Чтение онлайн

– Лазарет и темница для заключённых. Для лазарета я займу свободную комнату на чердаке, а для темницы мы с Моной сделаем ещё один этаж подземелья, – с диким энтузиазмом начал выдвигать свои идеи дядя Ваки.

– Нет, комнату на чердаке лучше оставить, потому что я планирую небольшое пополнение в наших рядах.

– Тогда в мастерской братьев добавим ещё одну дверцу, – улыбнулся старичок.

– Блэк, завтра за порцией Волчьего зелья и полным набором лечебных зелий отправляешься к Снейпу.

– Это такой способ поиздеваться? – произнёс ошарашенный Сириус.

– Римус, я же говорил, что у него есть таки логика! – весело выпалил Гарри, отчего Блэк надулся и начал строить из себя обиженного. – Вот, собственно, и всё.

Спокойной ночи.

Гарри вышел из кухни и сразу же отправился спать. Но сон долго не мог забрать его сознание, потому что тяжёлые мысли о предстоящей войне впервые обрели свою форму и начали мучить его. Так он и пролежал битый час пока, наконец, не смог провалиться в сон.

Сегодня у нас был очередной урок профессора Уайта. Весь день после обеда мы проведём в его обществе. И мне стыдно признаться, но я ждала урока с нетерпением.

Меня зовут Мишель Ротман, и я слизеринка. Возможно, возникнет вопрос, почему же мне нравятся уроки Уайта? Да что значит "возможно"? Наверняка возникнет! И сразу же напросится весьма логичный ответ – я психопатка с наклонностями к мазохизму.

Нет, это не так. На самом деле всё просто – я понимаю этого человека. Мне ясно как день, что он старается нам помочь, только вот способ выбрал своеобразный. Но не могу назвать методы Гарри Уайта недейственными.

Вот так мы и столпились у кабинета ЗОТС, что само по себе странно. Профессор часто опаздывал, но сейчас он просто не пускал нас в кабинет, никогда ещё не было, чтобы он приходил раньше нас. Значит, он что-то готовит. И вот только в такие моменты я начинаю сливаться со стадом моих однокурсников и дрожать от страха. Уж он всегда умел преподнести нам нечто "интересное" или "любопытное".

Даже увалень Хагрид не мог нагнать такой ужас перед темой своего урока. Вот появляется профессор и жестом приглашает нас войти. Сегодня на нём длинные шорты и яркая рубашка с коротким рукавом, которую он не потрудился застегнуть. Я невольно подмечаю в очередной раз, что этот человек очень красив… был бы, если бы не великое множество отметин по всему некогда привлекательному телу. Совсем недавно даже лицо Уайта украсил ужасный шрам, но я только могла порадоваться этому факту. Опять же не потому, что у меня какие-то ненормальные замашки. Если он получает травмы – значит, он воюет. А вот давало мне надежду на то, что не придётся предавать веками хранимую семейную гордость, которую мне привили мои родители, и которую они же так бездарно бросили на пол около ног скота, называющегося Тёмным Лордом.

Захожу и иду к месту за первым столом, но тут же замираю в ужасе. В нашем кабинете ещё со времён Люпина было несколько клеток, в которых оборотень демонстрировал интересных животных. Эти клетки крепились в углах над доской в воздухе, но большую часть времени были подняты под самый потолок, до которого, кстати, добрых метров шесть. Сейчас же клетки заняли положение "для демонстрации", а внутри каждой находился… человек.

– Здравствуйте класс, – произнёс своим коронным "арктическим" голосом Уайт, после стандартной процедуры "закрытия класса", и даже я вздрогнула от этого. – Ещё на первом уроке я вам обещал прочитать лекцию по… приёмам дознания. Но по стечению обстоятельств у меня есть возможность не останавливаться на устном уроке, а провести практику. Займёт это у нас три занятия, надеюсь. Но это при условии, что мои экспонаты… согласятся составить нам компанию на столь длительный срок. Боюсь что вот этот, – Гарри указал рукой на человека в левой клетке, – не выдержит и дня, а потому сегодня сделаем акцент именно на нём.

