Чтение онлайн

Поэтому я натягиваю фальшивую улыбку. Как и всегда.

– Думаю, еще все впереди.

Мама всегда верит мне. Я не думаю, что она настолько глупа, чтобы не осознавать правды, но она просто пытается ее игнорировать. Она хочет верить в мои утешения, даже если они ничего не значат.

Наш дом находится в некотором отдалении от других. Почти на окраине города. Поэтому нашими единственными соседями являлись сосны и горы. Густой лес почти полностью окружал грунтовую дорогу, ведущую к нам, и сам дом. Наверное, это могло показаться жутким, особенно, учитывая то, что я очень часто оставалась одна, но мне нравилось. Спокойствие и одиночество было тем, что я ценила в жизни больше всего.

До конца недели маме пришлось уехать в основной офис в Хэмптон. Я и не сомневалась, что вскоре она снова уедет. Сидя вечером в своей комнате, я стала разбирать свои вещи из коробок. Удивительно, сколько всего можно найти в старом хламе. Старые игрушки, какие-то безделушки, которые мы покупали в путешествиях, фотографии.

Моя комната была маленькой и большую ее часть занимали книжные полки. Чтение было моей страстью и, хотя я часто читала на своем ридере, обычных книг у меня тоже было немало. Они были на трех разных языках. Моя мать была уроженкой Украины и очень часто я ездила туда к своей бабушке. В Украине многие с детства говорили сразу на двух языках – украинском и русском, и поэтому я тоже знала эти языки, хотя, конечно же, предпочитала английский.

Одна из книг привлекла мое внимание, и я сняла ее с полки. Это была старая и потрепанная книга, которую я перечитывала очень много раз, но сейчас не ее содержание интересовало меня. Открыв книгу на середине, я достала старую и потертую фотографию. Каждый раз, смотря на это фото, я не верила, что когда-то наша семья была такой.

Мой отец, высокий светловолосый мужчина, поднял меня пятилетнюю себе на плечи. Одной рукой он придерживал меня, а другой обнимал мою маму. Тогда на ней еще не было отпечатков горя, какие я видела сейчас. Она была такой же темноволосой и кареглазой, как я. Стройная и красивая, она улыбалась фотографу, а ее изящные руки с тонкими пальцами лежали на плечах Калеба. Тогда ему было десять. Он широко улыбался в камеру, а его светлые волосы торчали в разные стороны. Озорные зеленые глаза сияли.

Опустившись на пол, я подтянула к себе ноги, все еще смотря на потрепанную временем фотографию. Я не понимала, почему спустя столько лет боль была такой сильной. Каждое воспоминание о брате было, словно кровоточащая рана. Я любила брата. Он был моим лучшим другом, и то, что с ним случилось, казалось несправедливым и нереальным.

Фотография выпала из моих рук и проскользнула прямо под кровать. Я приглушенно выругалась и стерла слезы, которые успели прорваться через мое самообладание. Я ненавидела, когда слезы находили выход. Мне не нравилось чувствовать себя слабой, но иногда я не могла с этим справиться. Нагнувшись, я стала шарить под кроватью, но тут услышала какой-то резкий грохот, доносящийся с первого этажа. Мгновенно поднявшись, я прислушалась.

Мне показалось, что кто-то ходит внизу, на первом этаже дома. Кинувшись к прикроватной тумбочке, я достала из ящика заряженный пистолет. Именно Калеб научил меня стрелять, когда нашей семье стала грозить опасность. Хотя, по сути, опасность грозила нам всегда. Он научил меня, что я должна быть всегда настороже. Всегда готова к бою. И я преуспела в этом.

Сняв предохранитель, я взяла пистолет в две руки и тихо открыла дверь своей комнаты. Мысленно радуясь тому, что мамы нет дома, я выглянула в темный коридор. Кто бы это ни был, я знала, что мама не могла вернуться домой так скоро, а больше никто не должен был входить в наш дом.

