Фактор аннигиляции

Джандрак прибыл как вестник с неопределёнными новостями. Но манера его прилёта была чёткой. Он принесся на космическом корабле дальнего действия с выхлопными трубами: когда до Сморна оставалась ещё пара световых лет, Джандрак вырубил двигатели, чтобы оставшуюся часть пути по галактической магистрали пройти на трансцедентной скорости. Затем, применив отрицательное ускорение, он резко остановил корабль.

Его пилотирование оказалось сверхточным. Теперь он смотрел на лагерь Передана, существующий уже пятьдесят лет: не было необходимости менять место приземления ни на ярд. Кристально чистый воздух давал возможность поразительно чётко в нескольких футах внизу видеть крошечную империю претендента на звание принца.

Всё было, как и ожидалось, добротным, красочным, оживлённым. Взлётное поле с пёстрыми космическими кораблями; весёлые павильоны дугами охватывали жилые постройки, бараки и огромное скопление оборудования, в том числе систему постоянной защиты, и все это на площади в десять миль. Ближе к краю территории возвышались вроде небоскрёбов, крытых красным пластиком, драгоценные склады оружия, всевозможного боевого снаряжения, тягачей и прочей боевой техники — смысла жизни всего Передана.

Весь персонал был на ногах, ожидая приказа.

Небольшую демонстрацию защитной системы лагеря Джандрак смог понаблюдать сразу же. Когда его корабль только появился над базой, вокруг разорвалось шесть предупредительных ракет: по одной сверху, снизу и в каждой четверти румба, что произвело на него впечатление, но не удивило. Чуть переждав опасный момент, он не торопясь сел у края взлётного поля.

Ракеты оказались не единственным предупреждением. Всем телом он почувствовал странное давление и необычную боль в переносице: это означало, что его крошечный колоколоподобный кораблик полностью окружён заглушающим полем и в нём уже ничего не может работать. Он попробовал открыть внешний люк — безрезультатно. Придётся вручную. Что бы ни случилось, он оказался бы беспомощен. Но сейчас это было неважно: он прибыл не как враг, скорее как советчик.

Пилот стал открывать вручную. Люк легко поддался, и стена кабины развернулась вниз, позволяя спуститься на землю. Шагнул наружу, потянулся, вдыхая бодрящий, богатый кислородом воздух. Его золотистый кораблик виделся теперь несообразно маленьким на фоне гигантских боевых крейсеров лагеря. Он намеренно выбрал для визита это загадочное колоколоподобное судёнышко, рассчитывая изумить бунтовщиков. Они, конечно, удивятся, что такая кроха способна на такие же путешествия, что и их огромные боевые машины. Эти ребята около пятидесяти лет были оторваны ото всех и почти наверняка не слышали о новых средствах передвижения с использованием естественных искажений пространства, называемых линиями скольжения, которые и позволили этому хрупкому на вид колокольчику путешествовать по галактике.

Двое мужчин в блузах и брюках из чёрного мерцающего космического шелка уже ждали его, лазерные пистолеты висели на узких бёдрах. Как и все офицеры Передана, они были без знаков различия.

— Я прибыл затем, чтобы поговорить с Переданом, — без всяких предисловий заявил Джандрак..

— Принц Передан, — ответил ему более высокий из офицеров, — не разговаривает с каждым космическим бродягой, которого заносит сюда. Чего ты хочешь — вступить в вооружённые силы?

Джандрак спокойно посмотрел ему в глаза:

— Избавьте меня от этой болтовни, — твёрдо заметил он. — Я — Джандрак из семьи Санн, старинных друзей отцов Передана. Отведите меня к нему.

Офицер криво улыбнулся:

— Многие старые друзья теперь уже не так дружелюбны. Однако принцу доложат о тебе. Но сначала просим сдать оружие.

Джандрак отдал высокочастотный нейтронный лучемет, небольшой кинжал и ручную версию стандартной силовой винтовки. Офицер осмотрел все, снова улыбнулся и вернул винтовку:

— Это можете оставить, все равно в лагере не сработает.

Джандрак это уже и сам понял. Его обострённые (в результате долгой подготовки) чувства говорили о множестве заглушающих полей в атмосфере лагеря. Он очень сомневался, что нейтронный лучемет работоспособен, но офицеры предпочли не раскрывать свои секреты.

Все молча шли к палатке Передана. Джандрак с интересом осматривал сооружение. Оно походило на ярко расцвеченный сказочный дворец из прессованного пластика с маркизами, куполами и шпилями. Пластмассовое покрытие ещё и распылялось на поверхность сооружения для прочности, и Джандрак не сомневался, что «палатка» обладала крепостью гранита.

Сам лагерь производил впечатление бивуака, однако впечатление было обманчиво.

— Подождите здесь, — сказал высокий офицер и вошёл внутрь, оставив Джандрака на попечении своего товарища.

Через десять минут он появился, уже растеряв часть самоуверенности. Не сказав ни слова, сделал приглашающий жест. Джандрак прошёл за ним через занавешенный вход в палатку.

Его первоначальные впечатления теперь полностью подтвердились. Он (вместе с охраной) шёл через большие залы, тянущиеся, казалось, бесконечно, с альковами, залитые освежающим бледно-зелёным светом и окрашенные в пастельные тона голубого, зелёного и жёлтого. Стены были почти без орнамента, но столы и стулья являли собой образцы очень тонкой работы, так же как и множество оборудования, назначения которого Джандрак не понимал и предположил, что это устройства связи и поиска информации. У Передана хватало времени и на роскошь: одетые в шёлк офицеры поднимали равнодушные глаза, когда они проходили; его провожатый не обращал на это внимания.

Ещё дальше в здании атмосфера была спокойнее, даже холоднее, и там почти никого не было. Впервые Джандрак увидел женщин: молодые девицы восседали за большими дорогими столами, явно ничем не занимаясь. «Секретарши? — подумал он. — Любовницы? Или просто украшения?»

В конце длинного фойе офицер остановился у двери с портиком:

— Входите, — предложил он.

Джандрак толкнул панель. Она… рассыпалась на множество сверкающих обломков и исчезла, за ней оказался офис Передана. Гость шагнул внутрь, дверь за ним… восстановилась. За полированным столом, легко опираясь на него костяшками пальцев, стоял Передан.

Двое мужчин уставились друг на друга; Джандрак жадно смотрел на Передана, который был как будто бы рассеян и сосредоточен на чём-то постороннем. Джандрак стянул чёрные перчатки и положил их на стол — мирный жест, применяемый в военных переговорах, означающий отсутствие дополнительного оружия на пальцах.

— Признаюсь, давно мечтал посмотреть на этот ваш лагерь, — невозмутимо начал он, глядя на собеседника. Он помнил, что видел принца Передана, когда был ещё маленьким: отец привёл его во дворец для представления ко двору. Почему-то лицо Передана запомнилось мальчику, и сейчас он внимательно смотрел, не обнаружатся ли в нём какие-либо изменения. Лицо принца было таким же гладким и моложавым, так что до сих пор он казался молодым человеком лет семидесяти, но не своего настоящего возраста — трехсот лет. Хотя при более пристальном взгляде эта моложавость выглядела искусственной. Позже Джандрак узнал, что лицо принца менялось в зависимости от обстоятельств или случайной мысли, так что он выглядел совершенно другим человеком. Даже сейчас мгновенная перемена настроения так изменила черты принца и кожу вокруг глаз, что он показался старше, более озабоченным.