Фантомные боли
Шрифт:
Небольшая французская деревушка расположилась прямо у подножья невысокой горы. День был солнечный, но ветреный. Иногда казалось, что за этой горой находится мощная турбина, которая нагнетает воздух, и, когда давление становится слишком высоким, вся эта воздушная масса перекатывается через гору и лавиной обрушивается на окрестные поселения. Впрочем, сильный ветер не нарушил традиционного кофепития местных старушек, которые уже успели сходить на почту и теперь сидели за столиками и в сотый раз рассказывали друг другу про походы к врачам, любимых внуков и про детей, которые совершенно неправильно их воспитывают. Время от времени доносился их скрипучий смех. Несмотря на регулярное поглощение пирожных в уютной кондитерской, старушки в массе своей были сухопары и подтянуты. Кариес им тоже не грозил по той простой причине, что на вставных челюстях он не образуется.
На парковку напротив кондитерской заехала машина, из которой вышла неброско одетая женщина лет пятидесяти пяти. Женщина зашла в кондитерскую и купила шоколадный торт.
Она вернулась к машине, мотор заурчал, и она медленно поехала по узким, вихляющим улочкам городка, затем выехала за его пределы и направилась к небольшой деревне. Открылся прекрасный вид на невысокие рельефные горы. Машина свернула к деревне и въехала в открытые ворота. Женщина вышла из машины и позвонила в дверь небольшого уютного дома.
Лера, хозяйка дома, высокая симпатичная блондинка лет сорока пяти, в это время протирала вазу. Услышав звонок, она неловко повернулась и задела фотографию, на которой она была запечатлена с мужем. Фотография полетела на пол, стекло вдребезги разбилось. Лера попыталась собрать осколки, но тут же порезала палец.
– Иду, иду, – крикнула она, пытаясь одновременно остановить кровь.
Лера открыла дверь и сказала:
– Привет, Галь. Проходи. Я уже думала, ты не приедешь.
– Лер, ну если я сказала, что заеду, значит, заеду. Что у тебя с пальцем, вон весь в крови.
– Да вот, фотографию разбила, стеклом порезалась. Проходи.
Галина подняла вверх коробку с тортом и сказала: – Смотри, что я принесла. Шоколадный торт – моя слабость. Не удержалась.
– Ну, как говорил, Оскар Уайлд, «единственный способ отделаться от искушения – уступить ему».
На кухне размеренно засопел чайник.
Галина огляделась по сторонам.
– Как же всё-таки у тебя хорошо! Всегда так тепло и уютно. Прямо с порога это чувствуешь. И как ты только всё успеваешь? И дом в порядке и чистоте содержать, и сыном заниматься, и мужем, и собакой? Ещё работаешь, когда получается. При этом прекрасно выглядишь. Меня бы на всё это не хватило. Кстати, как твой пёс, получше?
– Да старенький он уже. Даже представить себе не могу, что наступит момент… – На глазах Леры навернулись слёзы. – Серёжка уже взрослый, почти студент. Работа – чтобы в форме себя держать. Ты же знаешь, как быстро уходит язык, если с ним не работать. Да и вообще, хочется иногда на людей посмотреть и себя показать. Не всё же здесь, в глуши, в саду копаться.
– Да что случилось-то тогда?
Лера немного замешкалась.
– Я даже не знаю, с чего начать. Всё это кажется диким и нереальным. Как будто не со мной всё происходит.
– Начни с самого начала. Лёшка, что ли, загулял?
– Невозможно в это поверить, правда?
– Да исключено! Твой Лёшка?! Интроверт, бирюк, однолюб… Не выдумывай! Мужики вон говорят, что он после работы – сразу домой. Ни пиво с ним попить, ни в сауну… И спортом никаким не занимается.
– И тем не менее. Он вроде и дома, а с другой стороны, – нет его. После работы заглотает ужин и наверх к компьютеру. Я его и не вижу практически. Всё время перед этой железякой. А стоит мне войти туда, он сразу раз мышкой и закрывает что-то. На экране сайт какой-нибудь самый обычный. Он с кем-то переписывается, и очень активно.
– Ты спрашивала?
Лера тяжело вздохнула.
– Конечно, спрашивала.
– И?
– Говорит, что ни с кем он не переписывается. Что как такая глупость могла мне прийти в голову. Но ведь точно переписывается. Он долбит по этим клавишам до двух ночи. И так каждый день! Представляешь? А потом ведь и на работу надо идти.
– Может, на сайтах что ищет?
– Ну не каждый же день искать на сайтах и ровно до двух ночи!
– Действительно странно.
– Тут как-то у него комп накрылся. Почта не работала. Так он меня просто извёл, чтобы я как можно скорее связалась с компьютерщиками. Ходил нервный такой все три дня, как будто жизнь остановилась. Да он с минуты на минуту должен с работы вернуться. Ты сама всё и увидишь.
Через несколько минут раздался звук подъезжающей машины. Оставив машину в гараже, муж Леры вошёл в дом и сразу заглянул на кухню.
– Вот и я. Галя, привет! Как жизнь?
– Да нормально, Лёша, – ответила Галина. – Вот с Леркой ждём тебя.
Лера стала накрывать на стол. Алексей быстро поднялся на второй этаж, сразу включил компьютер и проверил почту. Не обнаружив ничего заслуживающего внимания, он переоделся и спустился вниз.
Ужин выглядел весьма аппетитно – тонкие ломтики мяса под грибным соусом, несколько запечённых картофелин с укропом и маринованные помидоры домашнего приготовления.
– Вот умеешь ты, Лер, не только вкусно всё приготовить, но и эстетично всё оформить, – сказала Галина, предвкушая трапезу. – Правда, Лёш?
Алексей же был настолько погружён в какие-то свои мысли, что даже никак не отрегировал на вопрос Галины. Он быстро заглотал ужин и встал из-за стола.
– Спасибо. Я вас теперь покину. Вы тут без меня дальше. Не буду вам мешать. Поговорите тут о своём, о девичьем.
Лера вздохнула.
– И вот так каждый день. Я ничего не понимаю, но у меня ужасное предчувствие. Он стал абсолютно другим. Совсем чужой.
– Ну, может, кризис среднего возраста. А что если вам съездить куда-нибудь вместе, отдохнуть?
– Мы собирались сначала в Москву дней на 10, там дела кое-какие. Опять же мать там его. А потом хотели на море на недельку. Да тут собаке хуже стало, пришлось всё переиграть. В Москву он поедет один, а я останусь с собакиным. А потом, скорее всего, я одна поеду на море, а он будет собакой заниматься. Хотя, честно говоря, никакого настроения нет.
– А когда ты стала замечать вот эти его странности?