Когда-нибудь, когда меня не будет,Когда я буду в будущем и прошлом(О настоящем я не говорю),Среди стихов прочтут мои стихи.С любым бывает.Я не боюсь воскреснуть, я боюсь,Что будет слишком шумно.Я в жизни так однажды закричал,Что у меня совсем сорвался голос.И что бы я потом ни говорил,Меня перебивали: громче, громче!Когда же голос мой восстановился,Мне все равно внушали и внушали:Повысьте голос!Ну, хорошо, повышу… но и выСлух напрягите. Слушать научитесь.Так вот… стихи. Я их пытался дажеКричать. Но все равно они звучалиКак шум дождя (его не слушать можно),Как снегопад (не слушать можно тоже!),Как разговор не для чужих ушей.1969, 1988
«Грустно, что годы идут…»
Грустно, что годы идутС лицами переселенцев…Я поступлю в институтДля стариков и младенцев.Думаю, примут. С зарейЯ ведь входил в эти росыИ ведь неплохо поройИм отвечал на вопросы.Ель из-под синих бровейОчи совиные вспучит.Бабочка и муравейТоже чему-то научат.Чтобы постигнуть и тутТаинства дня и столетья,Я поступлю в институтШелестов и многоцветья.Я проживу сонмы днейЗанятых или беспечных,Слушая голос корнейТоненьких и бесконечных.И не осудит душа,Что проживу не усталым,Веткой попутной машаЗемлю трясущим составам.Радуясь этой земле,Не понимающей горя,Чтобы однажды во мглеВечность увидеть, как море.Но это так тяжело,Что институт мой — лишь сводыРощи, в которую злоЭти вторгаются годы.О, не минуя и тутНи стариков, ни младенцев —Видишь? — идут и идут…С лицами переселенцев.1988
«Поэзия, одна не знаешь ты…»
Поэзия, одна не знаешь ты,В чем цель твоя конечная… ИначеТы проявила б все свои чертыДавным-давно. И ни одной не пряча.Тебе твердит угрюмо: «Ты не та, —Большой знаток. — Идешь не в ногу с веком!»А ты молчишь, задумавшись спроста:Что происходит с этим человеком?1988
«Весна. Финансовые затруднения…»
Весна. Финансовые затруднения.Черемуха около небосвода.Когда я предчувствовал гул падения,Мне ветку протягивала природа.Все так. Но в воду я тем не менееВсе реже совался, не зная брода…Когда во мне убивали гения,Хорошая, помню, была погода.1988
«На нынешнем витке Истории…»
На нынешнем витке ИсторииНеплохо обратить вниманиеНа две кувшинки в акваторииПруда, лежащего в тумане.На нынешнем витке ИсторииНеплохо нежностью попотчеватьДвух редких бабочек, которыеВитают выше нас и почвы.На нынешнем витке Истории,На улице, на сквозняке…На нынешнем витке Истории,Пульсирующем на виске.<?>
«Рощу и поле дождем замутило…»
Рощу и поле дождем замутило.Помню, какая тоска охватилаОт усложненного эхом гудка,Словно из юности, издалека.Несостоявшееся навалилось,Дробью колесною заколотилось.Что ж мы настолько зависим от них,Этих гудков бесконечно глухих.Словно мы прожили жизнь по мотивамПовести, сложенной локомотивом,Шпалой и рельсом, железом и рвом,А не созвездием и соловьем…Что это, что это было и есть?Это уже бесконечная весть,Это дождя отшумевшего шорохВ листьях и память о тех, о которых…Это закат на пруду и на вербе,Это шампанское марки «ихъ штербе»,Это случайный отъезд на векаБез проводницы и проводника.1989
«Наконец-то я молод…»
Наконец-то я молод,И свободен, и стар…Но в ушах, точно молот,За ударом удар:«Скоро кончится Время,Не твое — вообще!Плыл ли ты на триремеИли брел по шоссе.Оборвется минута,Улетая назад,И обрушится крутоВся История в ад.И начнется без СловаИ без Света — Ничто.Потому что иногоИ не стоил никто…»Что за сон, что за морок?Что за страшная весть?Наконец-то я молод!Наконец-то я есть!Я еще человечностьИ любовь берегу.Эту мертвую вечностьЯ понять не могу.О, когда нас не будетНикогда, никогда —Кто поймет, кто рассудит,Кто помянет тогда?1989
Отрывок
Так звездочет, звездой влекомый,Оказывается ни с чем,Когда его любой знакомыйХватает за рукав: ты с кем?Ему, когда он глаз не сводитС отрады будущей земной,И в голову-то не приходитСпросить, озлясь: а кто со мной?С ним — никого. С ним только вечность.…Ни крыши нет, ни потолка,Ни стен… Он брошен в бесконечность,А там не смотрят свысока.Он в апогее, он в зените,Он в перигее звездных стуж…А что он ест? Повремените!Вы не кормильцы этих душ…Он долго ищет свет в подъезде,Но Вифлеемская звездаСреди нависнувших созвездийЕму мерцает иногда.1989
«Выживаемость нелучших…»
Выживаемость нелучших(Пусть живут) — обычный фон.Жаль отпевших, жаль певучих,В золотой ушедших фонд.Называть имен не стану,Труден перечень такой.Невзначай перо достану.Лист увижу под рукой.Засвечу свечи огарок,Брошу тень на тополя.И услышу шорох галокТам, где спит сыра земля.Но и утром, в клики птичьиВслушиваясь в вешней мгле,Не узнаю, в чьем обличьеХодит небо по земле.Не узнаю, кто вздыхаетИ по ком в последний час,Кто так рано забираетЭтих странников у нас.1989
«Какая осенью младая…»
Какая осенью младаяВ душе тоска!Как колокольчик, дар Валдая,Издалека…Окно от дома до сараяБросало луч.Какая терпкая, сыраяСтояла ночь!И ветер в соснах, беспокоясь:А где вокзал? —Все время наезжал, как поезд,И исчезал.И наступала тут такаяВдруг тишина,Что только бабочка ночнаяБыла слышна.И снова поездом, сосновый,Гул налетал.И юный стих о жизни новойВ душе витал.Но громом в воздухе осеннемВставала тишь.Как перед светопреставленьем,Провалом крыш.И только стих, пока молчалаНочь у крыльца,Все жаждал жизни без началаИ без конца.1989
«Когда цепенел я и маялись кости…»
Когда цепенел я и маялись кости,Желая отмаяться хоть на погосте,Взглянул я глазами в пустые глазницы:Сквозь ночь проходили там звезд вереницы —И встретился взглядом я с тою звездою,Что медленней всех говорила со мною.Я сразу узнал ее между другими,И страшно мне было назвать ее имя.Сказал я: пора уже, Господи-Боже!Пусти меня выше, чем тесное ложе.Уже я сказать ничего не умею.Пусти меня выше, чем то, что имею.Я там еще молод! И небо, и сушуПросил я домой отпустить мою душу.И Бог даровал мне продление жизни,И стих как моленье, и грусть по отчизне.1989