать и оценивать тела, как судьи на собачьей выставке. Вероятно, кто-то приказал узникам вести себя тихо, а может, присутствие этой пятерки так подействовало на них, но в загоне царила мертвая тишина, нарушаемая лишь звуками шагов и бульканьем падающих капель в темной, никем не используемой части древнего подземного хода.

Хэрод нервно переходил от ниши к нише в поисках тех двоих, которых он привез из Саванны. Неужели Вилли снова играл с ним или Хэрод заблуждался насчет того, что происходит? Нет, черт побери, никто другой не мог заставить его привезти на остров специально обработанных суррогатов. Если только Кеплер и Саттер не замышляли чего-то. Или Барент не вел особо изощренную игру. Может, его просто пытаются заманить в ловушку, чтобы дискредитировать?

Хэроду стало не по себе. Поспешным шагом он шел по коридору, вглядываясь сквозь прутья решетки в побелевшие испуганные лица, подозревая, что сам выглядит точно так же.

– Тони! – окликнул его Вилли, находившийся шагах в двадцати впереди. В голосе его послышались командные нотки. – Это и есть твой избранник?

Хэрод быстро подошел и уставился на мужчину, лежавшего в нише на уровне его груди. Тени обострили резкие черты его лица, так что щеки казались совсем впалыми, но Хэрод был уверен, что это тот самый человек, которого он привез из Саванны. Какого черта замыслил Вилли?

Вилли склонился ближе к решетке. Мужчина отпрянул, глаза его были красны ото сна. Словно какая-то искра проскочила между обоими.

– Добро пожаловать в ад, моя пешка, – тихо сказал старик по-немецки.

– Пошел к дьяволу, оберст, – сквозь зубы, тоже на немецком, бросил узник.

Вилли рассмеялся, и его смех гулко прокатился по коридору. Хэрод вдруг понял, что его крупно надули.

Если только Вилли не обвел его вокруг пальца.

К ним подошел Барент, его седые волосы мягко поблескивали в свете неяркой лампочки.

– Вас что-то рассмешило, джентльмены? Вилли хлопнул Тони по плечу и улыбнулся.

– Мой протеже рассказал мне анекдот, К. Арнольд. Ничего более.

Барент перевел взгляд с одного на другого, кивнул и двинулся дальше по коридору.

Не отпуская плечо Хэрода, Вилли сжал его так, что лицо Тони исказила гримаса боли.

– Надеюсь, ты отдаешь себе отчет в том, что ты делаешь, Тони? – прошипел Вилли, лицо его побагровело. – Ну ладно, об этом поговорим позже. – Он повернулся и двинулся за Барентом и остальными к выходу.

Хэрод с изумлением уставился на человека, которого считал пешкой Вилли. Обнаженный, он лежал, свернувшись, на холодном камне за стальной решеткой, бледное лицо почти полностью скрадывали тени.