Чтение онлайн

— Не хочу ломать ваши планы, но там своих проблем хватает. Чего только стоят двухметровые прямоходящие черепахи, владеющие оружием и дарами, — возразил я. — К тому же обороняться лучше большой группой. Больше стволов, меньше шансов, что поселение возьмут штурмом.

— Спасибо за информацию, но что делать — мы как-нибудь сами решим, — сухо сказал седой, но от баррикады не отошел. — Вижу, тебе тоже досталось.

— Да, есть такое. Но я жив, и это главное. Скажите, перед поездкой я отдал на сварку свою саблю. Нигде ее найти не могу. Кто у вас заведует этим делом?

— Нашел, что искать. Может, у тебя что-то на обмен есть? — чуть усмехнувшись, спросил седой. — Тут, знаешь, ничего даром не дается.

— Хэх. Так-то это моя сабля. Но могу поделиться информацией. По крайней мере, направлением, в котором идти не стоит, — чуть подумав, предложил я. — В нашем мире это может оказаться куда ценнее, чем груда снаряжения.

— Возможно, ты и прав. Хорошо, — решил мужчина, отходя чуть назад. — Парни, кто саблю у Никиты забрал? Давай ее сюда, заменишь мачете. Да не привередничай, обычная железка, я тебе магазин с пулевыми патронами дам.

Примерно через минуту обсуждения и торгов мужчина вернулся к баррикаде, с моей саблей в руках. Даже отсюда я видел, что ее рукоять изменилась, хоть и не сильно. Седой с интересом рассматривал конструкцию, а затем, хмыкнув, положил ее на один из мешков с песком. Для того, чтобы забрать оружие, мне пришлось бы войти в перекрестный сектор обстрела, и нормальный человек из такого уже не выбрался бы. К счастью, ко мне это не относилось, и я смело подошел, чтобы забрать саблю.

— Стой, — сказал седой, стоило мне оказаться рядом с баррикадой. — Вижу, ты собрал с наших товарищей много ценного. Нехорошо получается. Мы возвращаем твою собственность, а ты пытаешься унести нашу.

— Верно, нехорошо, — легко согласился я.

— Рад, что мы пришли ко взаимопониманию, — улыбнулся седой. — Ну, раз ты не споришь, тогда положи сайгу и патроны.

— Конечно, вначале только удостоверюсь, что с саблей все в порядке, — ответил я, держа на виду руки и даже не пытаясь дотронуться до ружья. — Я же зачем ее отдавал на сварку, надо проверить, будет ли она служить как штык, не станет ли болтаться…

— А ты наглый. Неужели думаешь сбежать с нашим добром? — усмехнулся мужчина, показывая на своих сторонников. — Ты на прицеле у пяти ребят. Тебе отсюда не выбраться.

— Да, наверное. Подержите факел, пока я саблю проверяю. А то не очень честно выйдет, если работа не сделана, а вы за нее столько всего хотите.

— Да ты псих, — рассмеялся седой, но факел взял. — Ты мне нравишься, парень, я тебя даже не голым отпущу и с саблей. Но все остальное придется оставить…

Договорить он не успел, я повернулся к нему спиной, будто проверяя зажим на сабле в свете факела, но вместо этого открыл зажмуренный глаз и, сориентировавшись, прыгнул сразу за кучу тел на лестнице.

— Что? Куда он делся?! — закричало несколько голосов. — Держи его!

Укрывшись за грудой тел, я перехватил ружье и выстрелил в потолок над баррикадой. После чего все потенциальные преследователи попадали за укрытия.

— Боюсь, вернуть вам патроны я могу только отдельно от пороха! — крикнул я, не высовываясь из-за трупов. — Он сгорит, пока пули и дробь летят в вашу сторону. Но, если хотите, можете меня преследовать, я не против. Или можем разойтись по-хорошему, и я даже скажу, что собирался. Идет?

— Черт с тобой, прыгун, — крикнул седой из-за баррикады. — Что знаешь?

— На восток не суйтесь. Там везде вода. И на север тоже — пролив до самого Зеленограда. А, и еще, мы не на Земле.

— В смысле не на Земле. Эй? Парень, стой, что значит, мы не на Земле? — в несколько голосов закричали из-за укрытий, но я уже сбежал по лестнице, вернувшись в одинокую палату выживших на первом этаже. Вот только, постучав в дверь, чуть не получил заряд дроби.

— Стоять, покажи ладони. — Медбрата развязали, и он держал в руках ружье, которое я дал инвалиду. В углу сидела, покачиваясь, ошеломленная, но живая Зая.

— Хочешь проверить, смогу ли я тебе доломать нос, или встретиться с тварями от которых я отстреливался? — спросил я, внаглую заходя в палату. Медбрат испуганно глянул мне через плечо, и я, перехватив ствол, выдернул у него из рук ружье — Ну? Что-то хотел?

— Ничего… — прикрывая лицо руками, пробормотал медбрат, отходя в сторону. Фыркнув, я закрыл дверь, подперев ее кроватью, и подошел к Зае, покачивающейся из стороны в сторону.

— Ну, с воскрешением, — сказал я, сев рядом, она взглянула на меня со смесью страха и презрения, но не отодвинулась. — К иконкам уже привыкла?

— Символы, они повсюду… — прошептала девушка, мотая головой. — Ничего не понимаю. И они не исчезают. Картинки, иероглифы… я даже не уверена, что тут есть слова. И они не исчезают, куда бы я ни смотрела.

— Что ты пожелала перед смертью? — вполголоса спросил я. — Каково было твое последнее желание? Ты загадала. Как я говорил, излечение?

— Что? Нет, не знаю, — нехотя ответила Зая, но я остался сидеть рядом. И через минуту покачивания, поняв, что я не уйду, она продолжила: — Все произошло слишком быстро. Не уверена, что вообще сумела что-то загадать. А может, я просто хотела выжить.

— Может и так. — Я вспомнил вереницу бессвязных символов, которую видел прямо перед воскрешением. Сам текст, естественно, вспомнить уже не мог, но ощущение от того, как он меняется под воздействием чужой воли, осталось. И виновником таких преобразований явно был не я. Но я знал, к кому можно обратиться. Нам нужен был Читающий.

— Попробуй сосредоточиться не на тексте, а на образах. Подумай, что твоя способность может спасти хирурга или Волка. Даже если ничего сейчас не изменится, постарайся сконцентрироваться, — поддержал я девушку. — Есть у меня идея, как тебе помочь, но вначале придется выбраться отсюда.