Чтение онлайн

– Ну… – Майор пожал плечами. – Основываясь на полученной информации, мы выслали к зданию лаборатории группу экспертов.

– Так. И что же они там нашли?

– Ничего, сэр. На этаже, который описывал устраненный геллис, не оказалось ничего – даже оборудования. Все было вывезено.

– Значит – провал?

Генерал Эвистер постучал пальцами по столешнице, прислушиваясь к извлекаемым звукам. Звучание пластиграммовых столов ему нравилось больше.

– Ошибка, сэр. Такое случается часто, вы же знаете.

– Ошибка. Но из-за вашей ошибки, майор, мы потеряли полсотни рейдеров. А они, знаете ли, стоят немалых денег. Как вы думаете исправлять свои ошибки?

– Я бы предложил допросить полукровок. Они исчезли из подвала и оказались в нескольких километрах севернее, практически за пределами города.

– Хотите сделать это прямо сейчас?

Майор покосился на капитана Култэрго, надеясь найти у него поддержку, но тот опустил глаза к полу, делая вид, что разглядывает свои ботинки.

– Ну так что, майор, давайте прямо сейчас вызовем из ангаров Симмонса и Тайлера, а вы у них спросите, куда они подевались, когда наверху происходил разыгранный вами плохонький спектакль.

– Я… готов поговорить с ними, – решился майор и даже сам удивился своей смелости. Полукровки славились малоизвестными и редко повторяемыми смысловыми ходами, к которым унифицированные мозги канкуртов были плохо приспособлены.

– Отлично. Сейчас я пошлю за ними солдата, а сам тем временем надену джинсы. Тут от моего предшественника остался целый музей иноземной ветоши. Кстати, майор, вы знаете, что такое «коттон»?

Включив на оттоманке расслабляющую вибрационную площадку, Джим положил на нее ноги и, откинувшись на жесткой подушке, погрузился во власть расслабляющей музыки, звучавшей из двух деревянных колонок, которые они с Тони рассчитали и сами собрали из нескольких остававшихся у Фарковского дощечек.

Вдали от родины и соотечественников напарники брались за изучение ремесел, постижение неизвестных наук и реализацию сложных исследовательских проектов. Искусственная, ненастоящая, по мнению Джима и Тони, культура канкуртов со временем стала вызывать в них скрытый протест и желание встряхнуться. Но встряску в этих условиях могли принести только неизведанные прежде эмоции и знания. И все это напарники черпали из творческой деятельности, постоянно что-то изобретая и конструируя.

Из душевой вернулся Тони. Он сразу подошел к своему рабочему столу, где громоздились стопки дисков со старыми справочными материалами. Иногда при создании очередной новинки боевого оснащения напарникам требовалась техническая справочная информация, и они получали ее из своего архива, чтобы не зависеть от начальства, становившегося в последнее время все более подозрительным.

– Ты не видел тут диск с магнитными коэффициентами?

– Что? – спросил Джим, приоткрывая глаза.

– Коэффициенты нужны – для сопряженной пары. Я узел досчитать хочу.

– Вон, под макетом. Ты же сам подкладывал, чтобы горизонт выровнять.

– Точно! – обрадованно произнес Тони и, приподняв угол металлического ящика, вытащил из-под него диск.

– Этот Йодли сказал, что скоро мы познакомимся с новыми девушками, – сказал Джим, выключая оттоманку и садясь.

– Хорошо, – нейтрально отозвался Тони.

– Как-то ты без энтузиазма реагируешь.

– Меня больше результаты испытаний узла интересуют.

– Тони, но ты ведь еще не старый, откуда такое равнодушие? – спросил Джим, вставая на ноги.

– Да ну их, ненастоящие они какие-то, как и все канкурты. Даже не понимают, что делают, а после секса торопливо заполняют отчетные бланки и наговаривают на диктофон отчеты.

– А тебе не все ли равно, дружище, что они там наговаривают? – спросил Джим, подходя к напарнику. – Они же выглядят как кинозвезды, таких девушек даже в элитном санатории не было.

Тони положил на стол громоздкую модельную плату, с рассеянным видом посмотрел в фальшивое окно и признался:

– Я хочу, чтобы меня любили, я хочу что-то значить для женщины, с которой делю постель. А этими фанерными кинозвездами я сыт по горло.

Джим хотел сказать напарнику что-то ободряющее, как-то утешить его, но так ничего и не придумал. Он выключил музыку, вернулся на койку и стал смотреть в давно изученный потолок.

– Мы ведь даже не знаем, как отсюда сбежать, Тони, – сказал он спустя минуту. – А выпустить нас живыми они не захотят.

– Не захотят – это факт. Наш шанс – водородный процессор. Если мы получим его первыми, станем на голову выше их.

– А ты уверен, что он существует, этот мифический процессор?

– Уверен. Я его даже во сне видел.

Неожиданно послышался стук в дверь – звук, специально записанный Джимом и Тони на аудиоскопе. Это означало, что робот-дворецкий давит на кнопку звонка у двери их жилища.

Можно было, конечно, обойтись без всех этих анахронизмов, но в мире, где многие действия для экономии времени были сокращены до минимума, мелкие неудобства казались очаровательными.

– Входите, кто там? – крикнул Тони по привычке, хотя никого, кроме дворецкого, за дверью быть не могло.

Дверь в помещение открылась, и на пороге показался робот.

– Генерал Эвистер желает видеть вас, господа… – пророкотал дворецкий и чинно поклонился.

– Спасибо, приятель, можешь быть свободен.

– Всего хорошего, барин.

Робот вышел. Джим соскочил на пол и сделал несколько разминочных движений.

– Нужно идти, начальство ждать не любит.

– Не успели с задания вернуться, как сейчас же ему поговорить захотелось, – пробурчал Тони. – Думаю, заряжаться нужно по полной программе.

– Ну разумеется, – согласился Джим. «Полная программа» подразумевала визит со шпионским оборудованием, большая часть которого была разработана самими напарниками.

Длинные коридоры, пропахшие сухой плесенью переходы, дымившие углекислотой и ударявшие в нос свежим озоном. По мере того как фронт все дальше уходил в сторону Дифта, все больше подразделений покидали станцию и все меньше внимания уделялось ей эксплуатационными службами. Доходило до того, что Джим и Тони, вернувшись с очередного задания, сами выходили на подклейку теплоизоляции, но, несмотря на эту дополнительную нагрузку, им нравилось, что канкуртов на станции становится все меньше.