Чтение онлайн

Наконец, суета с подготовкой к отъезду в Лоусен закончилась. Утром, перед завтраком, мама зашла в комнату и положила на кровать красивое бежевое платье с воротником-стойкой и пышной юбкой, напоминающей корабельные паруса со старых картин. К платью прилагался коричневый корсет из мягкой кожи с множеством ремешков. Одевшись, Сабрина не могла на себя налюбоваться. Но заметив в отражении, как мама украдкой вытерла глаза, кинулась обниматься.

– Сабрина Лиркас, - улыбалась Эллина сквозь слезы, - вынуждена официально заявить, что вы самая красивая студентка, которую только видела Правовая Академия Лоусена!

А внизу ждали дедушки. Дедушка Вилл подарил папку для чертежей. Сабрина визжала от восторга. В ней можно было, и хранить готовые чертежи, и с её помощью создавать новые. Папка легко превращалась и в основу для закрепления чертежной бумаги, и в горизонтальную поверхность с нижней подсветкой, для совмещения нескольких чертежей! В многочисленных кармашках хранились различные линейки, зажимы, лупы и совершенно идеальный набор угольных карандашей разной твердости и заточки.

А вот дедушки Берк и Эдвард молча, поставили на стол средних размеров саквояжик. Тихий щелчок замка.... И Сабрина могла только восхищённо выдохнуть. Целая мастерская! А какой функционал! Облегчение веса, компактность и столько ещё всего!

Завтрак пришлось заменить на пакет с едой в дорогу, потому что есть Сабрина не могла. Волнение, переживание, благодарность родным, за их веру и поддержку, смешались в такой эмоциональный коктейль, что лисичка плакала и смеялась одновременно. Даже когда поднималась по трапу на борт дирижабля "Дорс Компани", даже когда земля стала удаляться вниз, даже когда напротив фигурки, застывшей у ростового иллюминатора заклубилось облачное море, открытая радостная улыбка не сходила с её лица. Сабрина готовилась к новой жизни, которая должна была начаться с поступлением на факультет артифакторики Правовой Академии.

А в самом Лоусене, под чутким руководством братьев Риглов, к тому же поступлению готовилась Алия.

Лерк Уозерр спешил домой. Прошло почти два месяца с той ночи, когда, при помощи друзей, он смог привезти Алию к себе домой. За это время, девушка так о себе ничего и не вспомнила. И молодой волк ловил себя на мысли, что совсем не сожалеет об этом. Ну а вдруг там ещё жених, какой нарисуется? Хотя, что значит вдруг? Лерк был уверен, что уж какой-нибудь надоеда, точно оттирался возле его Алии.

Другое дело, что когда мужчина вспоминал, что у девушки могут остаться родители, которые не получив от дочери вестей, наверное, уже места себе не находили, то его начинала грызть совесть. Однако, его совесть успешно затыкал Торин, приводя вполне серьёзные аргументы.

Во-первых, Лерк спас девушку от далеко не самой лучшей участи. Обеспечил лучшей медицинской помощью, уходом и условиями. Во-вторых, регулярно проверял, не разыскивает ли кто похожую девушку. И, самое главное, не он же бил девушку по голове до потери памяти?! В конце концов, надежда на то, что Алия когда-нибудь всё вспомнит, все же была.

Какие-то моменты и так всплывали сами собой. Вот когда девушка сосредотачивалась и намеренно пыталась вспомнить, то ничего не получалось. А когда она что-то делала, то нужные знания появлялись сами собой.

Частенько, когда они разговаривали, Алия вдруг делала какое-то уточнение, или, например, она с удовольствием взялась за готовку. И рассказывая о самом блюде, могла вдруг рассказать историю с ним связанную.

То, с каким удовольствием она крутилась у плиты, колдуя над очередным ужином, а главное, результат этих стараний, наводил Лерка на мысль, что до потери памяти Алия, была поваром. Как подшучивали над ним братья Риглы, очень полезное увлечение, для будущей хозяйки и жены, просто, как по заказу.

Друзья навещали Лерка и Алию почти каждый день. Если не могли прийти все, то приходил один Олдер, который следил, как действует механическая рука, которую Лерк создал для Алии. К удивлению друзей, осознав потерю, девушка не истерила и не замкнулась в себе. А попыталась перестроиться так, что бы обходиться одной рукой.

Но о молодом Уозерре не зря шла слава, как об очень талантливом мастере. Десятки эскизов сменяли один другой, пока он нашел тот вид механизма, что был максимально приближен к настоящему. С этим помогла, как ни странно, сама Алия. Она показывала, какие линии лишние, а где их не хватает. А ещё она словно чувствовала пропорции.

Лерк с удовольствием вспоминал, как они чертили, стирали, исправляли, спорили целыми вечерами у камина, пока эскизы превращались в детальный чертёж с сотнями выведенных планов, отдельных соединений или деталей. Он даже разработал, и успел запатентовать, разумеется, с помощью Торина, несколько уникальных деталей. Уже готовую руку он доводил до совершенства. Оттачивал каждый пальчик, каждый ноготок, взяв за основу магографии.

Самым сложным было соединение живой плоти с механической частью. Алие пришлось пережить ещё одну операцию. Олдер трудился больше пяти часов, и потом проверял почти каждые два часа. Даже сейчас, спустя столько времени, хоть через день, но старался прийти и осмотреть. Но к чему придраться не находил. Пациентка вела себя спокойно, приживание шло без осложнений, и с каждым днём сама девушка всё реже вспоминала о том, что одна из её рук, создана стараниями талантливого мастера.

Помня, с каким интересом Алия отнеслась к чертежам и разработкам, Лерк фактически перенес домой свой кабинет из мастерской. Алия настолько увлекалась, что могла часами сидеть, исправляя, только ей видимые ошибки. Выкидывая лишние, как ей казалось, детали!

– Знаешь, друг, должен тебя разочаровать, - Оли ехидно ухмылялся. – Боюсь, твоя Алия была вовсе не поваром. И вообще, она, кажется, собирается отнять у тебя твои любимые схемки! Вон смотри, смотри! Карандаш в зубах. Всё, пропала твоя хозяйка.

Лерк не обижался на друга, и интерес к чертежам у Алии его совершенно не расстраивал. Вот, что действительно стало проблемой, так это нежелание девушки покидать стены дома, доходящее до панического страха.

Если внутри дома Алия полностью освоилась, спокойно оставалась одна, улыбалась и шутила. Если в саду, огороженном высокой стеной, гуляла с удовольствием и даже развела несколько клумб. То за забором, она мертвой хваткой цеплялась за руку волка и словно все время ожидала нападения, тщательно осматриваясь вокруг.