Чувствуя прилив адреналина, я бесшумно прокралась к лестнице, держа пистолет наготове. В холле горел свет, но, когда я спустилась, там никого не было. Тем не менее, я чувствовала, что в доме все же кто-то есть. Я тихо подошла к входной двери и убедилась в том, что она была открыта. Кто-то вскрыл замок.

– Здравствуй, Мэриан, – сказал грубый, скрежещущий голос, и я резко обернулась.

– Себастьян, – прошептала я, мгновенно побледнев.

Мужчина в темной одежде улыбнулся, будто ему было приятно, что я его помню. Он сделал шаг вперед, но я тут же направила на него пистолет. Его по-кошачьи зеленые глаза сверкали, а острые черты лица хранили в себе вечную угрозу.

– Неужели ты выстрелишь в меня, Мэриан? – спросил он гипнотическим голосом.

– И что меня должно остановить? – резко выплюнула я.

Себастьян улыбнулся улыбкой Люцифера, и в это же мгновение рядом с ним появились еще двое парней в темных одеждах. Они смотрели на меня пустыми глазами, и все, что им было нужно, это приказ хозяина.

– Неужели твоя мать думала, что сможет вот так просто скрыться в этом райском уголке? – мурлыкал Себастьян. От напряжения мои руки начинали болеть, но я не опускала пистолет. – Неужели она надеялась, что сможет скрыть тебя от нас?

Я почувствовала, как адреналин закипает в моих жилах.

– Ведь ты одна из нас и всегда будешь такой, – продолжал наступать Себастьян.

Я посмотрела на него истребляющим взглядом.

– Ложь, – прошипела я и выстрелила, но не в Себастьяна, а в люстру.

Послышался звон разбиваемого стекла, и дом погрузился во мрак. Я тут же дернула входную дверь и выскочила на улицу.

Под босыми ногами чувствовалась грязь. Ночь была темной и сырой. Совсем скоро должна была начаться буря, но я не обращала на это внимания.

Бросившись прямо в лес, я побежала так быстро, как только могла. За спиной слышались тяжелые шаги преследователей, но я не посмела обернуться. Продолжая бежать, я не обращала внимания на то, как в босые ноги впиваются сосновые иголки, а острые камни режут ступни. По рукам и лицу то и дело били ветки, но я продолжала бежать, сжимая пистолет. Я даже не знала, куда именно бегу, мне просто нужно было оторваться от них.

Не знаю, как много времени прошло, но я почувствовала, как легкие стали гореть огнем, требуя передышки. Лишь слегка сбавив скорость, я прислушалась, а потом и вовсе остановилась. Лес был полон жизни, несмотря на скорое приближение зимы. Я слышала, как ветер играет в ветвях деревьев, как совы ухают где-то поблизости, а мелкие животные копошатся в земле. Мое собственное сердце, казалось, слишком громко билось, когда я буквально согнулась пополам пытаясь отдышаться. Спустя несколько минут, полных судорожных вздохов, я снова выпрямилась, и тут кто-то неожиданно схватил меня сзади, зажав рот рукой. Я попыталась закричать, но рука, сжимающая мне рот, не позволила. Второй рукой нападавший обвил мою талию и притянул меня к себе. Как бы я ни брыкалась и не пыталась вырваться, он держал меня мертвой хваткой.

– Тихо, – приказал знакомый голос прямо у моего уха. – Тихо.

Я замерла, не веря собственным ушам. Тот, кто держал меня, почувствовал перемену и медленно опустил руку, которой сжимал мой рот. Я обернулась и в бледном свете луны, который пробился сквозь тучи, увидела Тейта. Он прижимался спиной к большому дереву и прижимал меня к себе. Я услышала, как где-то пробежали те уроды, которые ввалились в мой дом. Они не заметили ни меня, ни Тейта.

– Что ты тут делаешь? – прошипела я, смотря на парня.