Чтение онлайн

Пришлось отказаться от надежды догнать фургон или хотя бы кого-нибудь, кто видел, куда он скрылся. Я сел в машину и застегнул воротник сорочки. Галстук пропал.

Я взял автомобильный справочник и отыскал в нем буквы АРХ. Насколько можно было доверять справочнику, лошадиный фургон был зарегистрирован в Западном Суссексе. Если только номерной знак не фальшивый, при желании можно было разыскать владельца фургона. Минут пятнадцать я сидел и думал, потом завел мотор и поехал обратно в Мейденхед.

Город сиял огнями, хотя магазины были уже закрыты. Дверь полицейского участка была раскрыта настежь. Я вошел и спросил инспектора Лоджа.

– Его еще нет, – сказал полицейский у стола в углу, взглянув на часы. Было половина седьмого, – Но он должен быть с минуты на минуту. Подождите его, сэр.

– Вы говорите, еще нет? Вы хотите сказать, что он только сейчас начинает работу?

– Да, сэр. Он сегодня в ночной смене. По субботам вечера бывают трудные, – добавил он, улыбаясь. – Танцевальные площадки, рестораны, автомобильные аварии. – Я улыбнулся ему в ответ, сел на скамью и стал ждать. Через пять минут Додж вошел, быстро снимая на ходу пальто.

– Добрый вечер, Смолл, что нового? – спросил он полисмена.

– Тут вас дожидается джентльмен, – сказал Смолл, указывая на меня. – Он ждет всего пять минут. Лодж обернулся. Я встал.

– Добрый вечер, – сказал я.

– Добрый вечер, мистер Йорк. – Лодж пристально посмотрел на меня, но не выказал никакого удивления. Взгляд Лоджа задержался на воротнике моей сорочки, и его брови чуть заметно поднялись. Но он сказал только:

– Чем могу быть полезен?

– Вы очень заняты? – спросил я. – Если у вас есть время, я хотел бы вам рассказать..., как я потерял галстук. – Посреди фразы я вдруг замялся, не решаясь сказать прямо, что меня избили. Так что Смолл окинул меня удивленным взглядом, явно подумав, что я спятил, если пришел в полицию, чтобы рассказывать инспектору, как я потерял свой галстук.

Но Лодж, умевший понимать с полуслова, сказал:

– Входите в мой кабинет, мистер Йорк. – Он прошел вперед, повесил на крючок шляпу и пальто и зажег газовую горелку, но ее раскаленные прутья не сделали более уютной эту суровую, наполненную папками комнату.

Лодж уселся за свой опрятный стол, а я, как и в прошлый раз, сел напротив. Он предложил мне сигарету и поднес зажигалку. Успокоительный дым проник мне в легкие, и я подумал: с чего же мне начать?

Я сказал:

– Есть у вас что-нибудь новее с позавчерашнего дня по делу майора Дэвидсона?

– Нет, боюсь, ничего. Теперь это для нас дело не срочное. Вчера мы обсудили его на совещании и консультировались с вашим старшим распорядителем. Есть решение следственного суда, и вашу историю считают плодом юного разгоряченного воображения. Никто, кроме вас, не видел проволоки. Желобки на столбе препятствия могли быть от проволоки, а могли быть и не от проволоки, а когда они появились, вообще не известно. Я так понял, что это довольно распространенная практика у служителей ипподрома – в промежутках между скачками натягивать проволоку между столбами, чтобы всякого рода любители из публики не прыгали через препятствия и не портили березовых брусков. – Он помолчал, а затем продолжал:

– Сэр Кресвелл сказал, что, по мнению некоторых членов Национального комитета конного спорта, с которыми ой беседовал, вы просто ошиблись. Если вы и видели проволоку, она, конечно, использовалась кем-нибудь из служителей ипподрома именно в этих целях.

– Они расспрашивали этого служителя? – спросил я. Додж вздохнул.

– Старший служитель сказал, что не оставлял проволоки на скаковой дорожке, но один из людей, состоящих у него в штате, очень стар и голова у него путаная, так что он не уверен, не оставил ли тот по забывчивости.

Мы смотрели друг на друга в мрачном молчании.

– Ну а сами вы что думаете? – спросил я наконец. Лодж сказал:

– Я верю, что вы видели проволоку и что майор Дэвидсон был с ее помощью сброшен на землю" Есть один факт, который я лично считаю настолько важным, что он дает мне основания верить вам. Служитель, назвавшийся Томасом Куком, не пришел получать деньги за два дня работы. Мой опыт показывает, что у рабочего человека должны быть веские основания, чтобы пренебречь конвертом с получкой. – Он желчно улыбнулся.

– Я могу вам дать еще один факт в доказательство того, что падение майора Дэвидсона не было несчастным случаем, – сказал я, – но тут вы опять должны поверить мне на слово, потому что доказательств у меня нет.

– Говорите.

– Кто-то очень уж постарался подсказать мне, чтобы я не задавал неловких вопросов об этом деле. – Я рассказал ему историю с фургоном и добавил:

– Ну, как здесь насчет плодов юношеского разгоряченного воображения?

– Когда это все случилось? – спросил Лодж.

– Примерно час тому назад.

– А что вы делали с тех пор, пока не пришли сюда?

– Думал, – ответил я, раздавливая окурок сигареты.

– О, – сказал Лодж, – а вы подумали о неправдоподобности некоторых деталей в вашей истории? Они не понравятся моему начальнику, если я доложу их.

– Ну так не докладывайте, – сказал я, улыбаясь. – Но я полагаю, что самая вопиющая неправдоподобность, – это то, что пять человек, одна лошадь и лошадиный фургон были посланы для того, чтобы передать мне сообщение, которое можно было просто послать по почте.

– Это определенно указывает на организацию необычайных масштабов, – сказал Лодж с оттенком иронии.

– Ну уж не меньше десяти человек, – сказал я. – Парочку из них, очень может быть, вы найдете в больнице. Лодж выпрямился на своем стуле.

– Что вы имеете в виду? Откуда вы это знаете?

– Пять человек, остановивших меня сегодня, – это все шоферы такси. Из Лондона или из Брайтона, не знаю, откуда именно. Три дня тому назад я видел их в Пламптоне, когда они зверски дрались с соперниками.