Чтение онлайн

— Молодец! — помощник Управителя осторожно похлопал Боса по обнаженному плечу. — Ты сделал больше, чем мог!

Гладиатор неуверенно улыбнулся и пошел прочь.

— Наставник!

Кэр коснулся мускулистой руки Хар-Руда.

— Ты сказал: к лекарю! Разве Кушога жив?

— Бос срезал ему кусок скальпа и продырявил бок! — сказал помощник Управителя. — Ты что, не видел, как он повернул меч, когда пробивал кольчугу?

Гладиатор по прозвищу Бей-Брат подошел к ним.

— Порядок! — сообщил он.

— Главное, — сказал Хар-Руд. — Вовремя остановить кровь! Ублюдки любят кровь! Когда они видят много крови, их тупые головы окончательно перестают соображать! Бос сделал все, как надо!

— Спасибо тебе и Грониру! — сказал Бей-Брат, все еще стоящий рядом.

— Раньше побежденных прижигали железом, чтобы узнать, мертвы ли они по-настоящему! — пояснил он Кэру.

— Ублюдкам нужна кровь! — отмахнулся Хар-Руд. — Побольше крови — и они довольны. Бос словчил, но кто это увидел, а? А если и увидел, пусть докажет!

— А что теперь будет с Кушога? — спросил Кэр.

— По закону он — труп! — сказал Хар-Руд. — Может убираться хоть в преисподнюю! А может сменить кличку и снова выйги на Арену месяца через четыре! Не такой он крутой боец, чтобы кто-то запомнил его лицо! Вот этого, — он ткнул в подошедшего к решетке Боса, — запомнят! Ну, ты доволен?

— А ты? — спросил гладиатор.

— Я-то знал, что ты вывернешься!

— Еще бы! — Бос ухмыльнулся. — Он должен мне целую мерку серебра! Как же я мог его прикончить?

Рабы заменили окровавленный песок на Арене свежим.

Глашатай объявил следующую пару.

— Бос — мастер! — сказал Хар-Руд, когда длиннорукий гладиатор отошел. — Сам Фаргал не сделал бы лучше! Учись у него, парень!

— А ты, — спросил Кэр. — Ты — сумел бы?

— Я? Пять лет назад я был сильнее Боса! Но и тогда подобное было мне не по зубам! Запомни: убить всегда легче, чем оставить в живых!

Вторая пара медленно сближалась.

Оба — мощные, широкоплечие. Но Медведь — воистину великан. Огромная двойная секира в его руках казалась легкой, как тростинка. Рыжая густая борода выбивалась из-под рогатого шлема. Шершень был вооружен длинным, окованным железом, двужальным копьем. Один наконечник — прямой, широкий, второй — отходящий в сторону остро отточенный серп.

Медведь взмахнул секирой, и стальная цепь в локоть длиной, шедшая от рукояти лабриса к запястью левой руки гладиатора, загремела, как десяток кандальников.

Шершень ударил копьем. Пока — только угрожая. Медведь хакнул, выбросил секиру вперед и вдруг завертел ею над головой, заставив противника отшатнуться.

Шершень попятился, а Медведь надвинулся на него. Огромный лабрис с шумом разрезал воздух. Шершень отступил почти до самой решетки. Казалось, сейчас он упрется спиной и — конец. Но, когда осталось всего несколько шагов до края Арены, Шершень с удивительным для такой громадины проворством прыгнул вперед, пригнул голову (секира просвистела, едва не срубив маковку шлема) и ткнул острием, больше похожим на короткий меч, чем на навершие копья, прямо в грудь противника.

Возможности уклониться или отбить удар лабрисом у Медведя не было. Потому он попросту вмазал по навершию огромным кулачищем в железной рукавице. И удар был так силен, что отклонил в сторону даже тяжелое копье. Оно, прободив нагрудник, лишь слегка задело левый бок гладиатора.

Шершень метнулся в сторону, уходя от летящего топора. Теперь они поменялись местами, и у Шершня снова появилась возможность отступать через всю Арену. Он сделал вид, что собирается следовать прежней тактике, но когда Медведь, рыча, надвинулся, Шершень бросил копье вперед, попытавшись при обратном его движении подрезать Медведю жилы на ногах серповидным лезвием. Не вышло.

Кэр жадно следил за поединком. И вдруг поймал себя на мысли, что заранее знает, кто победит в этой схватке.

Вдруг Шершень воткнул копье в песок, перепрыгнул через древко и обратным, окованным бронзой концом оружия парировал руку Медведя, сжимавшую секиру. Тот потерял равновесие, отшатнулся назад, попытался цепью поймать копье. Шершень упал на колено, выдернул наконечник из песка, крутнул копье над головой. И серповидный наконечник воткнулся в ногу Медведя.

Шершень рванул копье на себя. Но его противник, выпустив повисшую на цепи секиру, успел схватить древко копья и выдернуть наконечник из раны раньше, чем лезвие разорвало мышцу.

Шершень, даже не пытаясь вырвать свое оружие из руки Медведя, отпустил копье, откатился в сторону и…

Двойная секира, к длине рукояти которой прибавилась длина цепи, взвилась в воздух и догнала его.

Изогнутое лезвие разрубило наплечник и на глубину локтя погрузилось в человеческое тело. Добивать Шершня не было нужды.

Медведь, не обращая никакого внимания на вопли зрителей, повернулся и, зажав ладонью рану на бедре, похромал в сторону ворот.

— А я-то надеялся, Медведь возглавит нашу партию! — разочарованно проговорил Стикс, гладиатор из западных карнигов.

Помощник Управителя посмотрел на Кэра.

— Иди-ка поищи Боса! — велел он. — Пусть сам подберет старшего для партии Зеленых!

Юноша рассчитывал посмотреть третью схватку, но спорить с Хар-Рудом не стоило.

Разочарованный, он отправился в помещение для раненых. Кэр рассчитывал найти Боса рядом с Кушога.

Но Боса там не было. Маленький лекарь накладывал повязку на раненую ногу Медведя. Бедро гладиатора было толще, чем туловище лекаря.

— Бос? — спросил юноша.

— Поищи у вольер! — пробасил Медведь. — Я видел, он отправился туда!

И верно, самериец нашел его там, в полном одиночестве, если не считать десятка хищных зверей в клетках. Гладиатор развлекался метанием ножа в деревянную стенку вольеры с грязным рассерженным львом.

Каждый раз, когда нож звонко ударял в дощатую перегородку, хищник злобно рычал. И норовил ухватить Боса лапой, когда тот извлекал из дерева нож.

Гладиатор рычал в ответ. Очень похоже.

Кэр обратил внимание на то, что все отметины, оставленные ножом, можно накрыть ладонью.

— Хар-Руд просил тебя подобрать старшего для партии Зеленых! — сказал юноша.