Ева
Шрифт:
В дальнюю стену был вделан огромный вентилятор, лопасти которого не двигались и уже успели покрыться инеем. Джон быстро осмотрел помещение, чтобы удостовериться, нет ли в нем тайника, где могла быть спрятана двенадцатая девушка, которой он недосчитался.
Его внимание привлек выступ на стене с вентилятором. Это была чуть выдающаяся вперед металлическая пластина длиной приблизительно около полуметра. Джон подошел и внимательно рассмотрел ее. В нижней части были видны уходящие в стену металлические петли. Он провел рукой по верхнему краю и обнаружил углубления с зажимами, державшими крышку выступа, который вполне мог оказаться тайником. Джон понял, что если откроет зажимы, то вся конструкция выдвинется из стены и он увидит, что находится внутри. Что же это такое? Может быть, выдвижной столик или кровать? А может быть, и место, в котором прячется охранник?
Он задумался. Потом подул на руки и надавил на зажимы, которые с резким металлическим звуком открылись. Он начал вытягивать и опускать четырехугольный люк, сквозь перчатки ощущая ладонями леденящий холод металла. Люк оказался тяжелым, и Джону пришлось подналечь плечом для того, чтобы отделить его от стены, в которую он был вмонтирован. И вот там-то, внутри образовавшегося пустого пространства, он и нашел ее.
Внутри узкой щели оказалась практически раздавленная девочка-подросток. Кто-то с силой закрыл люк, и она не успела правильно улечься внутри, поэтому невооруженным глазом было видно, что ее кости во многих местах сломаны. Можно было подумать, что девочка тихо спит в странной изогнутой позе, положив голову на плечо и неестественно вытянув и согнув руки и ноги, если бы не раны на ее теле и не обильно сочащаяся из них кровь. Одна нога у нее была практически оторвана от тела и держалась на лоскуте кожи. Джон с ужасом смотрел на лежащую перед ним девочку, которая словно вмерзла в окружавшее пространство и время.
Потом он резко развернулся и пошел к выходу из контейнера. В этот раз он даже не думал обходить лужи крови, а шел напрямик, не обращая на них никакого внимания. Ему следовало позвать специалистов, которые знают, что делать в подобных ситуациях.
– Я нашел еще одну девочку! – громко закричал он, оказавшись у выхода, после чего мимо него внутрь этой огромной железной коробки вбежало несколько человек.
Джон вышел наружу, снял сапоги, прошел к палатке, в которой недавно осматривал комод, и сел на землю.
– Боже! – прошептал он. – И это доказательство того, что Ты нас любишь? – Он замолчал и, посмотрев в сторону контейнера, тихо добавил: – Умоляю, возьми ее душу и подари ей покой.
Со стороны, где стоял контейнер, послышались громкие крики и топот ног. В палатку вбежал один из знакомых Джону Тяжеловозов и в порыве радости обнял его.
– Ты представляешь, Джон, она жива! Девушка, которую ты нашел, жива! – Тяжеловоз снова обнял Джона и продолжил: – Теперь тут у нас еще и Искатель. Кто бы мог себе это представить? – закончил он и вышел из палатки.
Джон ощущал только зияющую пустоту внутри. В изнеможении он обхватил голову руками. Если это тот ребенок, о котором говорила Ева, то его рождение оказалось непомерно страшным. Такое появление на свет не предвещало ничего хорошего. Что может ждать ребенка, который пришел в этот мир с такими страданиями?
Глава 2
Начало Всех Начал
К ней вернулось сознание, и она мгновенно почувствовала страшную боль во всем теле.
Почему? Что произошло? Она не знала, ее память была пуста, как чистый лист.
Потом перед глазами появились и замелькали разные не связанные между собой картинки. Вспышки света и полная темнота.
Сперва она услышала резкие и громкие звуки и почувствовала страх. Дыхание стало неровным, по лицу потекли слезы.
Потом мысленным взором увидела еще одну, более яркую, чем ранее, вспышку света, движение смазанных тел и услышала музыку. Смычковых инструментов, представьте себе на минуточку. Перед глазами появилась чернокожая женщина, неожиданно превратившаяся в загорелого мужчину с красным галстуком-бабочкой. Что за ерунда? Ей надо проснуться, но она чувствует себя такой усталой.
Она чувствует, что в голове словно воет ветер… видит огромные, бушующие, накатывающиеся на нее волны… вдох… поток воды… она не может дышать…
Когда в глазах снова стало темно, она этому только обрадовалась.
Потом она почувствовала, что снова пришла в сознание, и увидела над собой размытое и зыбкое лицо. Ей показалось, что она слышит чей-то голос. Где она находится? Кто она?
Даже с закрытыми глазами она продолжала видеть череду странных и не связанных между собой воспоминаний, кошмаров или грез. Воздух казался тяжелым, как вода. Грудь нестерпимо болела. На этот раз ее накрыла чья-то огромная тень – более реальная, чем остальные видения. Эта тень расширилась и поглотила ее целиком. Свет стал отдаляться, пока не превратился в точку, после чего весь мир окончательно погас.
Она закричала от ужаса, но не услышала звука своего голоса. Где она и что с ней происходит?
За закрытыми веками одна за другой проносились картинки. Что это? Воспоминания, галлюцинации, ужасы или видения? Она вся сжалась, пытаясь спрятаться и исчезнуть. Но где ей спрятаться? Она пыталась закричать, но услышала лишь сдавленные рыдания.
Потом она почувствовала на своем лбу что-то мягкое и теплое. Повязка? Компресс? В любом случае это было что-то приятное. Донесся какой-то резкий запах. Он окутывал и наполнял ее, обволакивая руки, ноги, голову. Пришло долгожданное облегчение. Звуки стали приглушенными. Она успокоилась.
И снова заснула.
Проснувшись или снова придя в себя, она услышала тихий разговор.
– Джон, – произнес резкий женский голос, – эта молодая особа – сплошная загадка. Хилеры пытаются установить, откуда она, но у нее такой генетический код, с которым они еще никогда не сталкивались. Никто из нас не видел ничего подобного! Это полная и необъяснимая аномалия!
В ответ прозвучал спокойный, размеренный и, как ей показалось, добрый мужской голос:
– Неисповедимы пути Господни.
Девушка попыталась открыть глаза, но веки не поднимались. Было ощущение, что на них лежит неподъемная тяжесть. Даже попытка открыть глаза довела ее до полного изнеможения. Почему, почему она не может двигаться?
– Хилерам потребуется время, чтобы понять, кто она такая, – произнесла женщина.
– Что ж, мы их не торопим, пусть бьются над разгадкой тайны. У нас есть время. Я даже не знаю, когда она выздоровеет, – с грустным вздохом ответил Джон. – Летти, признаюсь, мне и самому известно не больше остальных. Ясно только, что это загадка и за разгадку несу ответственность я.