Чтение онлайн

– То есть ваши клиенты теперь находятся в наших вооруженных силах на руководящих должностях? – уточнил Эйкер.

– Разумеется, полковник, ведь мы сейчас говорим не о дезертирах, а о честных офицерах, которые не изменяли Дифту.

– Но они нарушили закон.

– Да, нарушили, но не более чем вы, когда покупали наноскоб из запрещенной категории Эр-Эс.

Полковник улыбнулся. Будучи лейтенантом, он тоже покупал Эр-Эс. Запрещенным наноскобом баловались многие, формально это было нарушением закона, однако он не помнил, чтобы кого-то за это привлекали к судебной ответственности.

– Скажите, Канабис, офицеры каких уровней форматирования находятся в ваших хранилищах? И, надеюсь, там нет канкуртов?

– Канкуртов нет, хотя, признаюсь, такая мысль у меня была. Стать островком примирения дифтов и канкуртов… Правда, у нас не было канкуртских кодов форматирования, однако не думаю, что это большая проблема, ведь адаптируются же у канкуртов наши перебежчики.

– Я спросил про уровень клиентов, – напомнил полковник.

– Я помню. У нас имеются все уровни форматирования вплоть до восьмого. В основном к такого рода услугам прибегали те клиенты, кому мы раньше делали функцию скрытого формата. Получив качественную услугу один раз, они приходили к нам еще.

Этот допрос, больше похожий на беседу с более старшим и опытным коллегой, занимал полковника все сильнее, однако он понимал, что Канабис просто старается завоевать его расположение. Полковник уже получил от пленного достаточно информации, чтобы передать его в следственный отдел Гра-Синагры, однако у него были еще вопросы, на которые хотелось получить ответы.

– Скажите, Канабис, каков был максимальный уровень форматирования ваших клиентов?

– Выше восьмого уровня никого не было.

– А это правда, что существует двенадцатый уровень?

– Неправда. То есть технологию форматирования на двенадцатый уровень я знаю, у нас технологический процесс описан очень подробно, однако на этом уровне всякая связь с предыдущим миром разрушается. На наш взгляд, объект двенадцатого уровня просто исчезает. И, насколько мне известно, пока еще никто из форматированных до двенадцатого уровня ни с кем из реального мира не связывался.

– Ну и последний вопрос, господин Канабис. Откуда вы взялись вообще? Судя по всему, прежде вы были военным?

– Разумеется. Многоформатные превращения делаются только в интересах обороны, а для научного и инженерного труда больше годятся натуральные белковые организмы. Я и мои товарищи были военными, но все в свое время получили ранения на информационном уровне.

– Гравитационные боеприпасы? – уточнил полковник.

– Да, что-то вроде этого. Там, где от белковых солдат и роботов не остается ничего, кроме раскаленного газа, переформатированные офицеры превращаются в искореженную информационную матрицу, на которую еще можно «нарастить мясо». И не сразу понятно, что это уже совершенно другая матрица. Функции пошагового форматирования в ней разрушены, что влечет разные неприятные сюрпризы.

– Например?

– Например, неизбежное повышающее форматирование. Каждые три-четыре года я вынужден был повышать уровень форматирования, чтобы оставаться вменяемым. То же касалось и моих товарищей. Они должны были получать новый формат независимо от своего желания. В противном случае возникает угроза двойного существования. В военном госпитале я видел жертв такого положения вещей, но там их оставляют как есть и никто не пытается помочь несчастным. И это ужасно.

Утро выдалось беспокойным. Несмотря на то что накануне в окрестностях форта проводилась операция по поиску дифтских диверсионных групп, с рассветом обстрел возобновился.

– Они их вчера только слегка погоняли, – предположил Тони, потягиваясь.

– Да уж. Здесь кругом этот переменчивый лес, островки зелени, желтые веревки на деревьях, ямы и холмы. По такой местности можно отскочить километров на тридцать, а потом так же быстро вернуться, – поддержал его Джим, морщась от особенно громких разрывов мин, перехваченных над бетонным колпаком форта.

Осколки барабанили по стенам, словно крупный град, время от времени звякая о бронированные жалюзи.

– Так скоро вернуться могут только роботы, – заметил Тони и, встав с самодельной койки, широко зевнул. – Что сбацаем на завтрак?

– Потушим пинофрукты. Или это овощи?

– Неважно. Потушим с порошком из мясозаменителя. Будет как…

– Как яблоки, тушенные со свининой, – предположил Джим.

– Неважно. Все равно будет лучше магнезии. Я в туалет…

– Недолго!

– Да ладно, я последнее время ни разу из регламента не выбивался.

Тони скрылся за дверью установленной в углу большой будки, где роль унитаза выполняло большое сопло от стартового двигателя, а вместо ковша для душа был приспособлен элемент навесной брони от боевой машины.

Джим встал и, сунув ноги в ботинки, сделал несколько разминочных движений. В этот момент в бетонный колпак врезалась неперехваченная мина, и от ее взрыва загудело все здание. Джим поднял кверху указательный палец:

– Вот, я же говорил! Роботы вернулись.

Вдоль стены стояли полдюжины десятилитровых емкостей с водой. Они были изготовлены из высокопрочного пластика и увешаны этикетками ядовитых цветов, снабженными надписями: «Опасно!», «Не бросать!», «Не хранить вблизи!» и тому подобное. Джим пересчитал их и стал прикидывать, на сколько им с Тони хватит этой воды. Получалось, что еще и останется после отъезда.

Покончив с расчетами, Джим подошел к стоявшему на подпорках боевому комплексу. Накануне он отладил шарниры и теперь подвигал «рукава», проверяя их подвижность. Пушка пока лежала отдельно, накануне пришлось разбирать патронную подачу. Джиму показалось, что на холостом ходу она издает какие-то посторонние звуки, но обошлось.

Снаружи продолжали хлопать мины, однако теперь зенитные посты перехватывали их далеко от форта.

Неподалеку промчалась стайка дискорам, они часто появлялись в здешнем небе и были самым эффективным средством борьбы с дифтскими диверсантами.