Чтение онлайн

После того как «генеральный план» получил под сильным нажимом со стороны США обоснование в виде интервенционистской резолюции, принятой X Межамериканской конференцией [«Стратегия США в Каракасе,— писала одна американская газета,— состояла в том, чтобы как можно больше изолировать Гватемалу от остальных стран континента и создать условия, при которых позднее могли бы быть предприняты более решительные действия» 10»], он стал осуществляться форсированными темпами. Бывший сотрудник Управления тайных операций ЦРУ Дэвид Филлипс, непосредственный участник многих закулисных махинаций, связанных с вмешательством США во внутренние дела стран Латинской Америки, утверждает, что в мартовские дни 1954 г. он в соответствии с предписанием центра вылетел из Чили. В аэропорту Майами его встретил представитель ЦРУ (в своих мемуарах он выводит его под условным именем Брэд) и сообщил, что ему надлежит задержаться во Флориде. В ответ на вопрос Филлипса, что конкретно его ожидает, Брэд предложил запастись терпением — скоро он узнает об этом «из первых рук». Тем временем Брэд свел его с офицером контрразведки, который снабдил Филлипса фиктивными документами, изготовленными ЦРУ на чужое имя. Затем, дав несколько общих советов на время пребывания во Флориде, Брэд доставил его на конспиративную квартиру, расположенную к северу от Майами. Здесь Филлипсу сообщили, что все необходимые инструкции, связанные с его новым назначением, он получит непосредственно от представителей штаб-квартиры ЦРУ, приезд которых ожидается со дня на день. Одним из них будет старший офицер Управления тайных операций ЦРУ Трэйси Барнс, к тому времени уже достаточно известный специалист в своей области.

Встреча, которую так ждал Филлипс, состоялась на следующий день. Трэйси Барнс был первым высокопоставленным должностным лицом ЦРУ, с которым Филлипсу пришлось иметь дело. Ему было известно, что Барнс получил юридическое образование в Гарвардском и Йельском университетах. Находясь во время войны на службе в армейской разведке, он дважды выполнял задания в тылу врага, а будучи в Швейцарии, активно сотрудничал с Алленом Даллесом, тогдашним руководителем Европейского филиала УСС. На встрече с Барнсом присутствовал также уже упоминавшийся Говард Хант, выступавший в роли помощника Барнса.

Как бы угадывая ход мыслей Филлипса, Трэйси Барнс начал беседу словами: «На этот раз — Гватемала. Правительство Арбенса катастрофически скатывается влево. Его Гватемальская партия труда насчитывает уже две тысячи дисциплинированных членов и имеет весьма решительное марксистское руководство».

В ответ на вставленное Филлипсом замечание, что «хотя рабочие организации и могут подчас играть достаточно важную роль, тем не менее в условиях Латинской Америки в конечном счете все решает армия», Барнс продолжал: «Так вот именно об армии и идет речь. Ее рядовой личный состав в своей массе индифферентен. Что касается старших офицеров, то многие из них на стороне президента. За исключением нескольких. Один из них — это полковник Карлос Кастильо Армас, недавно бежавший из заключения, которое отбывал в гватемальской тюрьме. Сейчас он сколачивает антикоммунистическое сопротивление правительству Арбенса и вторгнется в страну, как только у него будет достаточно солдат и вооружения».

«Думаю, что ему помогут в этом»,— вставил Филлипс.

«Безусловно,— заявил Барнс.— Поэтому мы с вами и находимся здесь...» 11

Филлипс писал свои мемуары в период, когда конгресс, вынужденный считаться с требованием американской и мировой общественности, подверг официальному расследованию некоторые тайные операции ЦРУ, связанные с вмешательством во внутренние дела других государств. Неудивительно поэтому, что автор пытается так или иначе выставить себя в лучшем свете. Например, продолжая рассказ о встрече с Трэйси Барнсом и Говардом Хантом, Филлипс представляет дело таким образом, будто он уже тогда усомнился в законности действий ЦРУ, замышлявшего свержение Арбенса.

«Я по-прежнему не уверен в том, что мы имеем право вмешиваться. Почему ЦРУ занимается этим делом?» — еще не раз на страницах книги процитирует сам себя Филлипс.

Как утверждает автор мемуаров, со стороны Барнса не было предложено тогда убедительного объяснения. Он апеллировал к уставу ЦРУ, утвержденному президентом Г. Трумэном в 1947 г. при его создании. Хотя в уставе, достаточно четко определяющем задачи ЦРУ (сбор, сопоставление и оценка разведывательных данных), прямо об этом ничего не говорится, заметил Барнс, он тем не менее дает широко толкуемые рекомендации выполнять всякие другие функции и поручения, время от времени вменяемые ему в обязанность Советом национальной безопасности и лично президентом. «В данном случае мы,— заключил Барнс,— и выполняем одно из таких заданий. Если быть более точным, распоряжение приступить к выполнению операции в Гватемале исходило от самого президента Эйзенхауэра. Он приказал нам помочь гватемальцам, которые недовольны Арбенсом» 12.

