Эртэ
Шрифт:
— Я подумал наоборот… — пробормотал паренёк, искоса глянув на доктора.
— Поэтому твоя пощёчина, тоже, как нельзя кстати, возвестила о том, что с тобой всё в порядке. А мне напомнила, что жизнь всё ещё продолжается. — невесело улыбнулся доктор. И помолчав, грустно добавил:
— Первую пощечину я получил от девушки, которая затем стала моей женой…
— Представляю как это приятно… — вновь повторил паренек, но увидев как ещё больше помрачнел мужчина, замолчал, благоразумно уставившись на свои маленькие сапожки, прекрасно пошитые и красиво облегающие его ноги. На каждом голенище болтался маленький серебряный колокольчик, который при малейшем движении паренька тихонько и нежно позванивал.
— С какой стати….-подозрительно прищурился доктор, глядя на колокольчики. — С какой стати, и откуда, здесь находится это женоподобное существо? Кто его звал? Этого недомерка.
— Вы это обо мне? — отозвался паренёк, но тут-же замолчал, благоразумно отведя в сторону глаза, иначе он мог удостоиться самого свирепого взгляда, коим мог обладать доктор в минуты своего наивысшего гнева…
— Не знаю как тебе, но мне пора идти! — мужчина поднялся с песка и, кивнув на свежевспаханный след на куче песка, мрачно произнёс:- Так могут приземляться только земляне.
— Вы кого-то ждёте? — паренёк, вскочив, торопливо стал счищать с брюк сырой песок, не поднимая головы даже тогда, когда мужчина тихо произносит, чеканя слова:
— Я никого не жду…Никого, и уже ничего!
Наклонившись, он поднимает с песка длинную заострённую палку, которую внимательно начинает разглядывать.
— Это твоя? — наконец спрашивает он, протягивая пареньку палку.
Но паренёк не отвечая, продолжает чистить брюки.
— Твоя? — суровый оклик заставляет паренька торопливо ответить:
— Ну, моя! А что? Я её нашёл… неподалёку…в лесу!
— Это похоже на копье… Я его видел… и видел не раз…Вот только где? — в раздумье произнёс мужчина, уставившись на палку, с первого взгляда ничем особым не отличаясь от множества других, валявшихся на поляне.
Взглянув на солнце, огромным неподвижным шаром повисшим у него за спиной, он произнёс:
— Странно? Уже вовсю день, но ведь только что была ночь? Ночь прошла…
Вдруг неимоверная боль отразилась на его лице. Он застонал, и выпустил из своих рук копье, которое упало на песок, но тут-же было подхвачено пареньком. Прижав к лицу ладони, мужчина вновь застонал, словно от какой-то внутренней и сильной боли, Но тут-же, как-будто устыдившись проявления своей тайной слабости, развернулся и торопливо зашагал по берегу, не обращая внимания на то, что паренёк почти бежит следом за ним, с трудом волоча по песку эту тяжелую палку, или быть может в самом деле боевое копьё древнего воина, хотя вскоре он всё-же его потерял, или просто где оставил.
Они шли долго. Мужчина, торопливо шагал по песку, почти по щиколотку проваливаясь в сырой песок, и словно не замечая, что следом за ним, стараясь не отстать, бредёт паренёк в своём живописном, и даже чем-то модном костюме…
Мужчина торопился. Странно, но откуда-то он знал, что сегодня ему нужно попасть к Лесу. А ещё он знает, что это солнце, которое неподвижно висит над головой и напоминает собой раскалённую сковородку, вовсе не солнце, а огромная лампа, которая вот-вот может погаснуть… И тогда черные краски вновь поглотят мир… Одно радует и утешает, что не навсегда!
Темнота наступила неожиданно. Мгновенно погасла раскалённая сковорода, и в черноту погрузилось всё вокруг: лес, деревья у реки, сама река и огромная гора, вдруг неожиданно показавшаяся из-за леса. Паренёк уже давно отстал. Значит, так надо…
— Чёрт! — споткнувшись о корягу, доктор с удовольствием выругался. — Ни зги кругом. Словно выключатель выключили, или лампа перегорела. Не мудрено ноги переломать…
— Эй…эй… подождите! — донёсся до мужчины слабый, приглушенный голос. — Не уходите…пожалуйста…
— Это ты, недомерок? — Сергей Викторович едва узнал свой собственный голос и внутренне этому поразился и даже слегка рассмешил и озадачил. Этот грубый голос не его, а какого-то воина, прошагавшего не одну сотню километров. Хриплый, суровый, насмешливый. — Ты что-же, в самом деле решил следовать за мной по пятам? Учти, я не нянька, у меня своих нерешённых проблем больше чем у кого либо, и мне лишний хвост ни к чему… так что давай… топай мимо…
— Я…я… я не могу! — слабый голосок паренька, чуть слышимый в темноте, вызывает лишь презрение и непонятное раздражение, а ещё он вызывает чувство жалости и даже странное чувство ответственности за это женоподобное существо. Всё это так ново и непривычно, и непонятно…
— Эй ты, недомерок, ты всё ещё здесь? — злясь на самого себя, крикнул доктор.
С какой стати он должен переживать за этого парня. Он будет только его задерживать, это так понятно. Но бросить почти одного этого паренька, ещё по сути дела ребёнка, и здесь в лесу, это ли не кощунство…
Хотя, если мальчишка сильный, он выживет, как произошло когда-то с ним в детстве. Много лет тому назад, когда однажды в один из слабоморозных октябрьских дней в лесу нашли десятилетнего полузамёрзшего мальчика. Это был он!
Ему очень повезло, что убежав в лес от важных и злых взрослых из комиссии по делам ребёнка, явившихся за ним, он не замёрз под ёлкой, а провалился в глубокий тайник с древним оружием, и ему помогло выбраться из тайника палка- копьё, почти такое-же как это… Он так и ушёл с ним в лес. Потом он забрёл в топкое болото и там копьё ему опять помогло, когда он уже почти провалился в зыбкую трясину. Оно спасло его даже тогда, когда однажды, покинув своих приемных родителей, он отправился в город, где принял участие в конкурсе рыцарей…Но это…это история совсем другая, из другого времени, а может просто выдуманная им, или прочитанная из исторических книг. Но его тогда заметили и приняли в королевское войско, он поселился в королевских казармах… или нет, он поселился… в детском доме, с которым через пару лет расстался без особого сожаления навсегда…
Можно подумать, что это полная чушь, но на самом деле, всё это настоящая правда. Ему было тогда почти столько же лет, сколько этому пареньку… Он был молод и силён. Ему под силу было перевернуть весь мир… Эк, замахнулся! Весь мир не надо, себя измени… Именно так сказал бы ему дед Евсей, если бы был жив…
Да что это с ним? О чем он думает? О чём угодно, но не о мальчишке, которому нужна помощь! Да-да, его помощь! Но тогда, при чем здесь все эти непонятные ему видения и воспоминания… Они лишь тормозят время…