Чтение онлайн

–  Но почему?
– изумился я.

Мне история, рассказанная в мюзикле, очень нравилась, мне казалось, что в ней есть и мудрость, и доброта, и тонкий юмор.

–  Потому что, дорогой мой, падших ангелов нет. Вообще никаких ангелов нет. И дьявола нет. Поэтому та система взаимоотношений, которая там у вас показана, - неправильная. Неестественная, надуманная.

О господи, да бабка оказалась банальной атеисткой, и ее соседка тоже, они не верят ни в бога, ни в черта, ни в рай, ни в ад, вот почему им не понравился "Падший ангел"! А я-то собирался уже было услышать какую-то серьезную осмысленную критику.

–  Но ведь это аллегория, - попытался мягко возразить я.
– Никто не настаивает на том, что бог есть, просто это художественный прием...

–  Голубчик, бог есть, это несомненно, это даже не обсуждается, перебила меня Мария.

–  Тогда что вас не устраивает в сюжете? Я что-то не пойму.

–  Бог есть, - повторила она с глубокой убежденностью.
– А вот всего остального, всех этих глупостей вроде ангелов, чертей, дьяволов и ада, ничего этого нет. И быть не может.

–  Почему вы так считаете?

–  Потому что бог всемогущ. Он создал все, что есть. Нет ничего, что было бы создано не богом, потому что никто больше не обладает такой мощной созидающей силой. Вы согласны?

–  Разумеется.

–  Бог может все. Нет ничего такого, что было бы ему не под силу. Вы с этим согласны?

–  Ну конечно же, - снова подтвердил я.

–  Тогда зачем сатана? Зачем ад? Зачем пугающие сказки о падших ангелах? Зачем бог это придумал и создал?

–  Как это зачем? Чтобы мы не грешили. Чтобы мы знали, что, если будем вести себя неправильно, нас ждет ад. Это же ясно.

–  Вы уверены?
– Мария грустно улыбнулась.
– Это не так ясно, как вы думаете. Зачем богу нужно, чтобы мы боялись и не совершали плохих поступков, когда он своей властью может удержать нас от них, не допустить их, не дать нам их совершить? Вы же согласились с тем, что бог может все, а теперь отступаете от своих слов.

–  Ну...
– я озадаченно умолк. В таком аспекте я никогда о боге не думал.
– А у вас есть ответ?

–  Есть, - кивнула старуха.

–  Я могу его услышать?

–  Видите ли, дорогой мой, если бог не удерживает нас от некоторых поступков, если он допускает, чтобы мы их совершали, значит, такова его воля. Его святая воля. Он хочет, чтобы мы вели себя так, как считаем нужным, и пожинали плоды своих поступков в виде их логических последствий. Ему совершенно не нужно нас пугать адом и дьяволом, ему не нужно ограничивать свободу наших поступков страхом. Он хочет, чтобы у нас была полная свобода выбора в каждой жизненной ситуации. А если он начнет нам что-то разрешать, а что-то запрещать, то это будет уже не свобода, а вынужденное поведение. Вы меня понимаете?

–  Но зачем? Зачем ему нужно, чтобы у нас была свобода выбора?

–  Потому что только в свободном выборе душа может построить себя и укрепить. Не из-под палки, не принудительно, а свободно, основываясь на собственных чувствах, переживая собственный опыт и пожиная плоды своих выборов в каждый конкретный момент, оценивая последствия, делая выводы и от этого набираясь силы и мудрости. Только так душа может вновь стать чистой и прекрасной, какой она была когда-то. Но это сложная мысль, голубчик, особенно для человека неподготовленного. Если вам интересно, мы можем еще не раз к этому вернуться.

Если мне интересно! Да мне никогда в жизни не было так интересно, как в этой деревне, а особенно - здесь, на крыльце дома странной богатой старухи с библейским именем Мария...

–  Кому ты говорила, что я здесь?
– спросил я Мусю.

–  Специально - никому, - она пожала плечами.
– Но огромное количество людей и так знают.

–  Откуда?

–  Ну Корин, не будь ребенком, - ее красивые брови досадливо шевельнулись.
– Как будто ты не знаешь, как происходит утечка информации. Моя секретарша, твои дамы, я имею в виду Ольгу Андреевну, Лину и твою дочь, а заодно и твою первую жену, твой друг, который к тебе дважды приезжал, весь медперсонал как в Талдоме, так и здесь - каждый из них мог кому-то что-то сболтнуть. Не по злому умыслу, а случайно, ради сплетни, например, или еще по каким-то мотивам. А здешние больные? Ты думаешь, если ты ни с кем не общаешься, так тебя здесь никто и не узнал? Фигушки! Меня журналисты все это время буквально осаждают звонками: когда можно приехать и взять у тебя интервью? Заметь себе, не "куда можно приехать", а именно "когда". То есть "куда" - они прекрасно знают.

–  Неужели?
– поразился я.
– Ты мне ни разу не говорила, что журналисты тебе звонят.

–  А зачем? Ты начнешь нервничать, злиться, переживать. А тебя надо беречь. К тому же, что изменится от того, что я скажу тебе об этом? Ты свою электронную почту проверяешь?

–  Нет. Боюсь вирусов. Это в городе у меня всегда есть возможность срочно полечить компьютер и спасти все, что в нем есть. А если что случится здесь, в санатории, то вся начинка ухнется. Деловая переписка идет через тебя, а все остальное меня сейчас мало интересует.

–  Если бы ты посмотрел почту, ты бы увидел, какое количество журналистов тебе пишет с просьбами об интервью. Интерес к твоей особе колоссальный, тем более что стараниями твоей дочери сразу после аварии все узнали про амнезию. Потом им с твоей подачи дали информацию о том, что ты все вспомнил и с головой у тебя нет никаких проблем. Потом замелькали ссылки на твою дочь, которая продолжала твердить про амнезию. Потом я всем говорила обратное, как ты и просил. Все окончательно запутались, но мои высказывания уже никто не опровергал, и теперь журналисты верят, что у тебя с головой полный порядок, и всем хочется написать о том, как это бывает у известных личностей, что сначала все помнишь, потом не помнишь, потом снова помнишь. И будет ли этот любопытный опыт отражен в твоих последующих произведениях.

–  Муся, я изменил свою позицию. Я хочу дать интервью.
– Кошечка молча достала свой знаменитый органайзер, открыла, приготовила ручку. Вот за что я ценю своего литагента, так это за ее умение не задавать вопросов именно тогда, когда я не настроен на них отвечать. То есть никакого квохтания с возгласами "почему?", "как же так?" и "что случилось?". Спокойная деловая готовность выполнить каприз автора номер один. В благодарность за ее деликатность я решил все-таки пояснить свое решение.