Барнс извинился — ему пора было возвращаться в Вашингтон. Все дальнейшие инструкции Филлипс получит от его помощника — Говарда Ханта. Сам же Барнс в качестве политического советника будет постоянно курсировать между Вашингтоном, Флоридой и Центральной Америкой.

Говард Хант слыл знатоком Гватемалы. Бывший сотрудник УСС, он был решительным сторонником использования нелегальных каналов для ведения направляемой Соединенными Штатами пропаганды, преследующей цель дезориентировать общественное мнение и изолировать Гватемалу, тем более что в тех условиях такого рода пропаганду невозможно было вести открыто. Он считал, что официальные ведомства — госдепартамент и Информационное агентство — следует привлекать для этого только в тех случаях, когда нельзя ограничиться одними тайными каналами.

В соответствии с планами ЦРУ и по согласованию с правительством Гондураса эта страна должна была приютить подпольную радиостанцию мятежников, перед которой стояла задача создать видимость вещания из Гватемалы. Технический персонал, дикторов и авторов радиопередач набрали в Гватемале. Прежде чем отбыть в страну назначения, всем им предстояло разработать детальную программу своей деятельности. В Гондурасе в это время уже монтировали мощный передатчик. Роль советника на радиостанции отводилась Филлипсу.

Чтобы ознакомиться с обстановкой на месте, собрать необходимые сведения об обычаях этой страны, ее народе и, самое главное, о политических настроениях населения, Филлипсу разрешили совершить поездку в Гватемалу. «Одна- единственная ошибка в радиопередаче, малейшая погрешность,— напутствовал Брэд Филлипса,— приведут к тому, что слушателей будет трудно убедить, будто радиостанция находится на территории Гватемалы».

Сопровождал Филлипса в этой поездке «один из самых опытных офицеров ЦРУ» под именем Петер [Несколько лет спустя Петер был в числе организаторов тайных операций ЦРУ в Юго-Восточной Азии]. В отличие от большинства сотрудников ЦРУ, работающих за границей под прикрытием дипломатических, торговых и других представительств США, Петер был нелегалом, отличавшимся высоким профессионализмом. Он был из немцев, говорил с легким немецким акцентом, в годы войны действовал по заданию разведки в Германии. Вспоминая полтора десятка лет спустя об этой поездке в Гватемалу, Филлипс писал, что Петер «провел меня через все подводные камни, которые подстерегают оперативника-нелегала, путешествующего за границей с фальшивыми документами. Жить двойной жизнью, чувствовать раздвоение личности становилось мне все легче».

Вернуться Филлипсу предстояло через Вашингтон. Этой его разведывательной миссии, как и в целом его роли в гватемальских событиях, придавалось столь важное значение, что с ним пожелали встретиться руководители ЦРУ. Непосредственным оперативным начальником Филлипса был Брэд, за ним шел Дж. С. Кинг, руководитель латиноамериканского отдела ЦРУ, затем — Трэйси Барнс, над которым стояли Фрэнк Уизнер, Ричард Биссел и, наконец, Аллен Даллес. Все они сочли нужным дать свои советы Филлипсу.

Вскоре после возвращения Филлипса во Флориду неподалеку от Майами, в доме, служившем конспиративной квартирой ЦРУ, собрались организаторы «операции Гватемала» и девять гватемальцев, которые должны были вести подпольное радиовещание. Трем из них предстояло возглавить группу, призванную развернуть открыто враждебную Гватемале пропагандистскую кампанию. Для встречи с ними специально прилетел Говард Хант.

В конце апреля 1954 г. группа отправилась в Центральную Америку готовиться к «психологической войне» против демократических сил Гватемалы. Филлипс был приставлен к ним в качестве наблюдателя и советника.

За несколько дней до начала первого подпольного вещания руководители группы, охарактеризовав ее участникам контингент будущих слушателей передач, сформулировали ее задачи. Ставка делалась на то, чтобы «запугать» тех, кто симпатизирует правительству Арбенса, и повлиять на так называемых нейтральных и колеблющихся, которых в силу их недостаточной осведомленности можно попытаться склонить на сторону тех, кто твердо выступает против социально-экономических преобразований в стране. «Наша основная цель — добиться правдоподобия. Мы начнем с большой лжи — заявим, будто вещаем с территории Гватемалы. Такая мистика абсолютно необходима. При этом мы должны тщательно избегать утверждений, которые легко опровергнуть». Предлагалось строго дифференцировать выпуски с учетом особенностей каждой группы слушателей, быть готовыми сообщить им в нужное время, каких действий от них ждут, чтобы исключить возможность преждевременных выступлений, и, наконец, придать самим передачам наступательный характер.