Чтобы не мучился, – с дьявольской улыбкой произнёс Уайт последние три слова, и даже Креббу с Гойлом было ясно, что "экспонат" "не мучиться" не сможет.

Сказать, что я была шокирована, значит, ничего не сказать. Я была в ужасе! В отличие от всех идиотов, с которыми я вынуждена учиться, фразу про эту самую "лекцию" я восприняла всерьёз и с ужасом ожидала. А вот такого поворота событий ждать не могла. Люди были в ошмётках чёрных мантий, а лица закрывали серебряные маски, которые не раз мне приходилось видеть. В клетках были мужчина и женщина. Оба обладали чёрными, длинными волосами. А замучить до смерти Уайт обещал именно мужчину. Я была просто в ужасе от того, что придется наблюдать, а ещё хуже – участвовать. Но следующая моя мысль просто оглушила меня на несколько минут.

Ведь возможно, сейчас на глазах у всего слизерина может быть замучен один из родителей любого, находящегося в этом классе. Рядом со мной раздался вздох облегчения, очевидно, Драко размышлял так же как и я, а у обоих его родителей волосы обладали белым цветом, как и его собственные. Уайт взмахнул рукой, и в щелях между прутьями клетки показались руки пленников, повинуясь второму взмаху профессора, на свет показались два ярких, извивающихся знака мрака.

– Ожила то, метка, – с ехидной улыбочкой, но всё тем же ледяным голосом произнёс Уайт. – Туповатый Лорд завёт своих рабов, не понимая, что такие вот фанатичные шавки, как данные экземпляры, пропустят вызов только по одной причине. Позвольте вам представить мистера Эйвери, – продолжал профессор, а я только и смогла удивиться, что такая юркая и скользкая тварь, как мой любимый дяденька, наконец попался и, дай бог, закончит свою жизнь сегодня. – Вы все его знаете, он один из лучших "дознавателей" Тёмного Лорда, опытнее его только любимая тётя нашего Драко Малфоя, которая тоже сегодня посетила наше скромное мероприятие. – Этот человек монстр! Эйвери и Лэстрейндж! Два представителя внутреннего круга, а он их просто "поймал" и собирается замучить как животных, которыми они и являются.

Я повернулась, чтобы посмотреть на реакцию Драко – тот был просто в астрале, о признаках интеллекта в его голове напоминали только попытки закрыть рот и частое моргание. – Беллатрикс Лэстрейндж. Для начала "Imperio", – произнёс Уайт, направив палочку на Эйвери. Далее мой дядя как-то оживился, и ему открыли клетку.

Он спрыгнул и подошёл к профессору, затем на запястьях появились кандалы, а на шее ошейник. В таком виде Эйвери прошествовал до классной доски и прицепил себя к только что трансфигурированному из стены крючку.

– Для начала я хочу заметить, что это будет только практика непосредственно… принуждения к сотрудничеству, всё, что я хотел узнать от этого дуэта, я уже знаю.

У меня есть ещё один зверёк, но, согласитесь, неприлично было бы замучить до смерти человека на глазах у его сына, – произнёс Уайт после того, как Эйвери пристегнул себя к стене. От произнесённого по классу прошлась волна ужаса.

Каждый сразу задумался, когда в последний раз получал весточки от родителей, даже я считаю, что это было ударом ниже пояса. Нельзя так. – А теперь давайте побеседуем с вами о "Круциатусе". Моими усилиями, Вам всем известно это проклятие, но не каждый знает, что это такое. Для начала, Круциатус не приносит боли, он только изображает её. Заклинание Crucio вызывает иллюзию боли и бьет по всем возможным нервным окончаниям. Раздражает все пять органов чувства.

Неприятная вещь. Вот только побороть его может любой маг с уровнем интеллекта выше среднего. Предлагаю тест. Crucio Палочка профессора Уайта направилась на прикованного мужчину, и весь класс заполнил дикий крик боли. Эйвери начал биться в конвульсиях на полу и корчиться от боли. Он изгибался до немыслимых поз, казалось, что дядя просто не замечает, как выворачивает себе суставы. А все мы смотрели на это, будучи неспособными оторвать взгляда от ужасного зрелища. Крик смолк так же резко, как и раздался.