Ева
Шрифт:
билось так, словно готовилось выпрыгнуть.
Аня вернулась довольно быстро - чайник едва успел закипеть. Антон уже приготовил им чашки.
– Тебе как всегда черный, и две ложки сахара?
– Ты запомнил, - улыбнулась она в знак согласия.
– А что тут сложного?
– приятно, конечно, но он не совсем понял, чем заслужил одобрение.
– Ну, Ева по сей момент свято верит в то, что я люблю черный кофе, - ещё шире улыбнулась Аня, и его
сердце пропустило несколько ударов. Он отвернулся, сделав вид, что ищет чай, чтобы скрыть свое смущение.
– Ну, она и нам постоянно кофе делает, хотя я на самом деле люблю черный чай, а Вова - зеленый, - пожал
плечами Антон, старясь не выдать волнения в голосе.
– Да, - в её голосе послышалась улыбка, которую он тут же явственно представил - мягкая, приятная,
завораживающая...
– Иногда мне кажется, что она просто пытается обратить весь мир в свою кофейную веру.
Антон рассмеялся. Она уловила самую суть. Ева действительно кофеман. В этот момент он и решился:
– Аня, скажи, - молодой человек сел напротив неё и подал ей чашку чая.
– У тебя было такое, что тебе очень
сильно нравится человек, и ты не знаешь, как ему в этом признаться?
– Ты не поверишь, но со мной это случилось совсем недавно, - краешком губ усмехнулась она.
Эти слова прозвучали для него как приговор. Значит, ей кто-то нравится... Его чувства так и останутся
безответными. Сердце с глухим стуком колотилось о ребра. Мир замер, а он словно окунулся в пустоту... Вот оно
значит как, когда твое сердце разбито. Откуда-то со стороны пришло осознание, что молчание затягивается и
нужно что-то сказать. Что угодно. Только бы не молчать.
– И что ты сделала?
– вряд ли Антон даже самому себе смог бы объяснить, почему спросил именно это.
– Ну, - задумчиво протянула Аня.
– Я целую неделю трепала ему нервы, игнорировала его и пропускала мимо
ушей все знаки внимания, которые он мне оказывал. Чтобы не зазнавался и не думал, что я ему легко досталась. А
потом напросилась в гости с ночевкой к лучшей подруге.
Антон поднял на неё ошарашенный взгляд, пытаясь понять, действительно ли она сказала то, что он
услышал.
– Потом я надела свое самое соблазнительное белье и пошла на кухню пить водичку. Я замерзла и выпила не
меньше литра воды, прежде чем он решился на что-нибудь, - иронично рассказывала дальше девушка, глядя ему
прямо в глаза.
Все ещё не веря, что это правда, Антон осторожно взял Аню за руку. Она не отдернула её и не возмутилась.
Девушка все так же неотрывно смотрела на него.
Тогда он встал, подошел к ней и, наклонившись, поцеловал. Это был самый лучший поцелуй в его жизни.
Через какое-то время. Он оторвался от её губ и тихонечко спросил:
– Ты ведь никогда не была легкой добычей?
Вместо ответа Аня только улыбнулась и поцеловала его сама:
– Нет, но вот ты оказался очень даже легкой добычей...
В этот момент дверь кухни резко распахнулась, и вперед упали Ева и Вова.
– Я те говорила, не нависай, - прохныкала девушка.
– А что делать, если ничего не слышно?
– огрызнулся парень, потирая ушибленный локоть. Тут парочка
вспомнила, что они тут не одни и синхронно расплылась в невинных улыбках.
– Это не то, что вы подумали!
– выпалила Ева.
– Мы тут просто... пыль протирали, - сморозил чушь Вова.
Антон тихо рассмеялся. Аня последовала его примеру, уткнувшись ему в грудь.
– Вы не злитесь?
– заискивающе спросила Ева.
– Что на вас злиться?
– улыбнулся слишком довольный жизнью Антон.
– Вы это просто нечто!
В этот момент Ева допустила большую ошибку. Вопреки собственному правилу: "Если все идет хорошо,
значит, ты что-то не учел", и забыла, что её жизнь никогда не была полоска белая полоска черная. Она плавно
перетекала из одного темного оттенка в другой, ещё темнее. Ева поверила в то, что теперь жизнь налаживается. И
звонок, который прозвучал на следующий день, восприняла, как хороший знак, не разглядев беды у двери.
Девушка как всегда бежала, опаздывая на работу. Непунктуальность не хорошее качество, но от него никуда
не денешься. В самый неподходящий момент, когда она как раз собралась переходить дорогу, телефон отчаянно
затрещал. Проклиная этот маленький аппарат, который не желал находиться в её не такой уж и большой сумке, и, сожалея, что вообще взяла его с собой, Ева таки нашла мобильник и рявкнула в трубку:
– Что горит?
Абонент с той стороны такой постановки вопроса явно не ожидал и видимо растерялся, потому, что ответом
на её вопрос была тишина.
– Алло?
– спросила девушка погромче, но, так и не дождавшись ответа выключила телефон. Она уже почти
положила его в сумку, когда он снова сначала завибрировал, а потом запел голосом Шакиры(мелодию для звонка
поставила ей Аня, утверждая, что только это поможет ей хоть иногда вспоминать, зачем он вообще нужен).
– Алло?
– а в ответ снова тишина. Ева уже собралась бросить трубку, решив, что это какая-то глупая шутка,
как тихий мужской голос сказал:
– Привет.
– Привет, - ответила она, и снова наступила тишина, которая Еве уже порядком поднадоела.
– Послушай, я
опаздываю на работу. Мне некогда играть с тобой в молчанку...
– Прости, - перебил её знакомый голос.
– Я не хотел мешать. Просто захотелось услышать твой голос.
– А кто это?
– запоздало заинтересовалась девушка. Недолгое молчанье, прерывающееся только сопением, и
ответ, из-за которого она едва не выронила телефон из рук: