Шрифт:
Matt Haig
EVIE AND THE ANIMALS
Copyright © Matt Haig, 2019
Illustrations © Emily Gravett, 2019
Перл и Лукасу, а также детям, которые пытаются защитить землю и всех чудесных созданий, её населяющих
Некоторые люди разговаривают с животными.
Но мало кто слушает их – в этом-то и проблема.
Особенная девочка
Жила на свете девочка по имени Эви Тренч.
Эви была не такой, как другие дети.
Она была особенной.
Во всяком случае, так говорил её папа.
Эви часто думала, что быть нормальной девочкой куда лучше, но тут уж ничего не поделаешь: такой она уродилась.
И особенность её заключалась в том, что…
Это сложно объяснить. Эви и сама не до конца понимала.
Но, прежде чем мы в это углубимся, давайте начнём с чего-нибудь попроще.
Эви любила животных. Конечно, многие любят животных, но Эви любила абсолютно всех – а не только тех, кого можно погладить и потискать.
Разумеется, она любила собак и кошек, а кроме них ещё тараканов, змей, летучих мышей, коршунов, гиен, акул, медуз и даже анаконд. Она любила всех животных, кроме бразильского прыгающего паука, самого ядовитого в мире. Эви было непросто проникнуться к нему тёплыми чувствами, и позже вы обязательно узнаете, почему. Но в целом она любила всех живых существ на свете.
И она знала всё о мире животных. Правда, всё. Пожалуй, даже самые умные профессора зоологических наук в самых умных университетах и то знали меньше неё. К шести годам Эви прочитала больше трёх сотен книг о братьях наших меньших.
Она брала в руки книгу о животных всякий раз, когда ей бывало грустно, скучно или тоскливо.
Так что она в самом деле знала о них очень много.
Например, Эви знала, что:
1. Улитки могут проспать три года подряд, а у слизняков четыре носа.
2. Медведь гризли такой сильный, что может раздавить шар для боулинга.
3. Птицам красный перец не кажется острым.
4. Все рыбы клоуны рождаются мальчиками, а потом некоторые становятся девочками.
5. Кошки могут спокойно пить морскую воду.
6. У осьминога три сердца.
7. Глаза оленей зимой становятся синими – это помогает им видеть в темноте.
8. Беременность у слоних длится почти два года.
9. Под полосатым мехом у тигров полосатая кожа.
А вот её любимое:
10. Морские выдры во сне держат друг друга за лапки, чтобы течением их не разнесло в разные стороны.
Но Эви не только любила животных и отлично в них разбиралась.
Она обладала удивительной способностью.
Воистину уникальной.
Эви СЛЫШАЛА, о чём животные думают.
И порой животные слышали, о чём думает она.
Иными словами, Эви могла разговаривать с животными, не произнося ни звука и даже не шевеля губами.
Она понятия не имела, откуда у неё взялась эта способность. Эви просто могла, и всё. Чем старше она становилась, тем чаще это происходило, что бесконечно радовало Эви. Ведь у неё была тайная суперсила! Только одному человеку она рассказала о том, что умеет: своему отцу. А он ответил, что Эви больше никому не должна об этом рассказывать. Никому и никогда.
– Ты особенная девочка, Эви, но из-за этих способностей с тобой могут случиться плохие вещи. Страшные вещи! – Он покачал головой. – Так что, поверь мне, лучше тебе об этом молчать. И что бы ты ни услышала, никогда не отвечай животным!
И Эви молчала. Никто не знал о том, что она умеет разговаривать с животными.
Во всяком случае, так она думала.
Пока не встретила кролика.
Птица по имени Клюв
Вернее, сперва в тот день она встретила птицу.
Воробья, если точнее.
Маленького, ничем не примечательного, красновато-коричневого воробья по имени Клюв.
Эви и раньше доводилось с ним болтать. Конечно, вслух они не разговаривали, только обменивались мыслями. И тем не менее это была обычная дружеская болтовня. Воробей часто прилетал полакомиться семечками, которые Эви оставляла на подоконнике. Она тайком выковыривала их из хлеба, купленного отцом.
У Эви не всегда получалось слышать животных. Иногда за весь день она не могла уловить ни единой мысли. Но почему-то с Клювом ей было проще всего найти общий язык.
– Ты сегодня какая-то грустная, – думал воробей, прыгая по подоконнику.
Эви посмотрела в утреннее небо. А потом показала Клюву фотографию мамы, которая стояла возле кровати.
– Я скучаю по ней, Клюв, – вздохнула она.
– И я скучаю по своей, – отозвался воробей – разумеется, мысленно. – Хотя мы мало прожили вместе. Но, кажется, она была очень хорошей.
– Я свою почти не помню. Всё, что я о ней знаю, мне рассказали бабушка Флора и папа. Правда, он мало говорит о маме. Ну не странно ли скучать по тому, кого не знаешь?
– Ничуточки. Я скучаю по всем друзьям, с которыми ещё не успел познакомиться. И это несмотря на то, что у меня уже очень много друзей, наверное, целая тысяча! Мы с ними летаем вместе. Но я пока маленький, желторотый, ни одной зимы не пережил. И я точно найду себе новых друзей. Вот по ним заранее и скучаю. Потому что не сомневаюсь: они будут удивительными.