Если веришь…
Шрифт:
Смотрю на нее внимательно. Эй, подруга, ты всерьез веришь, будто я сумею отправиться в твой параллельный мир при помощи куска картона? Или будто мне такой же невтерпеж туда попасть? Да на пса оно мне надо, если честно! Мне и тут хорошо. Но не спорить же с безнадежно больным человеком…
Смотрю на картину.
Все та же достоверность качественной фотографии.
Огромный город, вид с крыши какого-то высотного здания. Над городом — буря. Страшенные тучи, просверки молний, стена проливного дождя…
Жуть, одним словом. На стенку в новой квартире не повесишь, там у меня все в пастельных тонах: бежевое, розовое, голубое…
Голову вдруг продергивает раскаленной болью…
… Хлестнуло в лицо неистовым ливнем, слепящим светом полыхнуло по глазам и в тот же миг прокатило по телу громовым ударом страшной мощи. Звук был настолько чудовищен, что воспринимался не ушами, а именно всем телом. Желудок поднесло к горлу, скрутило отвратительной тошнотой, отнимающей последние остатки воли. И ударило отчетливым осознанием — никакой это не полет, а падение…
Город несёт навстречу. Узор пылающих огней, не гаснущих даже в ураган.
Дорей-Шагорра.
Столица проклятого всем Первым миром Черностепья…
Наваждение схлынуло так же внезапно, как и пришло. Мне вдруг отчаянно захотелось убраться из этой комнаты, и вообще из города. Подальше от безумия подруги.
Вдруг еще, не дай Бог, оно заразно!
Нехорошо срывать зло на больном человеке, но не могу удержаться:
— Что, может, привет там кому передать?
Таня пропускает насмешку мимо ушей.
— А передай, — говорит. — Передай! Деборре скажи, что она — скотина. Была скотиной, есть и останется ею до конца времен. Шелсу встретишь, ему вот — спасибо. Помог он мне тогда, я не забыла…
Знакомые имена, все из того же незаконченного романа. Деборра — главная злыдня, Верховный маг Тьмы, Шелсу — это сынок ее, тоже красавец, каких поискать…
— Танька, соображай, что несешь! — не выдерживаю все-таки. — Ты, конечно, хорошие истории придумывала. Но это же все сказки, просто сказки для взрослых, не наигравшихся в детство! Как они могут стать чем-то реальным, с чего?!
— А ты — верь! — с фанатичной убежденностью говорит Таня, взгляд — безумен до предела. — Просто — верь! Если веришь, любая сказка оживет!
Вот уж и впрямь, болен человек на голову, безнадежно болен…
— Да что мы все о магии, будь она неладна! — пытаюсь сменить тему. — Хочешь, я про наших тебе расскажу? Кто сейчас где. Интересно?
— Нет, — мотает головой. — Зачем? Один Ник нормальный да ты еще, а остальных болото этого мира засосало с головой. Им в Междумирье соваться разве только за собственной гибелью…
Морщится, трет виски пальцами.
— Пора на процедуры, — участливо напоминает Маркова.
Таня молча кивает, идет к двери. Санитар тут же пристраивается следом.
— Убери лапы! — злобно шипит на него Таня. — Я сама!
— Таня! — говорю вслед торопливо. — Я к тебе еще приду!
— А зачем? — пожимает плечами, не оборачиваясь. — Все равно опоздаешь…
— Совершенно непредсказуемый человек, — со вздохом говорит доктор Маркова. — Невозможно угадать, что ей в голову взбредет через пару минут…
Достает руку из кармана, показывает мне маленький пистолет с ампулой неприятно-темного цвета:
— Снотворное мгновенного действия. Постоянно с собой ношу. И Сергей тоже. Словами уговорить получается не всегда. А дерется она без правил. На днях углядела магов Тьмы в коридоре. Семь жертв. Слава Богу, хоть без летального исхода…
Киваю. Таня одно время в секцию ходила. Никто и подумать не мог, насколько Танькино увлечение восточными единоборствами осложнит впоследствии жизнь сотрудникам Реабилитационного Центра!
— К ней еще кто-нибудь приходил? — спрашиваю.
— Только вы. И еще военный хирург, Никита Нидлов. Все бросил, из горячей точки примчался. Зато остальные…
Киваю. Ник мне нравился, чего уж там. Но… кем был он, а кем я! Статный парень, каратист, причем за Танькой все время хвостом бегал. А я… Молчала, в общем, как партизан на допросе, иначе засмеяли бы насмерть! Ник первым приложился бы, он насмешник был еще тот.
Был… Пропал без вести полгода назад. Маркова наверняка знает, ишь, смотрит-то как. Нет уж. Это моя боль, никому ее не доверю…
— Послушайте! — вскидываюсь вдруг. — Таня и меня магом Тьмы обозвала! Но душить почему-то не бросилась…
— А маги Тьмы разными бывают! Добрые друзья среди них тоже попадаются.
— Бред! — говорю с чувством.
— Вот-вот, — устало подтверждает доктор Маркова.
— А вы никогда не думали, — говорю нерешительно, — что Таня, может быть, и впрямь…
— Простите, Наталья Сергеевна, вы кто по профессии? — интересуется Маркова.
— Программист, — отвечаю мрачно, уже зная, что за моим ответом последует. — Инженер-наладчик газокомпрессорного оборудования.
— Образованный человек, технарь, — качает головой заведующая. — И такие глупости говорите!
— Да, но… Выдумать целый мир и верить в него с такой маниакальной убежденностью! Воля ваша, что-то тут наверняка есть…
— Воображение, — поджав губы, отвечает Маркова. — Воспаленное воображение, Наталья Сергеевна. И ничего больше. Прошу вас…
Хожу по своей городской квартире. Зацепил меня сегодняшний разговор с подругой детства. Не то слово, как зацепил! А уж картиночка, ею подаренная…