Чтение онлайн

О жестокости Дорохемии в племени ходили легенды и поговаривали, что ее плащ пошит из человеческой кожи. Своей служанке Маисе, жрица разрезала рот, а женщине из племени она отрезала ухо, лишь только за то, что та отказалась принимать участие в охоте на жертву, которую потом должны были спалить на костре.

Сердце Агайи не выдержало этого жестокого безумства, и она при поддержке Карсу, решила отменить кровавый праздник Апполону.

Царица подозвала к себе, ведьму Дорохемию.

– Дора идем прогуляемся, есть разговор.

И они пошли не спеша к речке, сзади них на почтительном расстоянии шли рабыни, Уолита и Маиса.

– Дора, после того как пропала твоя мать, ты очень сильно изменилась. В племени появился страх, эти жестокие и бессмысленные жертвоприношения! Рядом с нами живут истряне, образованный и просвещенный народ. А мы стали хуже варваров! Подруга, что с тобой случилось? – Агайя взяла Дорохемию за руку и заглянула ей в глаза.

Жрица с ненавистью выдернула свою руку и вытаращилась на Агайю злыми зелеными глазами.

– Ты хочешь отменить праздник Апполона? Ну что же, твоя воля! – Дорохемия подняла вверх руку. – Только смотри Агайя, когда начнутся несчастья, вспомни о своем запрете! Видят Боги, я все сделала для этого племени! – Жрица развернулась и пошла прочь от своей бывшей подруги.

'Ты еще пожалеешь об этом… царица!', в голове у ведьмы созрел план, и она готова была к его исполнению.

Дорохемия собрала в своем шатре фанатично преданных ей женщин.

– Эорпаты, наша царица отвернулась от бога Апполона и отменила его празднование! – Она внимательно следила за лицами амазонок. – Я сегодня говорила с Богами! Беда прейдет на наши головы, и священный огонь спустится с небес, сжигая дотла наши жилища!

Женщины с тревогой поглядывали на жрицу.

– Дорохемия! Скажи, что же нам сделать, что бы избежать гнева богов? – Спросила амазонка Амага, которая была правой рукой жрицы в исполнении ее черных ритуалов.

– Мы должны пойти на север и принести в жертву Апполону много мужчин и мальчиков! – Ведьма закрыла глаза и, раскачиваясь, взывала к небу. – Санта бага Апполон! Благослови нас на жертвы!

Остальные женщины подхватили ее слова и, взявшись за руки стали погружаться в безумный транс.

Рано утром, когда в лагере все крепко спали, Дорохемия и двадцать ей преданных женщин покинули поселение и направились на север…

Не спящая Карсу объезжала в это время дозоры, расставленные вокруг лагеря. Она с удивлением увидела, что Дорохемия покидает поселение с маленьким отрядом.

– Куда путь держишь жрица? – Строго спросила ее Карсу.

– Идем поклониться Аргипеям и узнать у них нашу судьбу! – Отрезала жрица, и они продолжили свой путь.

Карсу задумчиво провожала их взглядом, ' А зачем же вам столько стрел в колчанах?', эта мысль не давала ей покоя и она послала вслед за ними двух молодых и отчаянных амазонок, которым дала строгий наказ. – Проследить и доложить!

Ведьма со своим отрядом ехала не один день, они с трудом пробирались через горы и не большие, но быстрые речки. И вот наконец, удача повернулась к ним лицом. Они затаились в лесу и наблюдали за большим поселением, раскинувшимся на берегу Тираса.

По размерам оно во много раз превосходило их поселение. Мужчины вооруженные короткими копьями, на лошадях передвигались по лагерю и выгоняли из землянок спящих жителей.

Дорохемия внимательнее приглядевшись увидела, что поселение со всех сторон окружено вооруженными людьми. Воины согнали жителей землянок на большую поляну. Впереди толпы стоял седой и высокий старик, по всему было видно, что он у них вождь.

К нему подъехал на коне грозного вида воин и что-то спросил. Старик развел руками и тут же получил плеткой удар по лицу. Воин поднял руку и громко дал команду стоявшему за его спиной отряду.

Через мгновение захватчики с факелами поджигали землянки, а из согнанных людей на поляне, воины насильно выволакивали молодых девушек и привязывали к лошадям за руки.

Высокий молодой мужчина прорвался из кольца вооруженных людей и хотел подбежать к девушке, которую стали насиловать два бородатых варвара у всех на глазах. Но брошенное копье, вошло ему между лопаток, и он рухнул замертво возле насильников.

И тут из глубины леса раздался детский крик. Дорохемия внимательно прислушалась, крик повторился.

– Поехали поглядим, кто это там кричит… – Обрадовано произнесла жрица и женщины тут же устремились на детский плачь.

В глубоком лесном рву, они увидели в кучу сбившихся детей, те плакали и на своем языке просили о помощи.

Неожиданно на другой стороне рва из-за деревьев показались головы варваров. Миг неожиданной встречи повис в тишине, и казалось, что безмолвие будет продолжаться бесконечно долго. Из ямы повторился детский крик, девочку укусила змея и она, не сдержавшись от боли вновь закричала.

Через секунду шквал стрел закрыл небо надо рвом.

– Уходим, Дора! – Прокричала Амага, приближенная жрицы. – Смотри их сколько!

Из чащи показывались десятки голов коней с их бородатыми всадниками.

– Эорпаты, отходим! – Крикнула Дорохемия и амазонки стремительно стали отступать.

Две наблюдательницы, отправленные Карсу, поспешили сделать то же самое. Они были быстры как ветер и ускакали далеко вперед.

Варвары разгневанные самонадеянным вторжением, решили отомстить амазонкам и стали собирать огромное войско. Золото и женщины, – эти слова распаляли алчные сердца варваров, и они с энтузиазмом выступили в поход.

После удачной охоты, Агайя решила навестить мать и зашла к ней в шатер. Иорита была слаба…. Ее лицо, сильно осунулось за последнее время и всем своим видом давало понять,– не много мне еще дней осталось прожить на этой земле. При виде дочери она с трудом приподнялась с постели из шкур.

– Как ты мама? – Агайя подошла и поцеловала ее.

– По Орику скучаю, девочка моя. – Ее глаза были красны от слез, и в голосе была слышна глубокая печаль.

– Мама я тоже так по нему скучаю, – Агайя, глядя на увядающую мать, и сама готова была расплакаться, но она пересилила себя и рассказала ей о надвигающейся беде. – В племени зреет заговор, Карсу мне доложила, что Дорохемия подбивает скифянок на возмущения против моей отмены праздника Апполону. И самой жрицы нет уже в лагере семь дней, не к добру это…