Чтение онлайн

Он уселся перед компьютером и задумался. Заглянул на «Deviantart» и немного побродил по страничке Эмили в надежде найти свежие записи. Однако после «Ночи», стихотворения, которое он уже видел, не добавилось ничего нового.

Остаток вечера Ник провел, сидя перед телевизором в компании матушки и отца. Он не мог припомнить, когда в последний раз так поступал, а вот отец откровенно радовался, это легко читалось по его лицу.

— Все-таки зубрить без перерыва тоже не всегда полезно, — сказал он и ласково потрепал Ника по затылку.

Этой ночью Нику приснилось, что он очутился на кладбище Эреба и отчаянно искал надгробный камень Сария, но все надписи внезапно превратились в какие-то загадочные письмена, составленные из витых значков, которые он никогда в жизни не видел.

На следующий день Эмили вообще не пришла в школу. Ник всю химию провел, уныло пялясь на пустующее место, где она обычно сидела. Больше всего на свете ему хотелось завыть. Он знал, почему Эмили нет. Игра взяла верх над ней, как и над всеми остальными.

Я не имел права оставлять ее одну. С чего вдруг я вообще решил, что именно Эмили должна обладать иммунитетом к Эребу? А теперь уже слишком поздно. Ничего не поможет, она просто не станет с ним разговаривать, даже не подпустит его к себе. Ей хочется лишь выполнять полученные задания.

Надо было больше рассказывать Эмили об игре. А он вместо этого выдал ее на расправу, даже не позаботившись о защите.

На перемене Ник ей позвонил, но трубку, конечно, никто не взял. Ну ладно, тогда он поедет к Эмили сразу же после школы.

Приняв решение, он тотчас почувствовал себя лучше. Он переговорит с ней и напомнит об их плане — остановить Эреб. В конце концов, это ведь была ее идея.

Эйфория продолжалась до урока английского, когда Ник открыл книгу и нашел в ней свернутую записку, которую, ясное дело, сам туда не вкладывал.

Его сердце забилось чаще. Он развернул записку.

«Рядом с Джеми свободна еще одна кровать», — сообщали неуклюжие печатные буквы.

Ник сделал глубокий вдох, надеясь, что никто не заметил ужаса на его лице. Краем глаза он выискивал, кто же за ним наблюдает и, может быть, даже ждет какой-то реакции, но все, казалось, занимались своими обычными делами и не смотрели на Ника. Хелен зевала, время от времени почесывая затылок. Колин? Читал. Дэн и Алекс перешептывались. Может быть, это их рук дело? Алекс все время смотрит на Ника с демонстративным дружелюбием, но, может быть, он просто так маскируется?

Он снова свернул записку и сунул ее в карман брюк. Итак, рядом с Джеми свободна еще одна кровать. Грязные свиньи. Ведь они тем самым практически признались. Несчастный случай был подстроен, кто-то повредил тормоза Джеми. И все из-за этой дурацкой дрянной игры.

Ник вдруг мгновенно воспылал ко всем остальным такой ненавистью, что охотнее всего сейчас вскочил бы, схватил стул и заехал бы каждому по ушам. Чтобы они поняли, как это приятно — получить черепно-мозговую травму. Он опять глянул на Колина, и в душе сразу же поднялось желание схватить того за горло. Он вскочил.

— Да? — спросил мистер Уотсон. — Что-то случилось, Ник?

Я сейчас сойду с ума.

— Мне нехорошо. Боюсь, кое-что никак не желает перевариваться.

Он был абсолютно уверен, что мистер Уотсон понял скрытый смысл его слов — это ясно читалось по его лицу, но расспрашивать подробнее учитель не стал.

— Тогда, может быть, тебе лучше пойти домой.

— Да. Спасибо.

Нику уже было все равно. Пусть теперь кто угодно думает, что он убежал из школы, испугавшись письма с угрозой, — это не играло никакой роли. Важна была только Эмили. Он должен переговорить с ней, она наверняка еще не настолько увязла в игре, чтобы его аргументы не возымели никакого влияния. Нужно только поделиться с ней теорией о случившемся с Джеми и показать письмо. Прямо сейчас. Немедленно.

Ник достал из сумки мобильник — надо еще раз попытаться позвонить Эмили.

«1 новое сообщение» — увидел он на экране и нажал Прочитать.

Он буквально проглотил сообщение. Затравленно оглянулся и снова посмотрел на экран. Никаких сообщений, никакого MSN — почему? Эмили что-то узнала?

Ник сделал глубокий вдох и попытался разобраться в своих мыслях. Все-таки SMS читалась так, словно Эмили по-прежнему могла здраво рассуждать. И она хочет с ним увидеться! Но до четырех еще почти три часа. Он понятия не имел, хватит ли ему терпения выдержать так долго.

В конце концов он использовал это время, чтобы убедиться, что никто за ним не следит. Еще ни один человек на свете ни разу в жизни не добирался до Кроумер-стрит такими окольными путями и не пересаживался так часто с одной линии метро на другую.

Перед домом номер 32 стоял очень странный парень: огненно-рыжая борода, огненно-рыжие длинные волосы. И борода, и волосы заплетены. Должно быть, он дожидался именно Ника, поскольку подошел, едва завидев его.

— Ты Ник, верно? Леди тебя хорошо описала. Я Спиди. Пойдем.

Он повел Ника по узкой лестнице на второй этаж дома, где открыл деревянную, выкрашенную в зеленый цвет дверь.

— Заходи. Кола, пиво или «Женьшень Улун»? [23] Виктор утверждает, что чай полезен для мыслительной деятельности. А уж у него-то мозг постоянно работает.

Ник, еще не успевший ничего сказать, а только мельком поздоровавшийся с незнакомцем, попросил стакан воды. С какой стати Эмили его сюда позвала? Сама она тоже тут?

Он проследовал за Спиди через кухню, набитую всякой всячиной, и очутился в огромной комнате, наполненной многоголосым гудением. Ник насчитал двенадцать компьютеров, не говоря уж о ноутбуке Эмили. Девушка сидела в нише у окна, с наушниками на голове, и очень сосредоточенно смотрела в экран.

— Лучше не мешать, — сказал Спиди. — Тут прямо с ума сойти что творится. Пошли, я познакомлю тебя с Виктором.