Чтение онлайн

Первое нападение американских бомбардировщиков В-26 на аэродромы Кубы и городские кварталы Гаваны, Сантьяго и Сан-Антонио-де-лос-Баньос, совершенное 15 апреля, было признано руководителями ЦРУ успешным [Вечером того же дня Сан Роман получил телеграмму от Бендера, в которой тот, чтобы, очевидно, не деморализовать наемников, сообщал, что «воздушный налет успешно завершился и авиация противника выведена из строя»]. Началась подготовка к следующему налету. Но в действительности налет на аэродромы Кубы причинил незначительный ущерб. Слабая эффективность действий авиации наемников объяснялась тем, что командование Революционной армии заранее перебазировало большую часть самолетов на запасные аэродромы.

Не все развивалось и далее так, как предусматривало ЦРУ. Отвлекающий маневр не прошел: группе Нино Диаса так и не удалось высадиться в районе провинции Орьенте, и она вернулась ни с чем. Два самолета В-26 после первого налета на Кубу 15 апреля приземлились, как и планировалось, в Ки-Уэсте и в Майами. Пилотировавшие их летчики заявили, что они якобы дезертировали из кубинских ВВС. Однако задуманный ход, который должен был сгладить впечатление, произведенное на мировую общественность бомбардировкой, и «свести до минимума шум в прессе», не удался, механизм дезинформации не сработал. Соединенные Штаты подверглись в ООН осуждению, их обвинили в причастности к анти- кубинской акции. Министр иностранных дел Кубы Рауль Роа, разоблачив обманный маневр, заявил на заседании специального политического комитета ООН в Нью-Йорке: «Я обвиняю правительство США перед лицом мировой общественности в том, что оно развязало войну против Кубы для того, чтобы вновь завладеть ее богатствами, вновь превратить Кубу в своего сателлита». Участие США в этой авантюре выявлялось все больше и больше, особенно после того, как начала рушиться разработанная ЦРУ «легенда» Суниги.

«Я смотрел по телевизору выступление министра иностранных дел Кубы Рауля Роа в ООН в Нью-Йорке, в котором он разоблачал наш обманный маневр,— пишет в своей книге «Ночная вахта» Дэвид Филлипс,— Затем на трибуну поднялся Эдлай Стивенсон и стал опровергать заявление кубинца. В своих возражениях Раулю Роа бывший кандидат на пост президента был красноречив и эмоционален. Стараясь доказать, что предательство действительно имело место в ВВС Кастро, он демонстрировал перед телевизионными камерами помещенные на первых страницах газет фотографии самолета кубинских эмигрантов, приземлившегося в Майами. Эдлай Стивенсон, подумал я, прекрасный актер: мало кто умеет так убедительно лгать».

Несмотря на первые неудачи, Кеннеди не отменил план вторжения в целом, и события продолжали развиваться в намеченной ЦРУ последовательности. Флот вторжения, состоявший из судов «Хьюстон», «Лейк-Чарльз», «Рио-Эскондидо», «Карибе», «Атлантико» и двух десантных барж, эскортируемый двумя американскими миноносцами, приближался к берегам Кубы. В операции принимали участие и другие суда военно-морского флота США. По приказу адмирала Бэрка у берегов Кубы еще с начала апреля патрулировали военные корабли Атлантического флота, на которых в полной боевой готовности находился батальон американской морской пехоты. Словом, ЦРУ и Пентагон сделали все необходимое для того, чтобы в нужный момент поддержать наемников участием в операции вооруженных сил США.

Тем временем Бисселу позвонил помощник президента Макджордж Банди и сообщил, что в связи с усиливающимися протестами в ООН президент принял решение отменить второй налет военно-воздушных сил, приданных «кубинской бригаде».

Генерал Кэйбелл, исполнявший в тот вечер обязанности директора ЦРУ, отправился вместе с Ричардом Бисселом в госдепартамент, чтобы убедить государственного секретаря Раска в том, что удар с воздуха «по оставшимся самолетам» Кастро абсолютно необходим. Государственный секретарь подтвердил решение Кеннеди об отмене второго налета и посоветовал Кэйбеллу обратиться непосредственно к президенту, который находился в своем загородном доме. Кэйбелл счел такой шаг бесполезным. Он вернулся в штаб, связался с комитетом начальников штабов и спросил, что могут предпринять регулярные войска для оказания помощи. Бомбардировщики В-26 уже не могли обеспечить авиационное прикрытие при высадке на побережье, так как находились в нескольких часах лета, в Никарагуа. Тогда было решено держать поблизости от залива Кочинос авианосец ВМС США «Боксер»; даже если его самолеты нельзя будет использовать, он все-таки окажет на участников операции определенное психологическое воздействие.

