Эвотон: 180
Шрифт:
– Какого хрена?! Изменения затронули каждого абсидеума и патрийца! Не вижу логики… Спокойствие в тебе… – внезапно Алона посетило долгожданное озарение – в момент, когда половина из прицелившихся вариантян уже окружила их с Аудой. – Конечно… Какой же я слепой!.. TERCOP – это не что иное, как Терракопи, на которой сплошь и рядом – базы патрийских Страже… – землянин испытал смешанные чувства разгадки и неуверенно прицелился своим указательным пальцем в абсидеумку. – Так ты – патрийский Страж. Господь всемогущий!.. И отсюда – твоё спокойствие!..
– Когда-то имела глупость считать себя таковой… Ну что ж, твой выбор не оставляет мне выбора!
Алон судорожно мотал головой из стороны в сторону, поочерёдно фокусируя свой взгляд на Ауде, вариантянах, представителях цивилизации когнитян. Их глава – женщина со странным стилем общения – высверливала землянина яркими глазами, отчаянно подсказывая, что делать: её незаметно приподнятая и расположенная в вертикальном положении ладонь кончиками пальцев показывала то влево, то направо.
– Ни шагу! Иначе эвотонирую! – прокричал израильтянин, вытянув свою руку в направлении абсидеумской патрийки.
Наступавшие внезапно остановились в полнейшем замешательстве, которое незамедлительно разбавилось неподдельным изумлением. Наконец, Ауда пренебрежительно и издевательски рассмеялась.
– Какая милая картина… – инопланетянка, конечно, не послушала совет Алона и продолжила шагать. Правда, медленней…
Землянин повторно закрыл глаза и сосредоточился. Капли титанического напряжения, стекающие по его лицу, неудачей падали с подбородка на холодную металлическую поверхность: звуки их приземления затерялись в шумном дыхании мужчины, который с проклятьями вытягивал руку снова и снова…
– Прицелиться! – каменный женский голос, уже лишённый смеха, бескомпромиссным приговором заполнил лабораторию.
Алон спрятал правую руку и выставил левую!.. Но уже спустя несколько мгновений послышался пронзительный возглас обречённости!
– Уничтожи… Уничтож… – абсидеумская патрийка упала на колени и неистово обхватила руками собственную шею. Её ошарашенные и преисполненные безумства глаза не отпускали землянина, который недоверчиво, пребывая в похожем изумлении, осторожно выпрямился. Не пряча левой руки, Алон прокричал окружающим:
– Не шевелиться, иначе я эвотонирую её раз и навсегда!
Благодарный взгляд землянина, полностью лишённый сомнений, с теплотой задержался на женщине со странным стилем общения. Когда до дверей, ведущих в правое крыло здания, оставалось несколько шагов, вариантяне впервые выстрелили по мчащемуся израильтянину, который благополучно скрылся в дверях под пенные слова восставшей из унизительного пепла Ауды:
– Выследить и уничтожить! Иначе я вас уничтожу, рухлядь ржавая!..
ГЛАВА 7
– Остановись, Андрей! Так ты её не вернёшь! – разъярённо прокричал Десятый в спину украинцу, который спешно направлялся в сторону спасательного модуля. Шлюзовая камера, ведущая в крошечный летательный аппарат (который тем не менее мог преодолевать значительные космические расстояния), располагалась в конце чрезвычайно протяжённого коридора. Яркое освещение, призванное упреждать экипаж от прогулок по Вотону во время внештатных ситуаций, жгуче ослепляло Андрея. Но одессит не спускал выходного отверстия ствола первого из двух плазменных шоков, прицеливаясь в затылок застывшего Тобиаса.
– Оставь нас или поплатишься жизнью, абсидеум! – настойчиво ответствовал украинец, заставив удивлённого Десятого поднять руки: вторая плазма выглядела в инопланетных глазах довольно убедительно. Но представитель абсидеумской цивилизации продолжил:
– Послушай, новый лидер патрийцев непременно прикажет зачистить Терракопи от их баз…
– Так же, как и уничтожить наш корабль… – внезапно послышалось от немца, в голосе которого зазвучал предстоящий ужас взрывной волны и плазменного испепеления. – С этого обречённого Вотона спасутся лишь двое!
– Глупый землянин!
– Прошу последний раз! Проваливай!.. – раздался крик украинца, свидетельствующий о серьёзности его намерений. Таким Андрея ещё никто не видел… Чёрствым, бескомпромиссным и… жестоким…
Их основательно подкинуло: пилоты корабля отчаянно пробовали прорваться сквозь функционирующий «Шлем»! Все трое свалились на прохладную металлическую поверхность. Одессит из-за болезненного удара выпустил из ладони плазму, которой угрожал пришельцу.
Абсидеум, потративший на поиски украинца целую вечность, которая после пережитых событий непременно покажется землянам ничтожно малым промежутком времени, осмелился на прощальные слова перед неприступным хладнокровием бывшего главы Совета:
– Глупец! Не Алгоритм вовсе, а мы творим своё будущее!..
Украинец без колебаний выстрелил из второй плазмы, а Тобиас молчаливо наблюдал за произошедшим, но спустя пару мгновений таки произнёс:
– Сопротивление бесполезно. Алгоритм уже создал финальную Точку для обречённого. Спасутся лишь двое…
Подхваченный местью задумчивый одессит приказал ему:
– Уходи в модуль и установи курс на необходимую мне планету. Выполняй!
Корабль трясло, и украинец с криком негодования ударился об корпус:
– Теперь ты не уйдёшь! А я полностью восстановился… – его плазма молниеносно расплавила Восстановитель, благодаря которому Десятый приоткрыл обессиленные глаза. Андрей присел на корточки и, проникновенно разглядывая лицо абсидеума, добавил: – Неужели ты думал, что я забуду?.. Я же видел, как ты не хотел эвотонировать её. Как ты, тварь, дожидался момента проникновения вакидзаси! Падаль…
Раздался взрыв! Оглушительные удар, треск и гул пронеслись по коридору. Одессит почувствовал, как его магнитом потянуло в начало помещения, а к пальцам прикоснулись волны беспощадного холода… Из-за изогнутой структуры коридора можно было лишь догадываться: из-за взрыва в корпусе образовалась дыра, ведущая в открытый космос! Корабль накренило, и абсидеума с украинцем атаковали скользящие тлеющие элементы разнесённой стены. Десятый, как и Андрей, зацепился за неширокий выступ.