Европа - Азия
Шрифт:
«Свидетель» толкает женщину в бок. Милиционер замирает, долго стоит и думает, его глаза постепенно наливаются кровью – как у быка в корриде, берущего на прицел своих рогов самонадеянного тореадора.
«Мать» (не унимаясь). Молодым на мебель – подкинь сколько можешь!
Милиционер, будто что-то вспомнив, лезет рукой в карман, роется там, достаёт какую-то мелкую вещицу и, держа её в ладони, подходит к коляске. Протягивает вещицу «жениху», говорит, смущаясь.
Милиционер. Вот, – запонки. Как раз к моей рубахе подходят... Ну, раз такое дело – дарю! Пока к аварии подошёл – ребята уже всё порасхватали – только эти запонки и остались. Кстати, там тоже муж с женой были, так что подарок в тему!.. Ну, ладно уже – ещё раз всего и так далее...
Милиционер уходит. Тут же из кустов, растущих поодаль, выходят трое маленьких заморышей «кочевой» национальности – это две девочки и мальчик, оборванные и грязные. Завидев людей, они останавливаются, а их карие глаза, до того как будто покрытые мертвенно-тусклой пеленой безразличия, вспыхивают как фары ревущего внедорожника, выскочившего в ночи из-за поворота. Удерживая в глазах этот режущий свет, дети принимаются попрошайничать, исполняя популярную русскую эстрадную песню.
«Дети».
Ветер с моря дул,Ветер с моря дул!Нагонял беду,Нагонял беду!«Свадьба». А ну, пошли отсюда!
«Дети» выключают «фары» и уходят туда же, откуда пришли. Слышится гул приближающегося автомобиля.
«Свидетель». Так, всем приготовиться.
«Свадьба» сбивается в кучу и вглядывается вдаль, пытаясь угадать марку машины, которая вот-вот появится на шоссе перед ними, чтобы загодя прикинуть, работать ли им по «евросценарию» или по плану, ориентированному на владельца отечественного автопрома.
«Невеста». Иномарка!
«Свидетель». Так, тормозим!
«Свидетельница» делает рывок вперёд, но её останавливает «невеста».
«Невеста». Ты куда, он вообще не остановит, если тебя увидит! Я пойду, ждите!
Выбегает на шоссе. Все ждут. Слышен скрип тормозящих шин. «Свидетель» и «жених» нервно переглядываются, «мать» вслушивается в тишину, а «свидетельница» обиженно покусывает губы. Наконец, на поляну выходят «невеста» и быковатый крупный парень «без шеи», но с улыбкой.
Парень. Так это, ты чё парила-то? Тут народу сколько! Тут чё вобще, это?..
«Невеста». А тут, Касик, моя свадьба!
Касик. Свадьба?! Это... как...
«Мать» (сообразив, что ситуацию надо спасать, потому как Касик, видимо, принял «невесту» совсем не за невесту, а та не стала его разубеждать). Это жизть, молодой человек! Жизть! Идёшь с девушкой в кусты, а там у неё свадьба, а выйдешь из кустов – там уж, может, архангелы тебя дожидаются в твоей же собственной иномарке! Это жизть! («Мать» импровизировала, поэтому её little speech был наполнен старославянскими архаизмами.)
Касик. Не, ну, чё – так «этого» не будет?..
«Свидетель» (также поняв, что Касик слегка разочарован увиденным). Почему?! Будет! Обязательно будет! Только когда-нибудь потом. А сегодня... сейчас – свадьба. Вот! А раз уж вы остановились – так пожалуйста!..
«Свидетельница». Да, пожалуйста! Выпейте за здоровье молодых, не побрезгуйте! Мама! Мама, не тормозите!..
«Мать» резво подбегает к Касику и суёт ему под нос салат «Помидоры на спирту», а также коктейль «Спирт + ...». Касик растерян. Поигрывая то правой, то левой щеками, будто бицепсами, он пытается разобраться в ситуации. «Невеста», заполняя паузу, устремляется к «жениху-инвалиду», поправляет его на кресле, тут же вздыхая и постреливая неморгающими глазами в Касика, чем недвусмысленно, как ей кажется, намекает ему, что жизнь на штампике в паспорте не кончается, и всё ещё – в принципе – возможно, тем более с «неходячим» мужем, и, может быть, даже сегодня. Наконец Касик, в напряжении то сводя брови к переносице, то выбрасывая их высоко на лоб, с большим трудом «догоняет», что на самом деле здесь происходит – в его голове, как лампочки на гирлянде, – одна за другой – включаются стереотипы народного сознания: «Свадьба» – «Я – гость» – «Тост» – «Жрачка» – «Relax». Последний стереотип связан с работой Касика – он менеджер фирмы, торгующей бытовой химией, – проще говоря, – развозит коробки с порошками по торговым точкам. В общем, хоть и с опозданием, а «лампочки» всё же включились в его голове, и Касик взял-таки у «матери» пластиковый стаканчик с водкой.
Касик. Ну, раз так, – вобщем, – чтобы крепкая семья у вас была и так... как бы (вспышка в голове «высвечивает» рекламный слоган родной фирмы)... чтобы чистота и порядок!
Касик пьёт, все с облегчением вздыхают, «мать» тут же подсовывает Касику салат на закуску, одновременно отхлёбывая из бутылки. Касик ест, улыбается – стадия «Тост» пройдена, он наслаждается стадией «Жрачка».
«Свидетель» и «Свидетельница». А что-то как-то во рту горько, а?!
«Мать». Да, да, да, – так, это не дело!
«Невеста» наклоняется к «жениху» и целует его, «мать» наливает Касику – он пьёт, «мать» отхлёбывает из бутылки – «свидетель» и «свидетельница» натужно улыбаются – всё идёт так, как положено, – всё как у людей. В это время на шоссе показывается микроавтобус какой-то туристической фирмы; он подъезжает ближе к столбу «Европа – Азия» и останавливается. Из автобуса выходят пассажиры – судя по репликам, которыми они обмениваются, это иностранцы. Толпу из 8-10 человек организует женщина-гид, ведущая иностранцев к стелле и выстраивающая их там вокруг неё. Иностранцы фотографируются, неумолчно галдят, замечают «свадьбу», рассматривают её – «свадьба», в свою очередь, разглядывает иностранцев. «Свидетели» и «жених» с «невестой» понимают, что к ним – на колёсах микроавтобуса – примчалась удача, и есть возможность «срубить» валюту, – «мать» и Касик продолжают пить.
Гид. Дамы, господа – мы находимся на границе Европы и Азии.
Услышав безупречный с точки зрения речевой выучки и актёрски поставленный голос гида, «мать» отвлекается от бутылки и от Касика и оборачивается в сторону, откуда он звучит. На её раскрасневшемся от спирта лице проступает едва заметный румянец, говорящий о радостном волнении от встречи с «коллегой». В голове «матери» почему-то поселяется мысль о том, что женщина-гид нуждается в её помощи. Она решает внимательно слушать её слова и в соответствии с их смыслом изображать то, что, по мнению «матери», будет помогать иностранцам лучше понимать услышанное.
Гид. Вы видите перед собой стеллу, символизирующую границу двух полушарий.
«Мать» подходит к мраморному столбу и начинает тереться об него, изображая страстный моно-танец; всё больше распаляясь, женщина запрыгивает на столб, обхватывает его ногами, целует холодный мрамор и подмигивает иностранцам. Касик пьёт и хлопает – у него наступила пятая стадия – «Relax»; гид, привыкшая за годы работы и жизни в наших условиях ко всему, невозмутимо продолжает свою речь, иностранцы активно фотографируют «танцующую мать».