Чтение онлайн

– Да, она может заметить, что начался пожар. Но, скорее всего, закончит главу, а уж потом займется тушением огня.

Карр поерзал на водительском сиденье.

– Давно вы с ней виделись?

– В эту субботу. На моей свадьбе.

– И все-таки я полагаю, что она, без специального образования, выбрала нелегкую профессию, чтобы заработать на кусок хлеба себе и вам...

– Я это ценю, – Флетч бросил книжку на приборный щиток. – У нас состоялся долгий разговор. Я-таки заставил ее рассказать мне об отце. Его письмо побудило меня на решительные действия.

– Я вижу, – Карр откашлялся. – И что она вам сказала?

– Сказала, что любила его. Его исчезновение оставило ее в состоянии постоянного шока. С тех пор она пыталась разрешить эту загадку.

– Может, уровень писателя определяется универсальностью загадки, ответ на которую он ищет.

Флетч вытаращился на Карра.

– У пилота есть время поразмышлять, – продолжил Карр, словно объясняя предыдущую фразу. – Он постоянно витает в облаках. Почему человеческая жизнь принимает такие формы? Семья, друзья... Что это за институты, которые люди продолжают создавать, уничтожать, восстанавливать? Религии, нации, семьи, деловые предприятия, клубы... Для чего они? Жизнь уникальна, так как же может один человек сознательно отобрать ее у другого, какой бы ни была цель?

– Моя мать зарабатывала на жизнь детективными романами. В этом нет ничего загадочного. Они попали в пробку.

– Кто мы? – гнул свое Карр.

– Мы – загадки, ждущие, когда же на них найдут ответ.

– Вижу, вы уловили суть, – пальцы Карра выбили какую-то мелодию на руле. – Нельзя не задать себе такого вопроса, – машины медленно двинулись. – Странно, конечно, что ваша мать ничего не рассказывала вам об отце.

– Все эти годы она не знала наверняка жив он или мертв.

– Но она объявила его мертвым?

– Ей пришлось так поступить, чтобы продолжать жить.

– И вы думали, что он умер.

– Дети верят тому, что им говорят. Если суд объявляет: «Твой отец мертв», – ребенку остается только согласно кивнуть: «Хорошо. Мой отец мертв. А что будет на ленч?»

– И что было на ленч?

– Обычно вопрос: «Как будет по буквам hors d'oeuvres <Закуска (франц.)>?» Моя мать не могла написать правильно hors d'oeuvres. Но, как ни странно, продолжала подавать их на стол в своих книгах.

– То есть для вас происшедшее оказалось полным сюрпризом?

– Поначалу непривычно не иметь отца. Потом, однако, с этим свыкаешься.

– А тут кто-то приходит и говорит: «А вот и папуля!»

– Так где папуля?

Карр резко вывернул руль, обгоняя идущий впереди грузовик.

– Уолтер Флетчер крепко напортачил.

– Она также сказала мне, что предпочитала не говорить мне об Уолтере, потому что Уолтер, отсутствуя, не мог защитить себя.

Карр присвистнул.

– Благородная дама.

– Иногда любые новости лучше, чем отсутствие новостей.

– Я в этом не уверен, – Карр свернул к аэропорту. – Барбара, пожалуй, не будет жалеть о том, что не полетела с нами. Небо в сплошных облаках, так что зеленые холмы Африки мы не увидим. А она отдохнет у бассейна, пусть и не загорит. Ваша компания мне нравится. По крайней мере, я могу не беспокоиться, что вы уведете у меня «Убийство в шуме прибоя» до того, как я прочту книгу.

– Карр! – Флетч забарабанил кулаком по плечу пилота. Карр сдвинул шлемофон с правого уха. – Там тело. Мужчина лежит на земле.

Карр перегнулся через Флетча, чтобы посмотреть в правый иллюминатор. Качнул крылом, чтобы увеличить сектор обзора.

– Вы правы, – обнаженный мужчина лежал на боку, на открытом месте, вдали от леса. – А я-то думал, с чего здесь стервятники?

Парящие в небе птицы привлекли внимание Флетча к лежащему на земле человеку.

Они летели уже два часа, держа курс на северо-запад, над Белыми горами, восточной частью озера Найваша. Посмотрев вниз, Флетч увидел огромный белокаменный дворец Джинна, возвышающийся у самой кромки воды.

Карр указал ему на гигантскую впадину, рассекающую плоскогорье, называющуюся Рифтовой долиной <Другое название рифт Грегори, меридиональная ветвь тектонических разломов.>.

– Говорят, что недалек час, когда воды Красного моря докатятся до нас по этой долине, – прокричал он, перекрывая шум мотора. – Надеюсь, что в тот день я буду в болотных сапогах.

Сверившись с картой, лежащей у него на коленях, Флетч определил, что они находятся к востоку от хребта Лойчангамата. Внизу он не обнаружил ни одной деревни.

Ученый, которого они везли на озеро Туркана, доктор Маккой, устроился на заднем сиденье. Небольшого росточка, совершенно незагорелый, с неестественно белой кожей, в костюме из легкой шерстяной ткани, широкополой шляпе, сапогах, он постоянно кашлял и часто отхаркивался в носовой платок. Он не спросил, с какой стати в зафрахтованном им самолете оказался еще один пассажир. Он вообще ни о чем не спрашивал и говорил очень мало.

Карр развернул самолет, спустился пониже. Флетч тем временем указал доктору Маккою на лежащее на земле тело.

– Он мертв? – спросил Карра Флетч.

– Посмотрите на гиен, – Карр не отрывал рук от штурвала, поскольку разворачивал самолет на очередной круг. – Они стоят и ждут. А стервятники ждут гиен.

Карр уже вел самолет на посадку.

– Оставьте его, – неожиданно воскликнул доктор Маккой.

Карр изумленно повернулся к нему

– Его бросили здесь умирать, – пояснил ученый.

– А, столкновение европейской и африканской культур, – Карр смотрел прямо перед собой. – Он – антрополог, – последнее относилось к мистеру Маккою – Полагаю, он прав.