Чтение онлайн

— Если среди стражей нет магов, то плевое дело, — довольно самоуверенно произношу.

— Только сам владелец особняки, и, возможно, некоторые его гости, — кивнула воровка. — На наше счастье, в эту субботу в особняке запланирован бал-маскарад. Мы легко смешаемся с толпой, после чего мы проникнем в охраняемую зону. Если повезет, то о нашем визите никто так и не узнает. Не думаю, что владелец будет трубить о том, что его обокрали. Аристократам порой проще потерять деньги, чем потерять лицо...

На этом наш разговор и закончился. Пока Энид отвлеклась на меня, воровка растворилась в тенях, незаметно для писательницы покинув комнату. Когда Энид повернулась, воровки уже и след простыл.

— Опять она это сделала! — недовольно воскликнула Энид.

Похоже не мне одному нравится с ней играться...

К этому времени за окном уже потемнело. Что ж, похоже мое добровольное затворничество подошло к концу. Найдя свою театральную маску с хмурым лицом, я решил немного прогуляться. Ночные улочки Санкт-Петербурга ждали меня.

Глава седьмая. Баба Яга.

— Жил я рядом с деревушкой под названием Бездна, — старик в драной шинели, устало рассказывал. — И собрали местные жители сход. Что платежи, которые мы платим боярам за землю, мы уже давно выплатили, — после этих слов старик улыбнулся, показав свои почерневшие зубы. — Вот только благородиям это сильно пришлось не по нутру и по нашу душу отправили два полка. Самых активных расстреляли, а остальных разогнали прикладами...

Сидя на крыше здания, наблюдая, за питейным заведением напротив, я краем уха слушал разговор двух бездомных. История меня не сильно удивила, я уже понял, что освобождение крестьян пошло по самому скверному варианту. За все заплатили эти самые крестьяне. По сути рабские клятвы сменились экономической удавкой. Как по мне хрен редьки не слаще.

Пошарив по карманам, я достал рубль одной монеткой. Подкинув ее воздух, я перепрыгнул на другую крышу. Допрашивая убитого мной купца, я узнал, где собираются любители «чувственного» удовольствия. Это оказался бар, где по выходным проводят бои. Иногда эта собаки или петухи, а иногда пара рабочих... что за деньги были готовы убить друг друга.

У бара есть два входа: официальный и для прислуги. Но помимо этих двух, я заметил на крыше небольшое оконце. В случае нужды через него в бар можно будет попасть незамеченным. Зачем мне это вообще нужно? Я хотел перехватить пару личностей, адреса которых я не знал. Выследить, словно диких псов, что отведали человеческой крови...

Впрочем, сегодня никто из интересующих меня «господ» в бар так и не пришел, так что я не стал здесь больше зря тратить время. Безусловно, я сюда еще наведаюсь, но не сегодня. Все, что я хотел, я уже и так увидел. В будние дни здесь ничего интересного не происходит, по крайней мере на виду.

***

Прыгая по крышам, возвращаясь со своей «охоты», я увидел на одном из домов мистическую метку. Рука в центре которой был нарисован глаз. С виду обычные детские каракули, вот только от них так и веяло секретом. Подобное могло бы быть как ловушкой, так и приглашением для своих. Помедлив, я все же решил заглянуть. В своих силах справиться с проблемами я более чем уверен.

Окно рядом с символом, которое вело на чердак, оказалось не заперто. В темном помещении сушились различные травы, подвешенные на веревке. Пройдя к лестнице вниз, я осторожно заглянул в проем. Там в свете керосиновой лампы был разожжен очаг, на котором грелся казанок, в котором булькала какая-то зеленая жижа.

Обстановка выглядела скорей по-домашнему, так что я стал искать взглядом хозяйку. Почему именно хозяйку? Да вся обстановка подошла бы больше деревенской знахарке, а не какого-нибудь алхимику или чародею.

Скрип половиц и деревянная дверь в комнату отворилась. На кухню вошла сухая старушка с белым платком на голове. С кряхтением передвигая деревянную трость, что больше походила на плохо обтесанную палку, она подошла к казанку, деревянной ложкой помешав зеленую жижу.

— Чего замер? — с кряхтением произнесла она, не оборачиваясь. — Заходи, коли пришел.

Бабулька явно знала какую-то мистическую истину, это я понял сразу, вот только насколько она опасна? Ответа я не знал, но все же решил спуститься к ней. Я пришел сюда ради новых знаний, и я их получу. Если же старая решит на меня напасть, то бог ей судья.

— Довольно мерзкую бурду ты готовишь, — с усмешкой киваю на очаг, спустившись вниз.

— Это мазь для больных суставов, хотя, если хочешь, могу тебя ею накормить, — ехидно раздалось в ответ.

— Пожалуй, откажусь, — все же решаю проявить вежливость. — Я увидел твой символ, мне стало интересно, — с намеком посмотрев на нее.

— Мне тоже интересно, что ты за существо, — оскалилась старая, показав ровные ряды белых зубов. — Но не буду, мне не нужны неприятности от бессмертных... — с намеком закончила она.

Очевидно, я должен был что-то понять из ее намека, вот только я ни черта не понял. А потому, решаю сыграть наобум:

— Что ты можешь предложить? — немного вальяжно усевшись на деревянную табуретку, которая стояла возле лестницы.

— Многие думают, что ведьмы любят детей, — усмехнулась старуха, — но я скажу так, их ценность сильно переоценена. Я люблю грешников. Чем больше грехов, тем лучше! Принеси мне кости грешника, и я сделаю из них амулет, либо даже вызнаю секрет мертвеца. Стужа на многое способна... она замораживает человеческую память в костях...

— Значит, кость грешника? — задумчиво на нее посмотрев. — Я ищу знания о путях, тебе есть, что предложить? — с этими словами я показал ей бронзовую монету, что мой последователь обнаружил на разрушенной мукомольне.

Бронзовая спинтрия, монета духов. Я не знаю ее истинной ценности, вот и посмотрим, что мне предложат в обмен.

— Состоятельный клиент, какая редкость по нашим временам, — оскалилась старуха. — Не уверена, что тебе это будет интересно, но у меня действительно кое-что есть.