Имелся и так называемый резервный план на случай, если высадка в последнюю минуту будет отменена. Однако организаторы вторжения были глубоко убеждены, что отмена операции по каким-либо причинам приведет к тому, что «кубинская бригада» начнет действовать самостоятельно или взбунтуется, а это создаст переполох, который явится гораздо более опасным для США, чем провал операции, и поэтому, хотя многие уже не верили в возможность успеха этой акции, было решено действовать.

Оценивая ход высадки «кубинской бригады», Киркпатрик считает, что с точки зрения военной первый этап операции прошел успешно [Другие американские авторы не разделяют этого мнения. Так, Э. Талли, говоря о различном отношении к этим событиям со стороны представителей официальных кругов. Вашингтона, пишет, что они были «согласны друг с другом в одном: высадка в апреле 1961 г. в Бухте свиней (т. е. в заливе Кочинос.— Ф. С.) на Кубе была одной из самых скверно подготовленных и бездарно осуществленных военных авантюр в истории» 10].

Первые десантные группы с кораблей высадились на побережье ночью. Лишь к рассвету 17 апреля основным силам бригады удалось закончить высадку. Сотни наемников рассыпались по берегу. Они двинулись вперед... и совершенно неожиданно натолкнулись на подразделения народной милиции (в районе Плая-Хирон находился отряд милиции численностью около 100 человек), которые оказали интервентам упорнейшее сопротивление, стараясь во что бы то ни стало сдержать их продвижение в глубь страны и выиграть время для подхода сил революционной армии. Каждый метр земли наемникам приходилось брать с боя. Однако их численный перевес (как потом стало известно, число высадившихся контрреволюционеров составляло 1300 человек) в конце концов не мог не сказаться.

С рассветом американские транспортные самолеты С-46 начали выброску парашютных десантов на дорогах, идущих через болота. Однако к тому времени передовые отряды интервентов, высадившиеся с моря, все еще находились от них на значительном расстоянии. Между парашютистами и основными силами наемников оказались отряды народной милиции, которые в условиях окружения продолжали мужественную борьбу.

К 6 час. 25 мин. утра 17 апреля залив Кочинос представлял собой необычное зрелище. Неподалеку от берега виднелись черно-зеленые громады кораблей и крупных десантных барж, на которых все еще находилась часть войск. Между кораблями и полосой прибоя шныряли десантные шлюпки. На берегу складывалось оружие, боеприпасы, снаряжение. К месту высадки было доставлено такое количество оружия, которого хватило бы для оснащения 4 тыс. человек. Передовые колонны интервентов уже успели продвинуться на несколько километров в глубь острова.

Тщательно подготовленное вооруженное нападение на революционную Кубу стало фактом.

Высадившись на берег, бригада наемников повела наступление на трех участках: 3, 4 и 6-й батальоны захватили Плая-Хирон, в северной части залива Кочинос; 2-й батальон оседлал Т-образный перекресток дорог в Плая-Ларга; 1-й батальон парашютистов обосновался в районе Сан-Блас. Часть личного состава 5-го батальона, добиравшаяся до суши лодками, так как транспортное судно не смогло подойти к берегу и было отнесено течением к югу от Плая-Ларга, не сумело соединиться со 2-м батальоном.

Главное командование Революционных вооруженных сил приняло решение: остановить продвижение интервентов по трем шоссейным дорогам, захватить плацдарм у Плая-Ларга и ударами авиации сорвать доставку противником людских резервов и снаряжения по морю, а в дальнейшем, развивая наступление, полностью очистить побережье от наемников. Военно-воздушные и военно-морские силы Кубы атаковали в пунктах высадки суда и войска интервентов. Два транспортных судна были сразу же затоплены. На одном из них находилась большая часть снаряжения наемников, высадившихся на берег. На другом — аппаратура для радиостанции. Остальные суда были отогнаны в море.