Чтение онлайн

Еще я виновен в смерти чиновника Министерства энергетики, той женщины, что занималась финансированием проекта. Без нее испытания не состоялись бы.

Но я слишком долго ждал. Слишком долго не давал духам воли... Они больше не слушают меня и убивают без моего ведома, убивают всех, кто, как им кажется, угрожает нашему острову.

Скалли вспомнила фотографии двух ракетчиков, сгоревших в бункере управления, которые показывал ей Малдер.

– Они все время начеку. Они жаждут мщения. Через пару часов они выполнят свое предназначение и защитят наш остров.

– Зачем вы нам все это рассказываете?
– спросил Малдер.
– Не так-то просто признаваться в совершенных убийствах.

Волны роптали все громче. Скалли взял:

Камиду за локоть и помогла подняться.

– Скоро начнется тайфун. Пойдемте в бункер.

– Тайфун!
– Камида засмеялся.
– Тайфун - это пустяки. Вы любознательный человек, агент Малдер, и поэтому я прямо вам скажу: мы все тут погибнем.

Он поднял голову, как будто видел штормовое небо или взывал к кому-то. Словно заклинание, он прошептал:

– И огненная волна накроет берег смерти...

Атолл Эника.

Суббота. 04.11

Когда остров поглотила ночная мгла и ветер усилился, все укрылись за мощными стенами бункера.

Пахло пылью, припоем и смазками, бетоном и свежеоструганными досками. С балок свисали провода с лампочками, бросавшими на пол и стены неровный свет. Бэр Доули нервно мерил шагами камеру управления, периодически проверяя и перепроверяя приборы на пульте.

Время от времени он подозрительно косился на Райана Камиду и трех японских рыбаков, сидевших за столом, с которого предусмотрительно убрали все документы и сводки. Рыбаки чувствовали себя не в своей тарелке. Доули погрозил им пальцем и приказал:

– Сидеть смирно и ни к чему не прикасаться!

Он с упреком взглянул на Мириел Брэмен, словно хотел сказать: "И зачем только понадобилось тащить в бункер слепого и трех рыбаков? Не лучше ли было оставить их на "Далласе"? Мириел сделала вид, что ничего не заметила. Она молча стояла поодаль, глядя на пульт управления и диагностические приборы, но подходить ближе явно не собиралась.

Доули взглянул на наручные часы и объяви.

– Четверть пятого. Остался всего час.

– Бэр, только что получили сообщение с капитана Ива, - доложил со своего рабочего места Виктор Ожильви, снимая наушники.
– Все идет согласно прогнозу. Волнение на море достигло максимального уровня. Скорость ветра превысила сто шестьдесят километров в час. Минут через пятьдесят шторм будет в самом разгаре.

– Отлично!
– сказал Доули. За стенами шумел, набирая силу, тайфун.

– Отлично?
– возмущенно переспросила Мириел.
– Значит, тебя, Бэр, не волнует, что вопреки всем моральным и этическим нормам, которые для тебя, по-видимому, просто не существуют, меньше чем через час в нарушение международных соглашений начнутся испытания? Наземные ядерные взрывы запретили тридцать с лишним лет назад!

Взглянув на нее, Доули не сразу ответил:

– Знаешь, Мириел, когда я кончал институт, у нас была любимая поговорка: "Пока не попался, все законно". Или, если угодно: "Не пойман - не вор". Нас никто не схватит за руку. Ураган все спишет. Даже если за нами и следят со спутника, никто ничего не заметит. Нет проблем.

Брайт Энвил не дает радиоактивных осадков, так что метеостанции тоже ничего не зафиксируют. Все шито-крыто.
– Он сложил руки и попросил: - Ну же, Мириел, ведь это и твое детище! Вы с Эмилом решили столько проблем...

.
– Ничего я не решала!
– перебила его Мириел.
– Да и Эмил тоже. Никто из нас до конца не понимает принцип действия Брайт Энвил и не знает, где зародилась эта смертоносная игрушка. И тебя это ничуть не волнует?!

Доули упрямо качал головой.

– Я не понимаю, как работает мотор моей машины, но знаю: повернешь ключ, и он заведется... Во всяком случае, должен завестись. Я не знаю, как работает микроволновая печь, но она отлично разогревает мне еду.
– На его большом бородатом лице мелькнула надежда: - Мириел, мне бы очень хотелось, чтобы ты к нам вернулась! Теперь, когда Эмила не стало, проект чуть не накрылся. Когда ты ушла, мы много потеряли. Я лез и лезу из кожи, чтобы все шло как надо, но руководить людьми - не моя стихия. Вот ты - совсем другое дело! Только не думай, что я уклоняюсь от своих обязанностей. Я доведу дело до конца, ведь это моя работа.

Стоя рядом с Малдером, Скалли следила за спором двух ученых. Малдер явно им заинтересовался, а у Скалли при виде энтузиазма Доули от страха похолодело на душе.

– Ты меня разочаровал, Бэр, - сказала Мириел, и тот помрачнел, словно услышал что-то ужасное. Она все так же стояла, не приближаясь к пульту управления.
– Я понимаю, ты хочешь испытать новое оружие в условиях реального использования, но мне бы хотелось, чтобы ты удосужился подумать, что произойдет, если Брайт Энвил возьмут на вооружение и реально используют. Ведь водородные бомбы и огромные термоядерные боеголовки, которые мы усердно накапливали, только тем и хороши, что ни одному здравомыслящему политику не взбредет в голову пустить их в ход.

Мириел вошла в раж и принялась отчаянно жестикулировать - руки то взлетали вверх, то падали вниз, как крылья пойманной птицы:

– А Брайт Энвил обеспечивает полное уничтожение и разрушение в чистом виде. Мне страшно даже подумать, что у Соединенных Штатов появится новая боеголовка, которую не побоятся использовать.

– Мириел!
– оборвал ее проповедь Доули.
– Чинить свою машину я доверю только профессиональному механику, делать операцию - только хирургу. Ну а решать вопросы ядерной политики я доверю только опытному дипломату. Я таковым не являюсь... Но ведь и ты тоже.

Мириел брезгливо поморщилась, но Доули продолжил:

– Пусть правительство само решает, как ему использовать это оружие.
– Он часто-часто заморгал, как будто ему в глаза попал песок.
– А мы должны ему доверять. Там лучше знают, что нам нужно.

Вскинув брови и вытаращив от изумления глаза, Малдер повернулся к Скалли.

Атолл Эника.

Суббота. 04.25

Бэр Доули подошел к стене, где висели часы обратного отсчета, прищурился и всмотрелся в циферблат, словно плохо видел:

– Пятьдесят минут. Все готовы? Хочу еще разок проверить все системы.

Он повернулся и оглядел своих подчиненных. Техники молча кивнули и в который раз принялись проверять приборы.

– Отлично. Все идет как по маслу, - сказал Доули в воздух и довольно потер руки.

В этот момент тяжелая дверь бункера распахнулась, и в камеру ворвался вой ветра и дождь, хлеставший почти горизонтально холодными каплями-пулями. Вошли два промокших до нитки моряка, и вдвоем они с трудом закрыли и заперли дверь. В ярком электрическом свете их лица казались болезненно серыми, словно помертвевшими от страха. Даже бывалым морякам не часто доводится попадать в такой ураган.