Чтение онлайн

Предлогом для конфискации мог послужить тот факт, что Кортес не передал короне пятой части своей добычи, — и это истинная правда. К тому же Кортес не сомневался, что инквизиция, с которой у семьи Веласкеса де Куэльяра были давние связи, почти наверняка объявит его еретиком.

Кортес был уверен, что его не только отзовут в Испанию, чтобы он предстал перед инквизиторами, но почти наверняка сожгут на костре. У него оставалась лишь одна возможность избежать столь мрачной участи — сделать так, чтобы огромное сокровище исчезло.

Именно с такими мыслями Кортес собрал свою добычу и отправил все в джунгли с францисканским монахом, приказав ему спрятать золото и самоцветы до тех пор, пока Кортес не получит политические гарантии безопасности. Монах Херонимо прекрасно подходил для такой работы: корабль с Херонимо на борту разбился у побережья Юкатана несколько лет назад, и теперь он свободно говорил на языке майя и хорошо знал их обычаи.

Согласно Кодексу, у него на примете имелось отличное место, где можно было спрятать золото: заросший, затерянный в джунглях храм. Поразительно, но в Кодексе приводилось точное описание местонахождения храма, и уже через неделю после того, как пергамент попал к ним в руки, Финн и Билли знали, где искать сокровища.

В отличие от Кортеса Финн и Билли были готовы поделиться сведениями о своем открытии с правительством Мексики, но присутствие «доктора» Гарсы и его людей заставляло ее задавать себе неприятные вопросы. Наверняка за происходящим крылось что-то еще. Гарса объяснил тяжелое вооружение своих людей возможной встречей с кокаинистами и мятежниками, но Финн ему не поверила. Конечно, Юкатан опасное место, но джунгли, по которым им предстояло совершить путешествие, едва ли подходили для выращивания опиумного мака, а опасность встречи с мифическими мятежниками и вовсе казалась надуманной.

Финн посмотрела на наручные часы. Почти три тридцать; если она в самое ближайшее время не ляжет спать, то горько об этом пожалеет. Она огляделась по сторонам. Люди Гарсы не особенно заботились о несении караульной службы, хотя считалось, что они должны охранять ее, Эли, Гвидо и Билли. Они заняли дальнюю часть поляны, где расставили маленькие нейлоновые палатки с москитными сетками и, как показалось Финн, все шестеро благополучно улеглись спать.

Уловив у себя за спиной тихий шорох, она быстро обернулась, сердце отчаянно забилось у нее в груди. Она слишком долго смотрела в костер и теперь плохо видела в темноте. Финн встала, напряженно вглядываясь в джунгли, и снова услышала слабый шум, но теперь уже ближе. Кто-то легко прикоснулся к ее плечу, и она подскочила на месте, с трудом сдержав крик.

— Из тебя получился неважный сторожевой пес, — с улыбкой сказал ее друг. — С тем же успехом это могло быть стадо слонов.

— В Мексике нет слонов, — возразила Финн. — А зачем ты подкрадываешься ко мне посреди ночи?

— Уже раннее утро, и я не подкрадываюсь, а разнюхиваю.

Билли опустился на корточки возле костра. Финн присела рядом.

— Что же ты пытался разнюхать? — тихонько поинтересовалась она.

— Хотел узнать, что происходит во вражеском лагере, — ответил Билли.

— В каком еще вражеском лагере? — спросила Финн.

— Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю, — фыркнул Билли. — Доктор Локо [70] вызывает у тебя не меньше подозрений, чем у меня, и не вздумай это отрицать.

— Что ты рассчитывал узнать?

— Меня интересовали любые сведения.

— И что ты нашел? — спросила Финн.

Билли вытащил из нагрудного кармана легкой рубашки военного образца маленький необычный предмет и протянул его Финн. Предмет был сделан из пластика, на обратной стороне имелся зажим, а передняя часть состояла из монитора размером два на один дюйм.

На оборотной стороне было написано, что прибор сделан в Американском тихоокеанском ядерном центре Конкорд, штат Калифорния. Финн прекрасно знала, для чего предназначен этот прибор; она сама его носила, когда училась в аспирантуре и занималась физической антропологией.

— Тебе известно, что это такое? — спросил Билли.

— Термолюминесцентный дозиметр, — ответила она. — Он измеряет радиацию.

— У каждого из парней Гарсы в рюкзаке есть такой прибор.

— Зачем они им? — спросила Финн.

— У меня возник тот же вопрос, — пробормотал Билли.

Внезапно он вскрикнул и вскочил на ноги.

— Что такое?

Билли наклонился, приподнял брючину, схватил что-то и раздавил между пальцами.

— Проклятье! — прорычал его светлость. — Что за мерзость? — Он поднес раздавленное существо к огню.

Насекомое было длиной в два дюйма и походило на огромную черно-красную осу без крыльев, со здоровенными челюстями и жутким жалом в конце сегментированного туловища. Билли со стоном опустился на землю.

— Моя нога!

— Paraponeraclavata! — тут же выдала Финн. — Тропический муравей, — пояснила она, явно напуганная.

В прошлом, когда она путешествовала вместе с родителями, ей доводилось видеть это насекомое, но такие крупные экземпляры не попадались. Она засунула найденный Билли прибор в карман джинсов, подошла к своему рюкзаку и принялась в нем рыться.

— Что ты ищешь? — со стоном спросил Билли, продолжая сжимать ногу.

Его лодыжка начала распухать, на лбу выступил обильный пот. Билли сильно побледнел.

— Бенадрил! — ответила Финн. — Антигистаминный препарат. Он снимет боль!

— Поспеши! — простонал Билли.

Потом он начал кричать. Ад явился к нему на шести ногах.

Финн нашла упаковку бенадрила, вынула из фольги две капсулы и засунула их Билли под язык. Он почти полностью потерял контроль над своим телом и лежал, свернувшись калачиком. Его била дрожь, все лицо было залито потом.

Финн отвернулась от него, подхватила груду хвороста и бросила в затухающий костер. Пламя с ревом взметнулось ввысь, озаряя ужасную картину вокруг.